Шеннон Майер – Корона льда и лепестков (страница 19)

Закончив с Адэр, я продолжила путь к замку и остановилась, лишь когда услышала ее тихий голос.

– Я никогда не перестану делать то, что будет лучше для моего ребенка.

С учетом моего прошлого это была первая фраза из уст Адэр, которая действительно вызывала у меня уважение… независимо от того, что это мне предвещало.

8

Я стояла в отведенной мне комнате, не в силах заснуть, и все мысли были поглощены Ланом, – я смотрела на балкон замка Неблагих… туда, где Лан стоял в ночь перед тем, как я сказала ему, что между нами все кончено.

В ответ он взял и отправился на самоубийственную вылазку.

Ноги задрожали, и здесь, наедине с собой, я позволила себе рухнуть. Позволила коленям удариться о мрамор, пока руки вцепились в перила в поисках опоры.

Генерал Стрик утверждал, что именно Лан должен был забрать у Рубезаля арфу, поскольку ее создал дед Лана, но я знала, что это не единственная причина, по которой он пошел на этот шаг.

Я его оттолкнула, и теперь… я его потеряла.

Руки на медных перилах онемели, ладони покалывало, а я все пыталась выплеснуть боль наружу. Но она не желала отцепиться. Как ни посмотри, Лан в опасности из-за меня. Если Рубезаль не убил его сразу – а он мог, лишь бы меня сломить, – то тогда он использует Лана как минимум для того, чтобы мной управлять.

В момент силы я решила поставить дворы выше чувств к Лану.

Я больше не была сильной.

С губ сорвался стон.

Закрыв глаза, я кое-как пыталась дышать, но в груди все сдавливало, и я уже не была уверена, что сумею сделать необходимое для спасения стольких жизней. Потому что мне было слишком трудно заботиться о чем-то, кроме Фаолана. А это не предвещало ничего хорошего.

К пояснице мягко прижалась ладонь, и меня окутал голос Гиацинты:

– Дыши, Алли.

Рыдание застряло в груди.

– Цинт. Это я виновата.

Подруга фыркнула.

– Он идиот, который пытался проявить себя перед любимой девушкой. Мужики тупые. Поверь.

Когда речь шла о мужчинах, я так и делала. Однако обратила внимание на тон Цинт.

– Что-то случилось?

У подруги дрогнули губы.

– Рябинник пришел оценить мою стряпню и принес букет. Половина цветов оказалась ядовитой. Чуть со стыда не сгорел, в общем, и думаю, его извинения были даже милее, чем желание подарить мне цветы… так что, может, он и не идиот, но не заставляй вспоминать все истории о парнях, которые совершали для меня безумные поступки.

У меня вырвался смешок сквозь слезы, а сердце сжалось. Как я хотела, чтобы Лан сделал что-то подобное, и все. Не могла отделаться от ощущения, будто слова о том, что мы больше не будем видеться каждый вечер, подтолкнули его на такой шаг.

Цинт осторожно помогла мне подняться.

Я заморгала, глядя на нее снизу вверх сквозь слезы, скопившиеся под темными ресницами. Улыбка подруги была такой же мягкой, как и ее руки, когда она стерла мне слезы со щек.

– Давай-ка уложим тебя в постель. Сейчас тебе больше всего нужно поспать. Хорошо?

– Я должна помогать генералам готовить гвардию. Должна тренироваться открывать портал…

– Цыц, – зажала мне рот рукой Цинт. – А ну, раздевайся и в постельку. Ничего ты не сделаешь, если будешь спать на ходу, сама знаешь.

И прямо как раньше, Цинт казалась намного старше и мудрее, и она помогла мне раздеться, расчесать волосы, заплести их в косу.

Потом она направила завитки магии на чашку, и вскоре от той повалил пар.

– Выпей.

Потянув носом, я посмотрела на сидящую рядом подругу.

– Хочешь меня отравить цветами, которые подарил Рябинник? Пахнет шоколадом, но с чем-то резким.

– Ох уж этот твой нос. – Цинт постучала пальцем по краю чашки. – Здесь то, над чем я работаю с тех пор, как мы были в Андерхилл. Девон предположила, что однажды это тебе понадобится.

– Как-то мне не полегчало, – буркнула я, но послушно хлебнула горячего шоколада. Кофейные нотки растеклись во рту, приятно обволакивая, несмотря на легкую горчинку. Еще глоток – и мышцы стали расслабляться, рассеялось укоренившееся в них напряжение, которое не покидало меня так долго, – может, даже никогда.

И этого мне хватило, чтобы признать правду, от которой я бегала с тех пор, как все заварилось. Мне было страшно. Пусть я впервые начала верить в себя, одновременно я была в абсолютном ужасе. От меня зависели тысячи жизней, и чем выше я забиралась, тем стремительней меня ждал полет вниз.

– Пей, черт дери, до дна, – приказала Цинт мягким тоном, несмотря на жесткость слов. – Поможет заснуть и пополнить магические запасы.

Да ладно? Дайте две.

Я опрокинула в себя варево, как шот. С закрытыми глазами протянула чашку. Цинт ее забрала, а потом запихнула меня под одеяло и укутала до самого подбородка.

Веки уже отяжелели, но мне удалось чуточку их приоткрыть. При виде Элвы, взирающей на меня сверху вниз, сердце пропустило удар.

– Поблагодаришь меня позже, – произнесла она.

Я не могла сопротивляться напитку, который проглотила залпом, не могла бороться со сном, который накатывал, сковывал тело своими чарами, но даже когда я провалилась в страну грез, разум остался полностью бодр.

Мгновение – и я оказалась посреди… поля сверкающих пузырей? Они расстилались вокруг таким густым туманом, что больше ничего и не разглядеть. Я опустила взгляд на свои руки, пошевелила пальцами.

Ну, себя я видела, уже хорошо.

– Эй?

Я покачнулась, и пузыри зашуршали, столкнулись со звуком, похожим на тонкий колокольный перезвон. Они не лопались, когда я пробегала по ним пальцами, но отскакивали от прикосновения и еще больше звенели.

Где я, черт возьми?

Или, самое главное, что со мной сделала Элва? Я была так уверена, что могу ей доверять. Дура, что положилась на кого-то из отверженных Рубезаля.

Я сделала шаг, затем второй, третий. Опасности я не чувствовала – никаких глаз, что наблюдали бы за мной из странно освещенного тумана пузырей. Если только в планы Элвы не входило держать меня здесь бесконечно… в таком случае это просто королевский – пардон за каламбур – попадос. Потому что силы ее разума во много раз превосходили все, на что была способна я.

От этой мысли внутри все сжалось. И словно в ответ, сверкающие пузыри потемнели.

– Остается лишь одно, – прошептала я сама себе.

И быстро зашагала в поисках подсказки. Хоть чего-то. Чего угодно, что могло привести к…

Тело замерло, среагировав на звук, который я уловила самым краешком уха. И снова – едва заметное движение воздуха, похожее на вздох.

Я свернула вправо и осторожно двинулась вперед, радуясь, что ступаю бесшумно, что под ногами не похрустывают камешки, не шуршит трава.

Пузыри сгущались, слипались, мне приходилось настойчивее продираться сквозь них, но по другую сторону странной стены явно было что-то – или, точнее, кто-то.

Просунув руку между пузырями с удивительно плотной оболочкой, я вслепую потянулась. Кто же там, за их пределами?

Мать?

Девон?

Даже сестра-дух сойдет.

– Пожалуйста, не будь Адэр, – пробормотала я.

– Боги, – прорычал… мужчина. – Если я в нее превращусь, просто убейте меня.

Этот голос…

Я сомкнула пальцы на сильном запястье и, согнув колени, изо всех сил потянула. Ведь если есть хоть малейший шанс, что все взаправду, я собиралась использовать его по максимуму.