Шеннон Майер – Жертва судьбы (страница 34)
– Сиенна. Я… не уходи. – Боги, неужели это я? Умоляю женщину остаться со мной?
– Я здесь и никуда не уйду, – тихо шептала она, наклонившись надо мной. – Доминик, как мы можем помочь тебе?
Мои губы дернулись, но движение вызвало в теле дрожь, кожа вокруг рта трескалась, когда я двигался. Плохо. Все это плохо.
– Просто останься.
Я закрыл глаза, чувствуя, как тьма накрывает с головой. Тьма, от которой я бежал много-много лет. Смерть шла за мной, я чувствовал, как она прижимается к моему телу со всех сторон, смеясь. Все битвы, которые я пережил, все опасности, которых избежал… и вот я умираю из-за женщины.
Ее мокрые волосы и коснулись моего лица.
– Доминик, пожалуйста.
Ее плач резал без ножа, и я хотел сказать, что останусь, что никуда не уйду. Что буду держать ее вечно. Но рано или поздно это должно было случиться. Либо я умру, либо она, и мы расстанемся. Она – человек, я – вампир. Я не смогу защищать ее вечно.
– Ш-ш-ш, ш-ш-ш. – Ее губы прижались к моему лицу, такие нежные. Они должны были причинять боль, но они дарили… приятное ощущение. Охлаждение.
Я так много хотел сказать Сиенне, так много хотел сделать, но времени не оставалось. Если б знал, что так будет, сказал бы ей о своих чувствах. Что я хотел и о чем впервые в жизни мечтал. Язык не слушался, я не мог говорить. Но то приятное ощущение прохлады на покрытой волдырями коже распространялось, успокаивало и облегчало боль, пока я не вздохнул с облегчением. Мои последние мысли были о Сиенне и о том, как легко я могу ответить на вопрос Дианы сейчас, спустя несколько минут после того, как она его задала.
Если это не любовь, тогда я не знаю, что это.
18
Сиенна
– Вот чем, черт возьми, он думал? – прошипела я, вставая и отступая от кровати Доминика.
– Ты продолжаешь спрашивать, но у меня нет ответа, – пробормотал Уилл, дежуря в углу комнаты последние три часа. – Я могу лишь предположить, что он увидел тебя там и перестал о чем-либо думать. Он просто… действовал.
Ноги дрожали от усталости, и я едва могла ясно мыслить, но это не значило, что я не убью Доминика, когда он проснется.
Когда я прогнала эти мысли, грудь пронзила боль. Несомненно, Генералу Армии Вампиров не сильно повредит небольшой солнечный ожог. Он непобедим, черт возьми. Ну или почти…
Однако, бросив на него еще один взгляд, я не могла не вздрогнуть. Кому я вру? Это был не просто солнечный ожог. Ближайшая к нашей планете звезда чуть не поджарила плоть Дома до того, как нам удалось защитить его. Единственная причина, по которой он не умер на месте, заключалась в том, что я сделала…
Что-то.
Я все еще не знала, что. Положила на него руки и бормотала слова, не имевшие смысла. Меня раскачивало взад и вперед, будто я была в малобюджетном ремейке «Экзорциста», когда какая-то странная и ужасающая сила текла через меня, выворачивая наизнанку. А когда проснулась, обнаружила себя в этой комнате на койке рядом с кроватью Доминика с головной болью хуже, чем если бы провела ночь с Хосе Куэрво и несколькими его подлейшими дружками.
А Дом? Что ж, теперь он хотя бы был узнаваем, а не напоминал кого-то, кого можно соскоблить с гриля для барбекю в честь Четвертого июля. По словам Би, я была настоящей Флоренс Найтингейл.
Вопрос в том, было ли этого достаточно?
– Может, дать моей крови?
– Ты и так уже сильно ослабла из-за энергии, которую потратила на его исцеление. Давай дадим ему еще немного времени.
– Что, если у него нет больше времени?
– Дому не становится хуже, цвет кожи хороший. Я думаю, ему просто нужно немного отдохнуть. Он справится.
Я провела с Уиллом достаточно времени, чтобы знать, что он извечный оптимист. Тем не менее в глубине души я молилась, чтобы он оказался прав. Если Доминик погибнет из-за того, что пытался спасти меня от кракена, когда я могла сама в любой момент это сделать, никогда себе этого не прощу.
Я тщетно пыталась вспомнить время, проведенное с тем существом, но все было так смутно. Я помнила, как Лохлин звал меня… знала, что Дом был там, но не могла соединить восприятие с воспоминаниями. Не могла мыслить критически, не понимала, что пребывание на солнце убьет Доминика.
– Хотелось бы, чтобы он уже проснулся. Даже если накричит на меня.
– Если он проснется, то только потому, что ты спасла его, Сиенна.
Низкий голос Би заставил меня повернуть голову к дверному проему, в котором она стояла, заглядывая внутрь.
– Видела бы ты это. До сих пор не верится. Я наблюдала, как его плоть заживает прямо на моих глазах. Мышцы и ткани срастались. Обугленная кожа становилась розовой, полной жизни. – Би посмотрела на меня с каким-то благоговением… смешанным со страхом. – Это было чудо.
Я посмотрела на руки, не веря своим глазам.
Как?
Конечно, я исцелила Хавок и помогла Уиллу с мотылем. Но это?
Это совсем другое.
Би откашлялась и вошла в комнату, подчеркнуто игнорируя Уилла.
– В любом случае я вернулась, чтобы сказать, что Диана хочет поговорить с тобой в своем кабинете как можно скорее.
Я кивнула, и она исчезла, снова оставив меня с Уиллом и Домом.
– Полагаю, после того паршивого шоу она только и ждет, чтоб устроить допрос. – Я была удивлена, что она дала мне столько времени и вызвала только сейчас.
– Может, примешь горячую ванну и перекусишь, чтобы восстановить силы, а уже потом поговоришь с ней? Я могу присмотреть за братом.
Я колебалась, с подозрением глядя на Уилла.
– Хорошо, но обещай, что…
– Я приду за тобой, как только он проснется, – перебил юный принц с усталой полуулыбкой.
Мне не хотелось уходить, но и то, что я нависла над Домиником, словно какой-то вурдалак, наблюдая за малейшим намеком на движение, никак не могло помочь. Кроме того, мне нужны ответы, и я надеялась, что королева даст мне их.
Бросив последний взгляд на Дома, я вышла из комнаты, направляясь в свои покои. Би сидела в кресле у окна и смотрела в темноту.
– Я чувствую, что теряю самообладание, Сиенна.
Мне пришлось напрячься, чтобы услышать ее, а после я пожалела об этом. У меня просто не было возможности прямо сейчас разбираться с ее экзистенциальным кризисом.
– Все будет хорошо, Би. Сегодня был страшный день и…
– С тех пор как ты появилась, все дни были страшными! – Она посмотрела на меня заплаканными голубыми глазами и покачала головой. – Одно за другим. Эта жуткая череда не останавливается. И я не лучше, хожу с тобой, как болванка, роюсь в объедках Охотников из-за поисков какой-то девушки, чья судьба меня не касается, бегу от Принца Вампиров прямо на Территорию Оборотней только ради того, чтобы броситься в логово кракена и королева смогла проверить твои силы. – Бетани встала и ткнула в меня дрожащим пальцем. – Но чего ты не понимаешь, так это того, что у меня нет сил, Сиенна. Я – просто я. Бетани, служанка. Человек из плоти и костей, и я сомневаюсь, что смогу снова пережить нечто подобное, не сойдя с ума окончательно. Это нужно остановить. Тебе нужно остановиться.
Отчасти мне хотелось дать волю своим защитным механизмам. Хлестнуть словами: «Проклятье. Давай, выскажи мне все, Би. Нанеси ответный удар каким-нибудь слабым аргументом или возрази на то, что это не моя вина». Но как я могла, когда она так чертовски права?
– Мне жаль.
– Знаю, что жаль. Тебе всегда жаль, – пробормотала она, гнев, казалось, улетучился, ее рука опустилась. – И я даже не злюсь на тебя. Не совсем. Мне просто нужно немного передохнуть. От тебя. От Уилла. От всего. Пока я чувствую себя такой хрупкой и бесполезной в этом мире. Я попросила у Дианы разрешения занять комнату в западном крыле крепости, и она дала добро.
Ее слова нанесли очередной удар по моему и без того израненному сердцу. Мой единственный друг в этом месте, помимо Джордана, не хотел быть рядом со мной. Я взяла себя в руки.
– Би, пожалуйста. Меня не волнует ни смена комнаты, ни все остальное, но ты не бесполезна. Как ты можешь так думать.
Она бросилась к двери, затем обернулась.
– Я соберу свои вещи, когда ты уйдешь к королеве.
А после она исчезла.
Идеальное завершение идеального дня.
Уже после, в ванне, смывая остатки грязи и соленой воды, я снова прокрутила в голове слова Би и задумалась.
Броситься в логово кракена, чтобы королева проверила мои силы?
Конечно, нет…
Но вспомнив, как началось наше утро, я не могла отделаться от слов Би.
Лохлин ни с того ни с сего решил прогуляться, устроить пикник и привел нас прямо к берегу в жаркий день. Я вскочила, и вода перелилась через край.
– Этот подонок! Он знал!