Шеннон Чакраборти – Медное королевство (страница 55)

Нари посмотрела на книги с еще большим благоговением.

– Ваш отец двести лет изучал медицину среди людей? – Врач кивнула в ответ, и Нари продолжила допрос: – Где он теперь?

Врач шумно сглотнула, прежде чем ответить.

– Умер в прошлом году. Сердечный приступ.

Весь энтузиазм Нари вмиг улетучился. Она бережно поставила книгу на место.

– Мне очень жаль.

– Мне тоже. Это стало большой потерей для нашей общины, – сказала женщина без тени эгоистичной жалости к себе. – Некоторым из нас он передал свое мастерство. Мы с моим супругом – лучшие в своем деле.

Но Паримал покачал головой.

– Я всего лишь почетный костоправ. Субха – вот кто действительно лучший, – добавил он с мужней гордостью. – Даже ее отец так говорил, а он комплиментами не разбрасывался.

– А другие врачи, которых он обучал, тоже работают здесь? – спросила Нари.

– Нет. Слишком велик риск. Чистокровным джиннам выгоднее, чтобы мы умирали от ангины, чем жили и размножались. – Субха крепче обняла дочку. – Если сюда заявится Королевская гвардия, я сразу загремлю в тюрьму, ведь любой из моих хирургических инструментов подпадает под закон о запрете оружия. – Она нахмурилась. – Да и шафиты тоже хороши. Времена сейчас тяжелые, а нас некоторые считают богачами. Работал с нами один блестящий хирург из Момбасы – до тех пор, пока шайка воров не похитила его дочку. Он продал все имущество, чтобы заплатить за нее выкуп, после чего они сбежали. Хотели выбраться из города с контрабандистами. – Она сникла. – С тех пор мы ничего о них не слышали. Лодки часто не добираются до противоположного берега.

Лодки? Али боялся пошелохнуться. Из Дэвабада убежать не так-то просто. Какое же мужество требуется и до какой степени отчаяния нужно дойти, чтобы сесть вместе с семьей на хлипкую лодку контрабандистов и молиться, что суденышко выдержит плавание по смертельным волнам…

Это мы виноваты. Мы подвели их. Али поглядел на их небольшую семью, вспоминая о шафитах, которых спасла его мать. В Дэвабаде таких, как они, были еще тысячи – тысячи мужчин, женщин и детей, чей потенциал и жизненные перспективы рубили на корню в угоду политическим нуждам города, в котором они жили и который не имели права покинуть.

С головой уйдя в свои мысли, Али заметил, как Нари потянулась к дверце шкафчика, только когда Паримал бросился к ней с криком:

– Стойте, бану Нахида, не надо…

Но она уже открыла шкафчик. Али услышал, как она задержала дыхание.

– А это, видимо, обороняться от похитителей? – спросила она, вынимая оттуда тяжелый металлический предмет.

В первую секунду Али не понял, что это, но как только сообразил, душа у него ушла в пятки.

Это был пистолет.

– Нари, положи это, – сказал он. – Немедленно.

Она метнула в него раздраженный взгляд.

– За кого ты меня принимаешь. Не бойся, я не застрелюсь.

– Это оружие, сделанное из железа и пороха, а ты – бану Нахида Дэвабада. – Когда она непонимающе нахмурилась в ответ, он пояснил с тревожным надрывом в голосе: – Он может взорваться, Нари! Мы – огненные сущности, Нари. Нам нельзя приближаться к пороху!

– А-а. – Она сглотнула и положила пистолет на место, осторожно прикрыв дверцу шкафа. – Тогда лишняя осторожность не повредит.

– Это мой пистолет, – быстро сказал Паримал, что было очевидной ложью. – Субха ничего не знала.

– Не стоит хранить его здесь, – предупредил Али. – Это невероятно опасно. А если кто-нибудь найдет? – Он перевел взгляд. – Хранение шафитами даже незначительного количества пороха карается смертной казнью.

Али, конечно, догадывался, что такая мера была продиктована страхом не столько перед порохом, сколько перед шафитами – какому чистокровному джинну понравится, что где-то есть оружие, которым шафиты владеют искуснее, чем они сами?

– А уж пистолет – этого хватит, чтобы весь квартал сровнять с землей.

Субха посмотрела на него опасливо.

– Это предупреждение или обвинение?

– Предупреждение, – сказал он, глядя ей прямо в глаза. – К которому я настоятельно рекомендую прислушаться.

Нари вернулась и села рядом с ним, отбросив бахвальство.

– Простите, – сказала она тихо. – Мне действительно жаль. Я не знала, что и думать, когда встретила того мужчину. Я наслышана об отчаянном положении шафитов и знаю, что наживаться на том, кто боится за свою жизнь, очень легко.

Субха подобралась.

– То, что ты была обо мне такого мнения, больше говорит о тебе, чем обо мне.

Нари поморщилась.

– Наверное, вы правы. – Она опустила глаза с на удивление робким видом, а потом потянулась к своей котомке. – Я… принесла вам кое-что. Целебные травы и ивовую кору из нашего сада. Подумала, вам это пригодится. – Нари протянула ей узелок.

Врач не спешила забирать подарок.

– Ты, наверное, совсем ничего не знаешь об истории своей семьи, если думаешь, что я могу дать шафиту «лекарство», приготовленное Нахидой. – Она подозрительно прищурилась. – Поэтому ты здесь? Чтобы распространить среди нас какую-то новую заразу?

Нари отпрянула.

– Конечно нет! – воскликнула она, шокированная до глубины души, и у Али на душе заскребли кошки. – Я… хотела помочь.

– Помочь? – врач вперила в нее сердитый взгляд. – Ты вторглась ко мне на рабочее место, потому что хотела помочь?

– Я хотела понять, сможем ли мы вместе работать, – выпалила Нари. – Над одним проектом, который я собираюсь предложить королю.

Субха смотрела на Нари так, словно у той выросла вторая голова.

– Ты хочешь работать со мной? Над проектом, который хочешь предложить королю Дэвабада?

– Да.

Каким-то образом взгляд женщины стал еще более недоверчивым.

– И что же это за проект?

Нари сложила руки.

– Я хочу построить больницу.

Али уставился на нее. Она могла бы сейчас сказать, что хочет броситься под копыта каркаданну, и реакция была бы той же.

– Построить больницу? – переспросила Субха.

– Ну, не столько построить новую, сколько восстановить старую, – поспешила уточнить Нари. – Еще до войны у моих предков была своя больница, но сейчас от нее остались одни руины. Я хочу отстроить больницу и снова открыть ее двери.

Больница Нахид? Не может же она иметь в виду… Али дрожал, теряясь в догадках.

– Ты хочешь восстановить больницу Нахид? Ту самую, что возле Цитадели?

Нари посмотрела на него удивленно.

– Тебе тоже о ней известно?

Али еле сдерживался, чтобы случайно не выдать своих эмоций. Судя по ее тону, Нари задала этот вопрос без всякой задней мысли. Он украдкой бросил взгляд на Субху, но та вообще не понимала, что происходит.

Али откашлялся.

– Ну, я… слышал кое-что об этой истории.

– Кое-что? – не отставала Нари, буравя его пристальным взглядом.

Даже больше. Но то, что было известно Али о судьбе больницы, о том, что там происходило до войны, и о беспощадной, кровопролитной каре, обрушенной за это на Нахид, не знал почти никто, и Али точно не собирался делиться этой информацией здесь и сейчас – тем более в присутствии конфликтующих Нахиды и шафитки.

Он поерзал, не находя себе места.

– Может, лучше расскажешь нам о своем плане?

Нари не сразу отвела от него настойчивый внимательный взгляд, но потом вздохнула и повернулась обратно к Субхе.