Шевченко Андрей – Дикарь с окраины вселенной (страница 18)

– А я про вас слышала. Вы, наверное, тот самый парень, который память потерял, да? Стрельцов про вас рассказывал. Галан вас в заповеднике нашёл.

Дан кивнул, не видя смысла отпираться.

– А вы совсем-совсем ничего не помните? Ой, как интересно!

Он уже начал подумывать, не покинуть ли ему магазин без покупок, когда хлопнула входная дверь и послышался громкий голос:

– Вика, красотуля, дай-ка мне пару бутылок.

С лица продавщицы улыбка исчезла так быстро, словно её стёрли.

– Никакой водки, пока долг не отдашь! – отрезала она.

– Ой, ну что ты такая, – здоровенный мужик подошёл к прилавку, небрежно оттеснив Дана в сторону. – Отдам я тебе эти триста рублей, как только зарплату получу.

– Герман, тебя же на прошлой неделе с работы выгнали. Не дам ничего! И вообще, не мешай, я с покупателем разговариваю.

Мужчина повернулся и критически осмотрел Дана с ног до головы.

– Я тебя не знаю. Городской, что ли?

От незнакомца исходил густой запах перегара и давно немытого тела. Дан непроизвольно поморщился и отступил на шаг.

– Он – тот самый парень, которого Галан в тайге нашёл, – сказала девушка и повернулась к Дану: – Так что вы будете покупать?

Дан ответить не успел. Здоровенная рука ухватила его за отворот куртки, и спустя мгновение он уже полувисел, прижавшись нос к носу с незнакомцем.

– У Галана, говоришь? – прорычал тот, дыша перегаром ему в лицо. – То-то я смотрю, курточка знакомая. Её старый хрыч снял с Федьки Усилова, когда нас в заповеднике поймал. Слышь, снимай!

– Герман, перестань! Отпусти человека! – взвизгнула продавщица. – Уходи отсюда, или я Стрельцова позову!

– Я уйду, – ощерился высоченный Герман, – только раньше я Федькину куртку у этого козла заберу. Снимай, говорю!

Дан вскипел. Какое право имеет этот наглец оскорблять его, тем более, в присутствии девушки! Несмотря на то, что противник был на голову выше Дана, скрутить его особого труда не составит. Дан прижал к себе кисть, держащую его за отворот куртки, повернулся в сторону, перекинул свою руку поверх руки Германа и резко надавил противнику на локоть. Послышался вопль, и здоровенный мужик в мгновение ока оказался сидящим на полу, изумлённо глядя на свою руку. Дан спокойно глядел на поверженного противника.

– Ты-ы! – Герман поднялся. – По-хорошему не понимаешь? А ну, пойдём на улицу – там поговорим.

– Ну, пойдём, – усмехнулся Дан.

Но не успел он сделать пары шагов по направлению к выходу, как в мозгу слепящим облаком взорвалось появление маликса. Чужак выбрал самый неподходящий момент, какой только можно было представить. Маликс атаковал Дана стремительно, моментально оттеснив его от управления двигательными центрами, и парень понял, что не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Он застыл посреди деревенского магазина, покачиваясь, будто от невидимого ветра.

Здоровяк Герман очевидно решил, что "городской" струсил, и издевательски рассмеялся.

– Чего пришипился? Понял, чем пахнет? Пошли, говорю!

Все органы чувств остались в распоряжении Дана, а потому он не только слышал восклицание полупьяного мужика, но и почувствовал оплеуху, которую тот ему закатил. В левом ухе Дана зазвенело от боли, и он отчаянно попытался вырвать контроль над своим телом из цепких лап маликса. Чужак внутри него так же отчаянно сопротивлялся. То ли удар Германа нарушил что-то в голове Дана, то ли борьба, которую вели меж собой сознания человека и маликса, перешла нерушимую ранее границу, но только Дан вдруг отчётливо ощутил чужую мысль "нельзя сопротивляться". Точнее, это была не мысль, а, скорее, чувство непреодолимой уверенности в своей правоте.

Это было настолько неожиданно, что Дан вместо того, чтобы атаковать маликса, задал несвоевременно-дурацкий вопрос "почему". Объяснение пришло незамедлительно:

– Нельзя сопротивляться физическому воздействию, если оно несёт в себе угрозу жизни – нужно подчиниться и переждать опасность. Это закон.

– Слышь, сопляк, снимай куртку! – неистовствовал между тем Герман. – Федька за неё полтыщи отдал.

От следующего удара Дан упал – теперь Герман бил уже не ладонью, а кулаком. Во рту сразу стало солоно от крови.

– Если не сопротивляться – меня убьют! Нас убьют, ты, чёртов маликс! Скройся и дай мне возможность прибить этого гада!

– Нельзя! Это закон.

Дан понял, что маликс по-хорошему не уйдёт.

– Значит, уйдёшь по-плохому. Получай!

Он ударил по яркому маликсу. Чужак подался под напором сознания человека, но не исчез, по прежнему контролируя двигательные центры организма.

– Я тебе сказал "снимай". Не хочешь? Получай!

От нового удара из глаз Дана посыпались искры. Чтобы отбиться от здоровенного Германа Дан сначала должен был избавиться от маликса, потому что он не мог сражаться одновременно с двумя противниками.

Он перестал обращать внимание на боль в разбитой губе и сосредоточился на чужаке. Дан давил на него, изо всех сил желая завладеть своим собственным телом, и вскоре маликс начал отступать. Он усилил натиск, и чужак исчез. Дан несколько секунд привыкал к тому, что вновь обрёл возможность двигаться, затем перекатился вбок и поднялся на ноги.

Молоденькая продавщица к этому времени уже выбежала на улицу, откуда слышались её крики "Милицию позовите, в магазине драка". Герман, содрав пятнистую куртку с "городского", довольно ухмылялся.

– А я думал, ты помер от страха. Ну что, щенок, снимай теперь сапоги.

– Сейчас я тебе сниму, – пообещал Дан, сплёвывая кровь.

Он уже сделал шаг по направлению к небритому здоровяку, когда ослепительная вспышка парализовала его. Никогда ещё головная боль, что приходила после ментальных схваток с маликсом, не была такой сильной. Виски сжало невидимыми клещами, а в затылок словно вонзили раскалённый прут. Дан застонал и рухнул на пол. Что происходило потом, он уже не осознавал – кажется, Герман ударил его ещё несколько раз.

Когда Дан, несмотря на ужасную головную боль, начал более-менее воспринимать окружающее, около него уже стояли какие-то люди.

– … а он говорит, мол, снимай. И ка-ак даст! А я ему кричу, что милицию позову… – взахлёб тараторила продавщица.

– Милиции давно уж нет, теперь полицию звать надо, – проскрипел чей-то голос.

– Да, какая разница! Стрельцов скоро придёт.

– Эй, парень, вставай. Ну и досталось тебе. Ирод этот Герман, управы на него нет.

Дан мутящимся от боли взором посмотрел на пожилую женщину, помогавшую ему подняться.

– Спасибо, я сам, – прохрипел он и, пошатываясь, встал.

Вскоре в магазин прибежал участковый и, вытерев потный лоб тыльной стороной ладони, принялся расспрашивать, что случилось. Вика, торопясь и сбиваясь, рассказала про драку, пожилая женщина и невзрачный дедок подтвердили, что Герман Луков убежал из магазина с пятнистой курткой в руках.

– С Луковым всё ясно – кутузка по нему плачет, – буркнул Стрельцов, разглядывая окровавленную физиономию Дана. – Я одного не пойму: если ты заборы руками ломаешь, то почему Германа испугался?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.