Шервуд Смит – Крепче цепей (страница 7)

Осри набрал код места назначения и плюхнулся на сиденье – к счастью, в капсуле никого не было. Он прислонился к окну и закрыл глаза.

Его задержали на этом проклятом приеме не только сослуживцы, желавшие послушать о его приключениях после атаки на Шарванн, но и многие Дулу тоже. Однако Осри, несмотря на их улыбки, открытое восхищение и обильную выпивку, отвечал кратко и уклончиво. Хотя отец редко давал ему указания (в отличие от матери), Осри за последнее время научился, в числе прочего, прислушиваться к его мягким рекомендациям. Перед самым приемом Себастьян обронил: «Я говорю обо всем этом как можно меньше. Потом проще отвечать на вопросы». И Осри намотал это на ус.

Капсула плавно затормозила. Осри вышел и направился по траве к воротам Аркадского Анклава.

Десантница, стоявшая на часах, отдала ему честь, и он услышал, входя в сад, как кто-то говорит по ее мини-микрофону. Дверь в дом была открыта, и Осри увидел Брендона, своего отца и Жаима – они сидели на полукруглой кушетке за дипластовым столиком, до того прозрачным, что казалось, будто фарфоровая посуда для завтрака парит в воздухе. У Осри сжалось сердце, когда он увидел, каким старым и измученным выглядит его отец. Длинное лицо Жаима носило угрюмое выражение, и только по Брендону не было заметно, что он мало спал или чересчур много выпил – его взор оставался ясным.

Это свидетельствовало о том, что за последние десять лет своей жизни Брендон привык к излишествам – факт, который раньше вызывал такой гнев в Осри. Теперь он больше не думал об этом – слишком многое изменилось, слишком много утрачено.

Все посмотрели на Осри, и Жаим сказал Брендону:

– До Колпака двенадцать минут езды.

Брендон залпом допил свой кофе и встал.

– Тогда пошли.

Осри заколебался, не зная, соблюдать ли ему этикет, которому никто здесь не придавал значения.

Тень, мелькнувшая на краю его зрения, заставила его вскинуть глаза, и головная боль заявила с новой силой. Сквозь ее дымку Осри узнал Монтроза, кока и корабельного врача с «Телварны».

Тот прищурился и взял что-то с буфета.

– На, держи, – буркнул он, подавая Осри стакан с молочно-белой жидкостью. – Я приготовил этого добра в избытке – вон для них. – Монтроз ткнул пальцем в сторону Брендона и Себастьяна.

Осри взял стакан и хлебнул густой напиток. Желудок взбунтовался, но тут же и успокоился, а голову выложили изнутри прохладной ватой.

Головная боль сразу пошла на убыль, и способность мыслить восстановилась. Но кок предупредил его вопрос.

– Через полчаса ты это сольешь, и тебе захочется пить. – Осри кивнул в знак благодарности, а Монтроз сказал Эренарху: – Слушай, Аркад, я все-таки думаю, что это надо обставить с большей помпой. Почему ты не сделал это ночью, в присутствии всех этих чистюль...

– Так будет лучше, – прервал его Брендон.

– О чем это вы? – спросил Осри, переводя взгляд с одного на другого.

– Вот об этом. – Брендон поднял руку. Блеснул рубин, и Осри снова ощутил укол в сердце, вспомнив Танри Фазо. – Антон лит-Фазо сменяется с дежурства через... четырнадцать минут.

– Идите, – сказал Себастьян. – Если он захочет поговорить со мной... – В жесте гностора читалось сожаление и сознание тягостного долга.

– Я передам ему ваше приглашение, – улыбнулся Брендон. – А пока ложитесь-ка спать.

Жанм собрался встать, но Брендон махнул на него рукой.

– Сиди. Меня проводит Ванн.

Жаим кивнул и отпил глоток кофе с растерянным выражением в темных глазах. Полное отсутствие этикета, напоминавшее о том, как с ними обращались на борту «Телварны», вызывало в Осри весьма странное чувство.

Однако он промолчал и вышел вместе с Брендоном наружу, машинально ответив на приветствие часовых. Они снова вернулись в мир иерархии и этикета. Брендон не стал отдавать честь, но поздоровался с обоими десантниками, назвав их по имени. Появился соларх Ванн и занял предписанную дистанцию позади.

Капсула снова оказалась пустой. Брендон набрал код и упал на сиденье, потирая глаза.

– Вы упомянули о какой-то услуге? – сказал Осри, сознавая, что их слушают. Но десантник, сидящий в нескольких рядах позади них, был, похоже, полностью занят своим босуэллом.

Брендон поднял глаза, и теперь стало заметно, как он утомлен.

– Речь идет, собственно, о двух. Во-первых, согласишься ли ты присутствовать при передаче мной Архонского перстня? Этого, кажется, желает и твой отец.

– Да – не думаю, что ему самому хочется рассказывать о подробностях смерти Танри. А вторая услуга?

Брендон откинул голову назад.

– Я хочу, чтобы ты достал мне кое-какие учебные чипы – курс анализа тактического вектора в реальном времени и еще, пожалуй, спецкурс по матрицам тактической семиотики.

Осри даже не попытался скрыть свое удивление.

– Но зачем? Разве у вас и без того мало дел?

– Даже у самых важных персон бывает свободное время, – с беззвучным смехом ответил Брендон. – И мне хотелось бы освежить свои старые знания. Но если я сделаю Официальный Запрос...

– ...Найберг будет обязан обратить внимание. Понятно. Я достану вам все, что нужно. Думаю, проблем с этим не будет – насколько я понял, в мои обязанности входит преподавание предметов, которые я проходил в Академии, прибывающим сюда кадетам.

– Спасибо, – сказал Брендон.

Больше они не разговаривали до самого Колпака. Соларх был знаком с военным комплексом немногим больше, чем Осри или Эренарх, но встроенные пульты указывали направление, и они, проехав еще один туннель, оказались в длинном коридоре.

Осри с интересом смотрел по сторонам, и его слегка покоробило то, что Колпак оформлен в стиле архео-модерн, памятном ему по вынужденному пребыванию на «Телварне». Служебные коридоры и склады щеголяли закругленными линиями – как раз в меру, чтобы атмосфера не казалась стерильной.

Они дошли до отдела безопасности как раз в то время, когда хроно показал конец смены. Дверь отодвинулась, и вышли несколько мужчин и женщин, на ходу отдавая честь Осри.

Оторопев, он оглянулся назад – Брендон с мнимым вниманием разглядывал один из пультов. С непокрытой головой и в простом костюме Эренарх ничем не отличался от всякого штатского.

Но вот появился высокий человек с кожей цвета черного древа, и Брендон обратился к нему:

– Коммандер Фазо?

Коммандер остановился, переводя взгляд с Брендона на Осри и обратно. Недоверие на его лице медленно сменилось узнаванием, и он поклонился – именно так, как должен офицер кланяться Эренарху.

– Можем ли мы поговорить наедине? – спросил Брендон так тихо, чтобы не слышал даже соларх, стоявший, отвернувшись, на почтительном расстоянии.

Фазо молча указал на небольшую приемную в нескольких метрах от них. Они вошли туда втроем, а десантник занял пост у двери. Брендон поднял руку с перстнем Архона.

Коммандер снова изменился в лице. Его молчаливое горе потрясло Осри, но Фазо тут же овладел собой.

– Я обещал вашему брату доставить перстень вам и передать из рук в руки, – странно, нараспев произнес Брендон. – Архон Танри погиб с честью, и теперь эта честь переходит к следующему Архону Фазо, чей фамильный девиз звучит: «Volo, rideo».

– «Властвуя, смеюсь», – повторил про себя Осри, охваченный новым приступом горя. Танри Фазо, друживший с его отцом почти двадцать лет, был фигурой особого масштаба, героем. Смех придавал его характеру равновесие, и он часто говорил: тот, кто способен посмеяться над собой, смеется и над миром, не боясь его. Осри слишком поздно усвоил этот урок. У него защипало глаза, когда Антон преклонил колено, простирая ладони древним жестом аристократа перед членом королевского дома. Сверкнул камень со смеющимся возницей, влекомым двумя сфинксами, перстень перешел на палец коммандера, и Брендон поднял Антона на ноги.

– Теперь вы – Антон хай-Фазо. Когда мой отец будет на свободе, он утвердит вас в чине Архона.

Коммандер сделал быстрый судорожный жест, но Брендон, словно желая предупредить официальные изъявления благодарности, сказал:

– Позже мы расскажем вам о битве за Шарванн. Ваш брат порядком попортил кровь Хриму Беспощадному. – Брендон посмотрел на Осри и добавил мягко: – Гностор Себастьян Омилов, отец присутствующего здесь лейтенанта Омилова, был с ним до конца. – Осри заметил, с каким напряжением смотрят голубые глаза Эренарха. Спал ли он вообще в эту ночь?

– Ваше Высочество, – сказал Осри, исполняя свою роль, – я должен заступить на службу.

Брендон кивнул, нажал на клавишу замка, и они вышли, оставив коммандера одного.

Жаим, посмотрев, как Брендон и Осри идут через сад к воротам, перевел взгляд на чашку с кофе. Он старался не выдать своего нетерпения.

«Вот он, подходящий момент».

В чашке был настоящий кофе, изготовленный из зерен, выращенных и обжаренных прямо здесь, на станции. Еще одно свидетельство здешней мощи и богатства – но, разумеется, не все на станции Арес могут пить кофе, когда захотят. При всей обширности этого места не так уж много площади можно выделить для производства деликатесов. На Аресе, вероятно, есть люди, которые никогда не пробовали кофе или пробуют очень редко. Но в Аркадском Анклаве запасы этого продукта неисчерпаемы.

Жаим посмотрел на Монтроза, и тот, поймав его взгляд, придвинулся к Себастьяну Омилову. Гностор так и сидел на плюшевой кушетке, глядя на дерево с серебряными листьями, растущее прямо из пола.