Шэрон Кендрик – Ее надменный романтик (страница 12)

Солнечный свет играл на его загорелой коже. Магнетизм, излучаемый Сантьяго, зашкаливал.

При этом он вдруг показался Кити крайне загадочным и… опасным. Его глаза странно блестели, и еще Кити почему-то задумалась, брился ли он сегодня?

Сегодня ей вообще все казалось каким-то необычным: цвета слишком яркие, пение птиц пронзительное и слишком сладкое. Еда, которую они с Сантьяго пробовали, была просто божественной. Кити даже хотелось ущипнуть саму себя и спросить, не спит ли она?

Они проезжали мимо зеленых рисовых террас и скалистых гор, среди буйных необычайно красивых джунглей. Останавливались у храмов, украшенных цветами. Видели огромные живописные набережные и красивые мосты над лазурными реками.

Куда бы Кити и Сантьяго ни пришли, везде их приветствовали добродушные островитяне.

«Бали — настоящий рай», — заключила про себя Кити.

Но в раю есть змеи, общеизвестный факт. Независимо от того, как ярко светило солнце или насколько прекрасны были пляжи, всегда следовало помнить — не все так гладко.

Кити и Сантьяго расположились в шикарном ресторане на вершине холма. Отсюда открывался потрясающий вид на джунгли. Они сидели на небольших диванах, наслаждаясь блинами с манго и кокосами. Кити удивилась, с каким аппетитом накинулась на еду.

Но замечание Сантьяго заставило ее насторожиться.

— Лучше? — осторожно повторила она. — А до этого я как выглядела?

Сантьяго прищурился:

— Хочешь, чтобы я был честен? Когда ты приехала, ты была сильно вымотана, словно не спала несколько суток. И еще ты сильно похудела, — произнес он, нахмурившись.

У Кити пересохло во рту, потому что его предположение было пугающе точным. Что было бы, если бы она вела себя так же откровенно?

«Ты прав. Я действительно сбросила пару килограммов. Хотя странно… грудь увеличилась. И правда, чувствую себя не очень хорошо, что совершенно нормально для беременной женщины».

Но разве могла Кити произнести эти слова вслух? Слишком странным было открывать свой секрет сейчас, ведь Сантьяго до сих пор казался ей чужим.

«Лучше узнай, что он представляет собой на самом деле».

— У меня пропал аппетит, когда я потеряла работу, — объяснила Кити.

— Я понимаю.

Кити откинулась на подушки, пытаясь скрыть волнение. Она не знала, как ей лучше начать разговор с баснословно богатым человеком, владеющим курортами и самолетами, распоряжавшимся миллионами сотрудников. Но их жизни теперь были связаны, нравилось ей это или нет.

— Итак. — Кити знала, что ее голос дрожит. Она улыбнулась, пытаясь придать себе немного уверенности. — Как ты оказался на Бали?

Сантьяго также откинулся на спинку бамбукового дивана.

— Может быть, я просто так же вдохновился этим волшебным островом, как и ты сегодня.

— Своеобразный роман с островом?

— Нет, Кити, — цинично заметил Сантьяго. — Просто любоваться достопримечательностями и живописными пейзажами для меня недостаточно. Я использую это место в своих интересах.

— Ты имеешь в виду финансовую выгоду?

— А есть какие-то другие выгоды?

— Я не знаю. Я никогда по-настоящему не вникала в мир бизнеса.

Кити немного поерзала на диване.

— Расскажи мне, как ты начинал.

— Но ты ведь наверняка изучила информацию обо мне, прежде чем прийти сюда? — спросил Сантьяго самодовольно, вытянув руки вдоль спинки дивана. Рубашка натянулась, подчеркнув мускулы.

Кити кивнула:

— Да, я пыталась что-то узнать. Но в Интернете о тебе очень мало информации, даже удивительно, ведь ты такой успешный.

Сантьяго внимательно посмотрел на Кити, взгляд его при этом был строгим. Он надеялся остановить поток ненужных вопросов о себе. Но Кити показалась ему вдруг такой искренней.

— Я плачу людям много денег за то, чтобы они контролировали мои профили в соцсетях, — сказал он.

Да и что рассказывать? Отца и матери давно нет. Да, он вырос в роскоши, но по-настоящему гордился только успехом в военной службе.

— Я служил во флоте. Но, вероятно, об этом ты знаешь. Тебя что-то удивило?

— Да, кое-что…

— Не представляешь меня в форме?

Щеки Кити залил очаровательный румянец. Сантьяго ощутил, как бешено забился пульс.

— Да нет… Но тебе нравилось? — спросила Кити, намеренно игнорируя сексуальное напряжение между ними. — Я имею в виду, нравилось ли тебе служить?

Сантьяго вздохнул. У него не было четкого ответа на этот вопрос. Военные правила и распорядки были слишком жесткими. Ему нравился режим, ежедневные упражнения, благодаря которым он приобрел прекрасную спортивную фигуру.

— На флоте я понял, что мне нужно, чтобы продвинуться вперед. И стал подводником. Сантьяго усмехнулся и продолжил:

— Должность подводника довольно привилегированная. Она всегда влекла меня. Знаешь, много месяцев вдали от мира, в изолированном пространстве, на судне без окон.

Кити едва заметно облизнула губы, и ему вновь захотелось ее поцеловать.

— У тебя не было клаустрофобии?

— Как ни странно, никогда. Мне нравилось выживать в таких сложных условиях.

Сантьяго действительно не пугала рутина подводной жизни, с ее длительными и непредсказуемыми погружениями и постоянным риском. Он стал лучшим в своей команде и понял, что главное на службе — полностью забывать об эмоциях и сосредотачиваться на деле.

Когда он покинул флот, приобретенный опыт очень ему помог. Он начал прокладывать кабели по дну океана. Ему очень нравился Индийский океан, и вскоре он перебрался из Аргентины на Бали.

Кити медленно накручивала прядь рыжих волос на указательный палец. Сантьяго гипнотизировало это движение.

— Так что же заставило тебя стать тем, кем ты являешься сейчас?

— Бизнесменом? — насмешливо уточнил он.

Она пожала плечами:

— Если ты так себя называешь.

Сантьяго нахмурился. В голосе Кити он услышал мягкий выговор.

— Я начинал в сфере телекоммуникаций, — медленно сказал он. — Индустрия была в зачаточном состоянии. Я оказался в нужное время в нужном месте. Мне повезло. Я сумел заработать много денег и направить их на развитие туризма на Бали.

Возникла недолгая пауза.

— Твои родители, должно быть, очень гордились тобой.

— Мой отец к тому времени уже умер, — сказал он прямо.

— А у тебя с ним были хорошие отношения?

Сантьяго не ожидал такого интереса к себе и не понимал, почему Кити задает столь личные вопросы, ведь они едва знали друг друга.

— Я думал, что да. Но я ошибался.

— И с матерью так же?

— Нет, Кити. — Сантьяго ощутил напряжение. У него совсем не было намерения раскрывать душу. Потому что все, что он может сказать, разочарует Кити.

Мало что изменилось с тех пор, как он служил во флоте. Сантьяго по-прежнему считался трудоголиком — или «бессердечной машиной», как его часто называли.

И вообще, зачем им эта сегодняшняя экскурсия по острову? Сантьяго безумно хотел Кити, это факт. Но ничего не изменилось с тех пор, как они были вместе. Ему не нужны отношения. Если бы Кити призналась, что тоже хочет провести с ним ночь без обязательств, — как было бы прекрасно!