Шелби Махёрин – Боги и чудовища (страница 73)

– Какова была твоя самая большая ложь?

Кажется, у меня из носа брызнуло виски.

– Я не сказала тебе, что я ведьма. В Башне шассеров. Ты ничего не знал об этом.

– Какая глупость. Как я мог не знать?

– Отличный вопрос…

– Лу, дорогая сестренка… – Бо театрально закрыл лицо рукой, развалившись на кровати. – Ты должна сказать мне: есть ли у нас с Коко шанс?

– Конечно, есть! Она по уши влюблена в тебя. Это все видят.

– А она сама видит это? – Бо посмотрел на меня затуманенным взором.

В руках он держал бутылку, в которой осталось пугающе немного виски – совсем на донышке.

– Знаешь, она назвала меня Ансель. Недавно. Она, конечно, ничего такого не хотела, просто… – Бо едва не уронил бутылку на одеяло, но я перемахнула через комнату и успела выхватить ее. – …Вырвалось. Она смеялась над моей шуткой. – Он внезапно посмотрел на меня, его взгляд стал острее и яснее. Спокойнее. – У нее такой красивый смех, да? Я люблю ее смех.

Я осторожно уложила Бо на подушку.

– Ты любишь не только ее смех, Бо.

Его ресницы затрепетали.

– Мы все умрем, да?

– Нет. – Я натянула одеяло ему до подбородка, подоткнув со всех сторон. – Но вот тебе мое желание: скажи ей.

– Сказать ей… – слова прервал громкий зевок, – …что?

– Что ты любишь ее.

Бо снова рассмеялся. Наконец он закрыл глаза и заснул.

И их осталось двое.

Я повернулась к Риду и вздрогнула, увидев его прямо перед собой. Он пугающе пристально смотрел на меня, как не смотрел до этого.

– Признание или желание.

Сердце у меня ухнуло, когда Рид подошел еще ближе. Тепло разлилось по всему телу.

– Признание.

Рид медленно покачал головой.

Я с трудом сглотнула.

– Желание.

– Поцелуй меня.

Я невольно приоткрыла губы, когда посмотрела на него – когда увидела это животное восхищение в его глазах, – но даже сквозь пелену алкоголя и страстного, отчаянного желания я заставила себя отступить на шаг. Рид тут же шагнул за мной. Взял меня за шею.

– Рид. Ты не… ты пьян…

Кончики его ботинок соприкоснулись с моими босыми пальцами.

– Что между нами?

– Много алкоголя…

– Мне кажется, я тебя знаю.

– Ты и правда знал меня когда-то.

Я растерянно пожала плечами, задыхаясь – от близости Рида. От его жара. Его глаза ярко блестели – он не смотрел на меня так с тех пор, как мы были на берегу моря. Ни на лошади, ни на мосту, ни в сокровищнице, ни даже под этой самой кроватью. Я взглянула на бутылку виски в руках, и жар в животе превратился в тошноту. «Алкоголь – тоже своего рода признание».

– Но теперь не знаешь.

Рид скользнул пальцами по моей шее, большим пальцем коснулся моего подбородка.

– У нас был… роман.

– Да.

– Тогда почему ты боишься?

Я схватила Рида за запястье, чтобы не дать ему коснуться моих губ. Все мое тело бушевало, восставая против меня. Все жаждало его прикосновений. Но не так.

– Потому что это не по-настоящему. Через пару часов ты проснешься с ужасной головной болью и снова захочешь убить меня.

– Почему?

– Потому что я ведьма.

– Ты ведьма. – Рид повторил медленно, вяло, и я невольно прильнула к его ладони. – И я знаю тебя.

Когда он покачнулся, я обхватила его за талию и поддержала. Рид наклонился, зарылся носом в мои волосы и глубоко вдохнул.

– Я никогда раньше не был пьян.

– Знаю.

– Ты меня знаешь.

– Знаю.

– Признание или желание.

– Признание.

Рид провел пальцами по моему шраму и наклонился ниже, скользнув носом по изгибу моей шеи и плеча.

– Почему у тебя на шее розы?

Я бессильно прижалась к нему.

– Моя мать изуродовала меня ненавистью. Коко преобразила меня надеждой.

Рид помолчал и, слегка отстранившись, посмотрел на меня. Его взгляд омрачился, когда он перевел взгляд со шрама на мои губы.

– Почему ты так сладко пахнешь?

К голове уже подступала боль, но я не обращала на нее внимания. Я закинула руку Рида себе на плечи. Скоро он заснет. Под алкоголем ему не хватало прежнего изящества – он даже равновесие сохранял с трудом и продолжал покачиваться. Я горячо молилась, чтобы завтра Рид ничего не вспомнил. Нельзя было давать ему столько пить. Боль пронзила мой правый висок. Мне самой нельзя было столько пить. Медленно и тяжело я потащила его через комнату к кровати.

– А как я пахну, Рид?

Он уронил голову мне на плечо.

– Как мечта. – Когда я осторожно положила Рида рядом с Бо – его нога полностью свесилась с кровати, – Рид поймал меня за руку и сжал ненадолго, даже закрыв глаза. – Ты пахнешь как мечта.

Похмелье

Я чувствовал себя так, словно меня сбила понесшая лошадь.

Наши же лошади нервно переминались с ноги на ногу в переулке за трактиром, фыркая и притопывая копытами. Я крепче сжал поводья. Тупая боль пульсировала за глазами. В животе внезапно скрутило, и я отвернулся от коней, зажмурив глаза от слабого утреннего света.