Шеннон Майер – Золотой (страница 34)

Я еще раз кивнула, потащив ее за собой. Солейл снова протянула мне рюкзак, и я забрала тяжелую ношу. Это единственное, что я могла сделать, учитывая тот факт, что она, похоже, была всего лишь человеком. К тому же запах ее рюкзака помогал спрятать мой собственный от тупых братьев-оборотней.

Мне правда нужно было узнать всю историю о Солейл, и да, так я отвлекалась от волнений насчет неудачного поиска принца. Кем она была и почему они так сильно хотели ее?

Пока мы направлялись к воде, я с удовлетворением отметила, что Солейл что-то да смыслила в безопасном передвижении по городу. Она поймала нам такси – в нем мы проехали полпути к порту. Потом вышли, снова поймали машину – и так по кругу. Спустя четыре такси мы добрались до порта, где этой ночью было тихо.

– Мы просто украдем лодку? – прошептала Солейл, пока мы шли вдоль воды, слушая, как волны ударяются о деревянные балки причала.

Ответ на вопрос был неоднозначным. Нам правда нужно украсть лодку, но это должна быть правильная лодка, такая, которую редко используют. Я ходила по порту, пока не нашла ту, которая мне понравилась. Судя по швартовому канату, а также по толстому слою грязи, который не смогли смыть даже дожди, – лодка никому не принадлежала и не выглядела дорогой. В ней была небольшая кабина и две простые комнаты. Я запрыгнула на борт и откинула швартовы.

Солейл и Бэбе осторожно последовали за мной.

– Ты точно много знаешь, – прошептала Солейл. – Будто можешь пережить что угодно.

Я фыркнула, думая о том, как много раз чуть не умерла за мои недолгие пятьдесят лет. Двигатель лодки работал медленно, но был заправлен. Отплыть от пристани будет легко, но куда потом?

– Нам нужна карта местности. Бэбе, поищи вокруг. – Я тоже принялась рыться в бумагах, лежащих в кабине капитана. Наконец моя уверенность возвращалась ко мне. Удивительно, как забота о ком-то помогала мне измениться. Все дело в оборотне. Все из-за внутреннего желания иметь семью и стаю.

Мне не нравилось думать, что последние десять лет я провела, бесцельно шатаясь по миру. Из-за того, что у меня не было стаи, я погрязла в обыденности и внутренней неуверенности. Я говорила себе, что мне лучше без стаи, но, может, у меня была просто не та…

– Вот, похоже, это карта океана, – проговорила Солейл, вероятно поняв, что мы искали. Бэбе продолжала рыться в бумагах.

Я кивнула и, раскрыв ее, отметила несколько ориентиров, которые у нас были. Включив передачу, я направила лодку вдоль побережья в сторону севера.

На одном из листов я быстро написала:

– Если мы доберемся до другой пристани или даже дальше по побережью, то нас труднее будет найти. Потом мы сможем двигаться либо пешком, либо все так же на лодке.

– Хорошая идея. – Солейл уселась в кресле возле меня. – Ты уверена, что хочешь пойти со мной? Потому что Хан не остановится. Каждый раз, когда я сближаюсь с кем-то и обретаю друзей, он убивает их. – Она кусала нижнюю губу. – Вот что я делала на кладбище – прощалась с другом. Терренс. Я… Никогда не говорила, что люблю его. А он так старался защитить меня. – Слезы покатились по ее щекам. Бэбе прыгнула к ней и замурлыкала. Солейл сразу же обняла ее. Я помнила, как она называла это имя в Эдмонтоне, но не могла вспомнить весь разговор. Беседа со Свеном, ее беспокойство из-за друга. – Я не хочу, чтобы ты пострадала. Я сойду с ума, если из-за меня еще кому-то причинят боль.

– Мы не оставим тебя. Через несколько часов я снова стану золотистым ретривером. Ты нам тоже нужна, – написала я.

Нет, я не писала, что скоро умру. Возможно, я чувствовала себя немного плохой, скрывая это, но что поделать?

– И такое происходит каждый день? Сколько заклятие будет действовать? – она прочитала мою записку.

Я нахмурилась и покачала головой. Нет уж, такое я не собиралась рассказывать.

– Ну, у каждого заклятия, о котором я слышала, есть временной лимит. Знаешь, например, нужно, чтобы тебя поцеловал принц, прежде чем часы пробьют полночь, или что-то такое, – проговорила Солейл. Дерьмо, она попала прямо в точку.

Я улыбнулась и покачала головой. Потом снова написала на листочке, нагло наврав:

– Насколько знаю, нет лимита. Между прочим, человек, который сделал это со мной, редкостная сволочь, так что все возможно.

Мы плыли вдоль берега, пока не пересекли два других причала и не остановились у третьего. Там мы выбрались из лодки, проверяя, не следят ли за нами, а затем пришвартовали наше судно, убедившись, что оно не выглядело брошенным.

После этого мы снова отправились в путь.

Солейл и в этот раз использовала схему с такси, благодаря чему мы благополучно добрались до какого-то обшарпанного отеля.

– Серьезно, жалко, что мы не можем остановиться в The Ritz-Carlton[16]. У них есть охрана, кстати, – вздохнула она. – Но я пыталась оставаться и в таких местах. Хан знает, мне нравятся милые места.

– Нужен номер на втором этаже. Не выше, – написала я на пустой странице в дневнике Хэвока.

Солейл улыбнулась мне и подняла большой палец вверх. Она выглядела невероятно юной в этот момент, и я вдруг осознала, что мое желание помочь ей было вызвано ее схожестью с Меган. Грустная. Молодая. Запуганная.

Взяв ключи от номера и засунув Бэбе в рюкзак Солейл, мы направились в комнату.

– Прости, тут не очень, но это все, что я могу позволить. Я всегда храню деньги в сумке, но… – проговорила она.

Я привлекла ее внимание, потом записала номер моего банковского счета. Пароли. Все необходимое. Мне все равно скоро это не понадобится.

– Сними все деньги.

– Мы не можем сделать этого. Твои братья… – Она уставилась на меня.

– Не знают тебя. Они не обидят тебя.

– Ты уверена?

Я быстро кивнула ей, а потом проверила время. У нас осталось несколько часов до того, как я снова обращусь в собаку. Я постучала по своему запястью, потом щелкнула пальцами и снова постучала уже по ладони. Нужно сходить за едой. Никто не знал меня здесь, а братья были далеко. Шансы, что они смогут отыскать меня, ничтожно малы.

В ее вьетнамках я выдвинулась на поиски еды. Ладно, в большей степени еды для себя. Солейл, похоже, не хотела есть, но я умирала с голоду. Обычно я не превращалась больше чем раз или два в месяц. Обращаться каждый день было бы тяжело. Это бы убило меня.

Остановившись посреди лестницы, я посмотрела на свой впалый живот и торчащие ребра. Я всегда была стройной и подтянутой, но сейчас рельеф мышц начал исчезать.

Дерьмо. Проклятье. Лимит и правда был, не считая этих трех дней. Если бы Хан не узнал, что я его пара, то меня все равно бы ждала смерть через пару недель. Солейл оказалась права. Я могла замедлить процесс, но это значило потреблять огромное количество еды.

Я нашла заправку с продуктовым магазином и купила в нем самую калорийную и протеиновую еду, какую смогла. Пеперони, сырные сэндвичи, упаковку хот-догов, парочку банок с тунцом для Бэбе и пачку шоколадных батончиков. Нет ничего лучше, чем заедать свое горе шоколадом. И мне плевать, кто что скажет.

Когда я вернулась в номер, то увидела, что Солейл говорила по телефону.

– Клэр, мы в безопасности. Женщина по имени Син помогла мне. Она выбила дерьмо из людей Хана и… Оу, она вернулась.

Клэр. Член стаи Хэвока. Черт. Я покачала головой и положила пакеты с едой, чтобы написать записку.

– Если Хэвок придет туда, где ты, то Хан последует за ним. Его нужно отвадить как можно дальше.

– Я не могу сказать тебе, Клэр. Хан последует за вами. – Ее глаза расширились.

– Мы не можем защитить тебя, если не знаем, где ты. Тебе нужно сказать нам, Солейл. Я не знаю, кто эта женщина, но она не сможет защитить тебя от Хана. – Я могла слышать голос Клэр так же хорошо, как если бы она стояла рядом.

– «Но ты не знаешь, что нас не прослушивают сейчас. Не знаешь, работает ли Свен в вашей стае в пользу Хана»… Стой, что это значит? – спросила Солейл, пока я писала, а она читала мои слова.

– Свен двойной агент? – Солейл вздохнула и посмотрела на меня, а я постучала по бумаге. На ее вопрос я кивнула. Клэр исчезла с линии, и кто-то другой теперь говорил.

– Солейл. Ты умрешь из-за этой женщины. Она проклята, – проговорил Хэвок. – Мы видели, как ты ушла с ней из квартиры. Мы знаем ее.

– Я знаю, что она проклята, – сказала Солейл. – Син рассказала мне. Она сделала то, что ты никогда не мог. Ты не говоришь мне, почему Хан хочет убить меня.

– Я не могу, – рыкнул он.

– Или почему ты просто не можешь разрешить мне остаться с вами.

– Потому что я не могу, – в его голосе звучало отчаяние.

Я отступила. Солейл должна сама принять решение, иначе она поверит в то, что я плохой человек. Я взглянула вниз, на Бэбе, а она на меня.

– Мы правда пойдем против стаи оборотней, чтобы защитить ее?

Я взглянула на Солейл и ее вздрагивающие от страха плечи, а затем медленно кивнула.

– Да, именно так. Потому что кто теперь защитит ее? Хэвок? У него хреново получается. Если бы не мы, Бэбе, то Хан поймал бы ее. И, Бэбе… Я умру через три дня. Уже раньше, чем через три… Я… Если я могу помочь ей, пусть это сводит их с ума. У нее будут мои деньги, мне они не нужны.

– Ты не умрешь. Я не позволю. Мы найдем принца, чтобы ты трахнула его. Я верю в это, – нахмурилась Бэбе.

– Надеюсь, ты права, но я готовлюсь к худшему. Хорошо? – Я подняла ее на руки.

– Что ж, мы невероятные задницы. И я согласна, что сводить Хана с ума – весело, – вздохнула Бэбе.