Шеннон Макгвайр – Боги Лавкрафта (сборник) (страница 26)
– Дело в том, что я держу в заложниках
Тот кивнул.
– Да, сэр. Кристаллическая структура типа X. Почти идентичная…
– Благодарю вас, доктор. Мак, предполагаю, что этот предмет вполне объясняет, каким образом вы, любопытные дети, сумели проследить зонд и вычислить координаты места его возвращения. Но на чем я остановился? Ах да. Мак, не имею никакого представления о том, кто именно из сотрудников «Сворд Энтерпрайзес» или «Циркона» работает пятым обозревателем на культистов. Как я уже говорил, мы обладаем собственной технологией, производящей вычисления на базе квантовой физики. Наша система требует минимум информации, и по какому-то клочку она, вуаля, говорит нам, где, когда и что произошло, с точностью до наносекунды и миллиметра. Все, что нам известно о роковом полете Нэнси, мы узнали в течение последних нескольких часов в результате анализа компьютерной модели.
– Замечательно, – Дред нахмурился и скрестил руки на груди. Он прятал в рукаве плоский нож, и действие это облегчало ему доступ к оружию.
– Возможно, вы получите научную премию, – бесстрастно промолвил Мак, взвешивая альтернативы. Скорее всего, он сумеет обезоружить Уэйлена ударом по блуждающему нерву. Шансы на то, что ему удастся отбросить револьвер в сторону, прежде чем рефлективным сокращением мышц тот сумеет нажать на курок и проделать дырку в спине Дреда, были минимальны.
– Восхитительно. Мой бог, а какие следствия. – Лабрадор провел пальцем по граненому ониксу, чтобы нащупать угол или грань. – Мне нужна информация о полете Нэнси. Зонд был свидетелем дьявольских зрелищ, и я бледнею при мысли о том, что мог он доставить на Землю в банке своей памяти. Как только Том довезет нас до периметра вашего имения, мы разрешим тебе умотать туда, где ты скрыл эту информацию, при условии, что ты принесешь ее в назначенное место и в назначенный час. Там мы обменяем Дредeрика на полученный материал и расстанемся хорошими друзьями. Если ты не сумеешь добыть данные, или же известишь отца, деда или любого другого представителя «Сворд Энтерпрайзес», считай, брату каюк. И если ваш концерн отказывается иметь дело с похитителями, я от всей души надеюсь, что у тебя по молодости лет еще сохранилась частица души и какие-то рудименты сопереживания.
– Похоже, мистер Лабрадор, что вы приставили пистолет к моей груди. Я произведу подобный обмен, однако мне надо знать, что вы намереваетесь сделать с этой информацией.
– Что сделать? Изучить, уничтожить, запереть в сейф и потопить на дне Атлантического океана. Что угодно… что заблагорассудится. Культисты общаются со своим Азатотом грубыми и эзотерическими методами. Держу пари, банк памяти Нэнси будет по самые жабры забит мерзкими технологиями, которые можно будет использовать для разного рода шалостей, а быть может, для прямого контакта с инопланетной жизнью. Но главным образом я хочу лишить вашего кошмарного деда его открытия. Этот старый сукин сын с радостью сделается иерофантом злобного бога. – Лабрадор с раздражением тряхнул алмазом. – Какого черта! Как вообще работает эта штуковина?
– Освободите нас, и я активирую Бена.
– Отличная задумка, но мимо кассы, парень. Но позабавь меня, дай хотя бы намек. – Лабрадор кивнул Уэйлену. Молниеносным движением свободной руки тот вонзил в плечо Дреда складной нож. Дред дернулся, однако подавил готовый сорваться полноразмерный крик, заменив его потоком ругательств.
– Это, конечно, не искусственный интеллект наших оппонентов, – произнес доктор Кэмпбелл, не обращая внимания на сквернословие и кровь, хлынувшую из раны. – Впрочем, впрочем… Интересно. Неужели ваш ИИ работает не только в нормальном, но и в микромасштабе? И этот фрагмент также обладает сознанием?
– Ну почему пытают всегда меня? – возмутился Дред. – Я младше и покладистей. Вам следовало бы мучить Мака, чтобы манипулировать
– Я читал твою характеристику, – ответил Лабрадор. – В репе и то больше сопереживания, чем в тебе. – Он дал знак Уэйлену. Тот стряхнул кровь с ножа и наклонился вперед.
– Ладно, – проговорил Мак, лицо которого превратилось в деревянную маску. – Не делайте ему больно. Я пойду на сотрудничество. Бен, перейди в активный режим.
– Вокализация посредством электромагнитной вентиляции! – воскликнул доктор Кэмпбелл с блаженной интонацией пьяной школьницы. Выражение на лице его немедленно изменилось. – Мистер Лабрадор, выбросьте ИИ, пока…
Мак произнес:
– Бен, успокой неавторизованные персонажи, – не зная, способен ли Бен превратить электромагнитную энергию в оружие нападения.
Высасыватель Душ
Перспектива заработать дырку в спине не особенно беспокоила Дреда до тех пор, пока Мак не обратился к ИИ. Младший из братьев Тумс отнюдь не попусту проводил лучшие зимы своей жизни в Храме Горного Леопарда. И в тот самый миг, когда Бен проговорил «
Он парил в глубоком, беззвездном пространстве. Где-то вдали, с ужасающей скоростью приближаясь к нему, мерцал и маячил жуткий багровый свет. Неблагозвучным и пронзительным хором гудели рога и флейты. Из пустоты выплыла огромная, не связанная ни с чем ладонь и потрепала его по щеке.
– Ты жив? – поинтересовался Мак.
– Жив. – Дред смотрел вверх, мимо плеча брата на кружок дневного света и небесную синеву, прошитую лентами веток.
Сумрак помешал обоим точно определить участь своих врагов. От Лабрадора несло горелым мясом, тело его рассыпалось тлеющими угольками. Мак ударил Уэйлена в шею и либо убил его, либо лишил сознания. Он видел, как доктор Кэмпбелл рванулся вверх, к свету и предположительно растворился в лесу. Водитель Том напоролся на рукоятку переключения передач, лицо его превратилось в желе после удара о приборную панель.
Мальчики вылезли из разбитого купола в передней части машины, остановились в тени поврежденного краулера и попытались отдышаться. Оба оказались ранеными и контужеными. Дред подозревал, что заработал трещину в одном или двух ребрах. Вполне благополучный исход – с учетом всех обстоятельств.
Мак достал Бена из кармана куртки и опустил на поросший мхом камень. После аварии он провел несколько полных тревоги мгновений, нашаривая в темноте кристалл ИИ.
– Бен?
– Недавно ты упоминал повреждение, нанесенное твоей памяти. Ты сказал, что все, связанное с летным регистратором Нэнси и банком памяти, было повреждено и ты претерпел амнезию.
– Бен, ты являешься кристаллом X-типа и в таковом качестве был подвергнут ускоренному биохимическому процессу вызревания. Справедливо ли мое предположение о том, что твои поврежденные системы будут регенерировать?
ИИ ответил не сразу, но, наконец, сказал:
Мак ударил по Бену незаметно зажатым в руке камнем. Он молотил по кристаллу, пока от него не осталась мелкая пыль, которую он смахнул рукавом на землю, после чего посмотрел на Дреда.
– Едва ли деду нужно видеть то, что Бен сохранил в своей памяти.
– Фигня это, брат. А не поздновато ли тебе превращаться в альтруиста?
– Мне четырнадцать с половиной. Впереди у меня еще достаточно времени.
– Серьезно. Ты не начал жалеть меня, а?
– Нет. Лучше поговорим о том, что делать с Нэнси.
Дред вздохнул.
– Это не так просто, однако при известном везении мы можем оказаться на стартовой площадке до запуска. Можно ослабить плитку теплозащитного покрытия или там поменять местами X с Y в системе управления полетом. И бабах! Нэнси не выйдет на орбиту, потеряет мощность или свалится в гравитационный колодец Юпитера… да что угодно. И никакого тебе межпространственного перехода и контакта с инопланетянами.
Мак раскурил сигарету.
– Или, возможно, именно наше вмешательство отправит Нэнси во тьму. Жаль, что Артур больше не может рассказать нам, какой именно сюжет предпочтителен.
– Ага, а мне жаль, что ты бросил две любимые машины папы. Надо бы вернуть, хотя бы ту или другую.
– Пошли, можем обсудить за полным бокалом.
– Внемлите ему. – И братья, потрепанные, усталые, обняв друг друга за плечи, поковыляли к дому.
После того как мальчишки отправились восвояси, но не сразу, из машины выбрался и Уэйлен. Левая рука его болталась, он потерял шляпу. Наткнувшись на ствол сосны, он немедленно потерял сознание. Впрочем, донесшийся из кокпита шум оживил его. Водителю неведомым образом удалось сползти с пронзившей его рукоятки. Он повалился на землю как тряпичная кукла. После чего встал, являя дыры в своем залитом засохшей кровью комбинезоне, и поправил свое лицо, большими пальцами придав костям и сухожилиям новое положение, добившись неплохого результата. Через час-другой все следы повреждения исчезнут.