Шэрон Кендрик – Ее надменный романтик (страница 13)

— Так, Кити, хватит пытать меня о прошлом. Ты наелась? Если да, то заканчиваем с разговорами.

— Хорошо.

— Тогда вперед!

Сантьяго заметил, что Кити расстроилась. Наверное, она думает, что он устал от нее, хотя это было совершенно не так. Сантьяго намеренно вел себя максимально отстраненно, чтобы Кити не строила иллюзий относительно их будущего. В тот же момент Сантьяго совершенно не хотел ее обидеть: она была такой нежной, наивной и доверчивой, словно хрупкий цветок. И почему-то он был уверен, что после их близости у нее не было мужчины.

Сантьяго и Кити вернулись к машине. Он наконец решился посмотреть на нее: взгляд был настороженным, подбородок гордо вздернут. При этом губы, лишенные и намека на косметику, оставались восхитительно соблазнительными.

Сантьяго был не из тех мужчин, что склонны к публичному проявлению привязанности. Иначе непременно наклонился бы и приник к ее губам.

Он усилием воли вернулся к реальности.

— Думаю, для сегодняшнего дня достаточно впечатлений? Хочешь, отвезу тебя домой или у тебя другие планы?

Кити прикусила нижнюю губу, отчаянно пытаясь скрыть свое встревоженное состояние. Сантьяго явно с нетерпением ожидал конца их свидания, в то время как узнать о нем она смогла очень немногое. Но Кити заметила, как оживилось его лицо, когда он говорил о родителях. И в тот же момент в его глазах отчетливо проявилась боль. Кити даже захотелось обнять Сантьяго и утешить. Хотелось рассказать о том, что ей знакомы эти чувства невыразимой тоски.

— Да, пожалуй, вернусь к себе, — едва слышно сказала Кити, мысленно пытаясь убедить себя в том, что шанс на более близкое знакомство еще обязательно представится. — Сегодня был очень длинный и насыщенный на события день.

— Может, ты бы все же согласилась провести вечер со мной? — предложил Сантьяго, отведя взгляд. — Думаю, мне не нужно рассказывать тебе о том, как прекрасны закаты на Бали.

— Если честно, я почти не видела закаты. Солнце всегда садилось так рано, я в это время была с детьми Камиллы и Руперта. А вообще, ты предлагаешь мне провести вечер в Лангит Биру?

— Нет, Кити, — сухо ответил Сантьяго. — Это явно повредит твоей профессиональной репутации. Я могу остановиться где захочу.

— Так где же твой постоянный дом? — озадаченно произнесла Кити.

— У меня нет дома, Кити. Говорю же, я могу остановиться в любом месте.

— В Буэнос-Айресе? — осмелилась спросить она.

Он покачал головой:

— Нет. В Аргентине я не был долгие годы.

Ирония судьбы заключалась в том, что, если бы Кити не была беременна, она бы немедленно развернулась и ушла, потому что из того, что говорил Сантьяго, было очевидно: он не хотел никакого постоянства — ни с кем, не говоря уже о ней. Но она была беременна. И до сих пор не сказала ему об этом. Кити облизнула губы.

Она должна была сказать ему.

— Вообще-то я бы с удовольствием выпила, — призналась она, заметив блеск во взгляде Сантьяго.

Мышцы его рук напряглись, когда он открывал перед ней дверь машины. Наверное, он расценил ее ответ как молчаливое согласие на секс. Ничего удивительного, подумала Кити. Для него она в любом случае останется лишь интрижкой.

Кити чувствовала растерянность: она не могла позволить себе еще одну ночь с Сантьяго.

Но все обстоятельства, казалось, были против нее.

Как только Сантьяго сел за руль, завел двигатель, включил музыку, Кити тут же потеряла связь с реальностью.

Он привез ее на просторную виллу, окруженную водой. Сегодня их никто не обслуживал. Вместо этого Сантьяго сам отправился на кухню, чтобы приготовить им коктейли.

Кити прошла в уборную, ее сердце бешено стучало. Повсюду были зеркала.

Кити никогда не была тщеславной и редко любовалась собой. Но именно сейчас почему-то не могла оторвать взгляда от собственного отражения.

Кем была эта женщина с бледным лицом и крупными веснушками? Ее зеленые глаза так ярко блестели, что казались почти дикими. Кити пожалела о том, что надела шорты. И как хорошо было бы сейчас скинуть эти жуткие тяжелые кроссовки!

Но больше всего на свете Кити хотелось, чтобы тайна о ее малыше перестала на нее давить. Ей хотелось спокойствия.

Она вымыла руки и лицо, стянула с волос резинку и провела расческой по своим спутанным кудрям. А потом глубоко вздохнула, готовясь пойти и встретиться с Сантьяго Тэвесом.

Кити до сих пор так и не могла его разгадать, но все же он казался ей приличным человеком.

Да, Сантьяго раньше признавался, что не хочет семью и детей. И это скорее было проблемой. Хотя, может, и нет. Кити точно не знала… Они оба не планировали стать родителями в ближайшее время, но, раз уж так произошло, разве он не может предложить ей помощь? Ведь Кити не могла вечно жить здесь, на Бали. Ей нужно думать о стабильных условиях для малыша. И уж в этом случае помощь Сантьяго точно пришлась бы кстати.

Конечно, Кити вовсе не рассчитывала на шикарные условия: яхты, пентхаусы и все прочее. Ей достаточно было бы уютного небольшого домика.

Изначальный план Кити заключался в том, чтобы лучше узнать Сантьяго как человека. Теперь она понимала: это практически невозможно. Их пути почти не пересекались. Возможно, более подходящего момента никогда не будет.

Глубоко вздохнув, Кити отправилась искать Сантьяго. Он стоял на фоне потрясающе красивого закатного неба. Рядом был столик с шампанским и двумя хрустальными бокалами.

Кити охватило чувство нереальности происходящего. Ей вдруг показалось, что она наблюдала за всем со стороны.

Выражение лица Сантьяго было очень серьезным. Кити все еще не была уверена, как правильно поступить? Да и как-то глупо кричать через всю террасу о беременности. Поэтому она просто решила насладиться его красотой.

Во взгляде Сантьяго читалось необузданное желание. Внезапно он притянул Кити к себе и долго-долго смотрел в ее глаза. Затем наклонился и страстно поцеловал.

Глава 8

Сантьяго приник к губам Кити, испытывая сумасшедшее желание. Она целовала его в ответ так же яростно и впилась пальцами в его плечи, словно боясь упасть. Он чувствовал себя в этот момент таким же беспомощным.

Сантьяго медленно провел по бедрам Кити — вид его при этом был несколько озадаченным. В море часто случалось надолго забывать о сексе, поэтому он умел держать себя в руках.

Сантьяго всегда справлялся со своими плотскими желаниями с ледяным самообладанием, чему завидовали его товарищи по службе. И, тем не менее, сейчас, когда прошло всего несколько недель с его последнего секса с Кити, он чувствовал себя странно и даже растерянно. Словно боялся не оправдать ее ожиданий.

В горле Сантьяго пересохло, когда он прижимал к себе Кити и чувствовал ее сбивчивое дыхание. Ее тело было мягким и податливым, соски напряглись и торчали под футболкой.

Он впился в нее поцелуем вновь и услышал стон наслаждения.

Сантьяго сжал грудь Кити, нежно поглаживая сосок. Затем переключился на другую грудь, и ответом ему были все те же вздохи наслаждения Кити.

Сантьяго скользнул бедрами между ног Кити, уловив едва заметный аромат ее возбуждения. Никогда раньше этот аромат так его не будоражил. Раскрасневшаяся, Кити бормотала в его объятиях что-то неразборчивое, искушая его дотянуться до пуговицы ее шорт. Он хотел немедленно заняться с ней любовью — именно в этот чудесный вечер, на прекрасной вилле, на фоне заката. И все же была вероятность того, что наружные камеры на зданиях заметят их. Зачем ему нужны сплетни в желтой прессе?

— Нет, давай не здесь, — произнес Сантьяго, подхватывая Кити на руки, занося ее на виллу и укладывая на кровать.

Он в нетерпении стянул с нее футболку, шорты и трусики, развязал шнурки на кроссовках, стянул их, затем одним рывком сбросил с себя одежду. Он несколько мгновений стоял рядом и как завороженный любовался ее огненными кудрями на подушке.

— Ты прекрасна. И теперь, Кити, я хочу тебя поцеловать.

Сантьяго медленно склонил к ней голову, пытаясь сдержать пыл. Он нежно ласкал ее рот языком, и каждое движение вызывало в Кити ответную дрожь.

Кити скользила пальцами по его спине и по его члену — сначала довольно неуверенно, но при этом каким-то образом она умудрялась быть невероятно соблазнительной. На мгновение Сантьяго отстранился и взглянул на ее восхитительно красивое обнаженное тело. Да, он не ошибся. Кити действительно похудела — по крайней мере, в бедрах. Но при этом ее груди казались восхитительно полными. Мимолетная догадка закралась в его сознание, но, как только он коснулся самой распаленной ее точки, все мысли улетучились. Он потянулся к презервативу и вдруг заметил странную тень смущения в глазах Кити.

— Сантьяго…

Но он заставил ее замолчать очередным поцелуем. Сейчас Сантьяго не хотел никаких вопросов. Единственное, чего он желал по-настоящему, — немедленно оказаться внутри ее. Его сердце разорвалось бы от нетерпения, если бы этого не произошло. Ее дрожащие бедра уже разошлись, и она глухо застонала, как только он вошел в нее.

— Кити… Кити.

Эти слова проникли в самое сердце Кити. Она закрыла глаза, испытывая отчаяние и восторг одновременно. Кити знала: сейчас слишком поздно, чтобы его останавливать. Вернее, она даже и не пыталась.

Правда заключалась в том, что Кити не хотела его останавливать, даже если в глубине души она знала, что это неправильно. Как она могла предотвратить то, что казалось неизбежным, когда это жгучее желание буквально затопило ее? Как она могла в здравом уме сопротивляться таким потрясающим ощущениям? Все казалось пустым и ненужным, немедленно утолить физическое желание — единственное, чего по-настоящему хотелось им обоим.