Шеннон Майер – Корона льда и лепестков (страница 21)

– Тогда спаси его! – заорала я, забывшись.

Луг вскинул бледную бровь.

– Ты требуешь?

– Я умоляю, – судорожно исправилась я.

– Они думают, что он умирает, – Луг склонил голову набок. – Раз уж я все же помню, на что похожа любовь, а твоя любовь из тех, что редко приходит в этот мир… – Выражение лица Луга смягчилось. – Я могу уберечь его душу от смерти. Но нужно торопиться. Откажись от большей части плана. И подготовки армий.

Я в мгновение ока вскочила на ноги.

– Выступаем сегодня же.

Пальцы начали таять, в сознании раздался пронзительный крик Элвы:

– Я пытаюсь ей помочь! Поверь, Цинт, я пытаюсь ей помочь!

– Ты сперла мою одежду и притворилась мной, сука! Поэтому расспрашивала, как все прошло с Рябинником? Ты что с ней сделала?!

На мое полупрозрачное плечо опустилась рука, потянула меня назад, и Луг произнес мое имя.

– Вещица из стола Елисаваны – возьми ее с собой, когда откроешь проход в Андерхилл.

Я кивнула. Сама планировала так поступить после того, как увидела, что безделушка пропитана Благой и Неблагой магией. Ох, все бы отдала за несколько часов, чтобы ее разгадать эту головоломку.

– Спасибо.

Луг отпустил мое плечо и исчез, но его голос зазвучал мне вслед эхом:

– Я смогу сохранить ему жизнь лишь на один день. Поторопись, королева всех фейри.

Мгновение – и я открыла глаза.

Я рывком села, хватая ртом воздух. Цинт обхватила ногами голову Элвы и повалила ее на пол. Крики фейри-мистика разрезали воздух, дверь распахнулась, и в спальню вбежали с оружием наготове Рябинник и Папоротник.

– Хорош! – рявкнула я.

Цинт отпустила Элву, отряхнулась и встала, раскрасневшаяся от усилий.

Элва поднялась гораздо медленнее, на бледном лице уже наливались синяки.

Никогда не связывайся с поваром.

– Простите, – выпалила мистик, впервые за время нашего знакомства взволнованная. – Я думала, что вы не выпьете ничего из моих рук добровольно, и мне пришлось притвориться. Я знала, что Рубезаль будет творить с Ланом ужасные вещи. Он считает, что без Фаолана вы станете уязвимой, слабой. Вы должны были прочувствовать, насколько это срочно. Другие вас только задерживают.

– Чушь собачья, – прорычала Папоротник.

Я спустила ноги с кровати.

– Элва, если бы ты сказала, что есть способ связаться с Ланом, я бы тут же ухватилась за возможность. Каковы бы ни были твои намерения, обмануть меня было ошибкой. – Затем я повернулась к остальным: – Но она права. У Лана совсем мало времени.

Ради всего святого в мире, если мы хотели спасти Лана, мы должны отправиться в Андерхилл – и прямо сейчас.

– Если мы ничего не предпримем, он умрет. Собрать войска. Выступаем через час.

9

– Мне нужна тишина, – пробормотала я Рябиннику и генералу Стрику, который все еще кипел безмолвной яростью из-за того, что мы забили на тщательную подготовку ради спасения единственного фейри. Даже если этим фейри был внук Луга и регент Неблагих.

Да и пофиг. Я увидела Фаолана, и мне стало глубоко насрать, кто что подумает.

Закрыв глаза, я слушала, как они поспешили прочь, наводить порядок – и тишину – среди солдат, стоящих по три в ряд в ожидании портала, который я, возможно, не сумею удержать открытым достаточно долго.

Но если для этого мне и нужен стимул, то я его получила: у нас был всего лишь единственный день, чтобы спасти жизнь Лана.

Вдохнув, я ненадолго приоткрыла глаза и сверилась с картой Андерхилл в последний раз. План открыть несколько порталов и перебросить части армии в разные места был официально отменен. Теперь мы направлялись к тому, что, по моему мнению, было самой безопасной и стратегически обоснованной позицией.

– Они должны начать движение, как только брешь станет достаточно большой, – повторила я в который раз.

Затем, подчинившись силе, я позволила ей нарасти до той мощи, которой достигла несколькими днями ранее, и без всяких предисловий дала ей волю.

И понеслось. Мимо хлынуло столько фейри, что затряслась земля, но я разве что проверила размер портала, который создала в мир фейри, а потом сразу сосредоточилась на том, чтобы поддерживать ровное дыхание, замедлить биение сердца, устремить все мысли к единственной цели. Спасти того, кого я люблю.

Руки, окутанные белыми молниями, задрожали.

Ноги неуклонно слабели, пока я попросту не сдалась и не рухнула на землю, по-прежнему удерживая портал с грехом пополам.

Земля вибрировала, и вскоре то же самое будто бы начало происходить с моим зрением, картинка перед глазами расплылась, колеблясь.

Я крепко держалась за нашу последнюю встречу с Ланом. Печаль в его глазах, когда он прощался со мной в тронном зале. Он ожидал, что больше никогда меня не увидит, но я не могла… нет, я отказывалась терять еще одного близкого.

А его – и подавно.

Все-таки есть кое-что, без чего я не могла обойтись.

Какой же я была дурой.

Кто-то подхватил меня под спину и колени, с легкостью поднял, в то время как мои веки отяжелели. Рябинник получил распоряжение перенести меня через брешь, и теперь он бежал, но я не осмеливалась поднять на него взгляд в страхе, что не пройду в затягивающийся проход между мирами. Лишь видела вокруг белые молнии, тонула в них, когда Рябинник прыгнул вместе со мной в портал.

Кувырком. Боком.

Рывок, и хватка Рябинника пропала, а я покатилась по черной траве, усеянной золотыми цветами.

С неимоверным усилием повернув голову, я дождалась, когда из портала выйдут Папоротник и Цинт, и наконец оборвала теперь уже совсем тонюсенький поток белого света.

Брешь между мирами схлопнулась.

Я лежала неподвижно, неспособная на что-либо еще. Цинт бросилась ко мне и рухнула рядом на колени.

– Алли! – она подняла на Рябинника сияющий взгляд. – Ты ее перенес. Не думала, что получится, но ты был так быстр. Спасибо тебе.

У него перехватило дыхание.

– Всегда пожалуйста, леди Цинт.

Я вскинула брови. Леди Цинт, м-м?

Теперь дыхание перехватило уже у Цинт.

– О, эм-м… я… – Она часто заморгала, а потом отвернулась от Рябинника, явно зардевшаяся, и крепко меня обняла.

– М-м-м, ага, – буркнула я.

Подруга шумно выдохнула.

– Никогда такого не видела. Ты была такая жуткая. Молнии, гроза, волосы вжух! Если б я не знала, что ты помешана на щекотках, то уже бы тебя боялась.

До меня постепенно начали доноситься другие звуки.

Солдаты.

Их бормотание, перешептывание.

– Все перебрались? – едва выговаривая звуки, спросила я.

Тело налилось тяжестью. Настолько, что я едва могла пошевелить пальцем. Не то состояние, в котором я хотела бы быть для спасения Лана.

– Все, – с удивлением в голосе отозвалась Папоротник. – Магия вышла просто вау.