Шелби Махёрин – Боги и чудовища (страница 44)

– Исла. – Жозефина скривилась.

Воды все прибывали, вынуждая ее отступать. Жозефина оказалась на самом верху каменной тропы. Ее черные глаза прожигали прекрасное лицо Анжелики.

– Провидица. Твоя госпожа.

– Моя подруга.

Анжелика снова взмахнула рукой, и воды поднялись выше. Жозефина отпрянула. Для тысячелетней карги двигалась она на удивление проворно.

– Тебе стоило бы проявить к ней уважение, – продолжила Анжелика. – Она правит под водой, но и на войну на суше глаз не закрывает. Не советую враждовать с ней. – Она задумалась, и в ее глазах промелькнул странный огонек. – Хотя, кажется, ты уже разозлила ее брата и сестру. Триединую богиню и Водвоса, обитателя леса, – пояснила она уже нам.

«У вас есть семья, мсье Деверо?»

«Собственно говоря, есть. Две старшие сестры. Грозные создания, несомненно».

– Я наблюдала за тобой все эти годы, Жозефина, – печально и мягко сказала Анжелика. Неземное сияние померкло в ее глазах. – Я надеялась на тебя. Ты считаешь меня трусливой, а сама попросту глупа. Неужели ты ничему не научилась на наших ошибках?

Жозефина никак не отреагировала на ее горестные слова. Она лишь продолжала пятиться, ее лицо было непроницаемым, а глаза в темноте горели словно огни.

– Никаких ошибок не было, сестрица. – Она улыбнулась каждой из нас. – Думаю, скоро мы снова увидимся.

Она развернулась, взмахнув плащом, и исчезла в ночи.

Недомолвка

Я рухнула на колени возле Рида, Коко села рядом с Бо и Селией. К моему удивлению, Анжелика опустилась рядом с Константином и погладила его по щеке изящной рукой. В отличие от своей сестры она не скрывала эмоций. На ее лице была написана… тоска.

Чувствуя раздражение и вместе с тем восхищение, я указала на воду, залившую берег.

– Пожалуй, в следующий раз стоит с этого и начать.

Анжелика тихо рассмеялась.

Ворча, я покачала головой. Черт, даже ее смех звучал как колокольчик. Я приложила ухо к груди Рида. Сердце стучало ровно и мощно. Я проверила температуру. Кожа была теплая, но не слишком. Я приподняла его веко и благодаря еще не остывшему гневу зажгла огонек на кончике пальца. Зрачки у Рида тут же сузились. Отлично. Я с облегчением села. Рид был совершенно здоров. Просто… спал. Наверное, он магией вынудил Моргану упасть в обморок, чтобы дать нам время сбежать, и сам потерял сознание. Нужно было разбудить его. Я начала искать подходящий узор, но любопытство не давало мне покоя.

– Он предал тебя? – спросила я, глядя на Анжелику и Константина.

Она посмотрела на меня светлыми глазами.

– Да.

Коко, все еще напряженная, не поднимала взгляд. Она взяла мой кинжал и уже хотела сделать надрез на руке, но, как и меня, ее одолевало любопытство.

– И ты все равно любила его? – спросила Коко.

– Не нужно, милая, – сказала ей Анжелика и посмотрела на стену из воды справа от нас.

В ответ тонкая струйка зазмеилась к нам. Сначала она скользнула к Бо, коснулась глубокой раны на его ноге и впиталась в кожу. Рана тут же затянулась, а следом за ней и та, что была на плече. Вторая струйка направилась к Селии, а последняя потянулась к Анжелике. Все их увечья тут же исчезли.

– Видишь? – улыбнулась Анжелика, и, кажется, у меня даже слегка перехватило дыхание. Я нахмурилась. – Тебе лучше отдохнуть. – Она опустила взгляд на Константина, на рану в его груди. Через силу сглотнула. В этот миг Анжелика почти стала похожа на смертную. – Но да, Козетта. Я любила его так, как любить не следует… слишком сильно. А он сделал мне больно, как это обычно бывает. – В ее голосе засквозила печаль. – Мне жаль, что он умер.

«Мне жаль, что он умер».

И вот так Анжелика снова стала существом далеким и чужим.

Коко сжала ворот Бо, когда он открыл глаза. Она не стала благодарить мать за его исцеление. И я не винила ее. Я пододвинулась ближе к Коко, потянув Рида с собой, и прижалась плечом к ее плечу в знак поддержки. Коко в ответ прильнула ко мне и выпустила рубашку Бо из рук, когда тот сел прямо.

– Что произошло? Где Мор… – Глаза Бо широко распахнулись, когда он заметил Анжелику. К его чести, глупо моргал он лишь секунды три, а затем посмотрел на Коко и моргнул еще несколько раз. – Это…

Коко коротко кивнула. Она крепко сжала медальон. Анжелика выглядела ошарашенной.

– Ты… носишь мой медальон, – сказала она, хотя ее утверждение прозвучало скорее как вопрос.

– Я… – Коко свирепо уставилась на землю. – Да.

Я чувствовала, что Коко неуютно, и в груди у меня тут же кольнуло. Мне отчаянно захотелось ее защитить. Возможно, мне стоило разозлиться на Коко, ведь она никогда не рассказывала о своей матери. Сколько раз мы говорили об Анжелике? Сколько раз Коко предпочитала скрыть правду? Недомолвка – ровно то же, что ложь. Я усвоила это на собственном горьком опыте.

Николина назвала эту недомолвку предательством. Может, мне стоило огорчиться, но я не стала. У всех есть свои тайны. Я и сама не обо всех секретах рассказываю. Не знаю, почему Коко не доверилась мне, но знаю, что мать она видела в последний раз в шесть лет. Конечно, лучше бы Коко встретилась с Анжеликой наедине, но самое главное – ей нужно было время, чтобы все обдумать и решить, каких отношений с матерью она хочет. И нужны ли ей вообще эти отношения.

Я решительно выбрала узор и щелкнула Рида по носу, чтобы пробудить его. Мне хотелось отвлечь всех от неловкой ситуации. Одна ночь моего сна в обмен на его пробуждение. Просто, но действенно. Безо всякого вреда. Рид проснется, и мы двинемся дальше. Может, соберем союзников и пойдем на Шато ле Блан или вернемся в Цезарин и… в общем, займемся хоть чем-нибудь, вместо того чтобы просто глазеть по сторонам.

Я снова щелкнула Рида по носу, чтобы узор рассеялся, но тот по-прежнему висел на месте. Я попробовала вновь, на этот раз сжав кулак. Узор отпрянул и скрутился в другой, как и другие узоры. Они так перепутались, что я не могла уже ни проследить за ними, ни понять их смысла, словно сама магия сбилась с толку.

Я хмуро посмотрела на Рида.

«Ты что, черт возьми, натворил?»

Пытаясь разобраться в бессмысленных узорах, я не видела и не слышала Анжелику. Она опустила руку мне на плечо.

– Он не проснется, – мягко сказала она. – Пока не будет готов.

Я раздраженно на нее посмотрела и дернула плечом.

– Что это значит?

– Его разуму нужно время, чтобы исцелиться. – Анжелика, нисколько не обидевшись, отняла руку и переплела пальцы так спокойно, что даже вывела меня из себя. – Ему повезло, что он выжил, Луиза. Заклинание могло непоправимо навредить не только его разуму.

– Какое еще заклинание?

Анжелика не ответила. Я уже всерьез рассердилась и вскочила, чувствуя, как горят щеки. Клод, Константин, Анжелика – какой толк в их всемогуществе, во всеведении, если все это не использовать? Я покачала головой.

– Тогда почему ты не исцелишь его? Ты же всем остальным помогла!

По губам Анжелики скользнула пугающе жалостливая улыбка.

– Лишь он может исцелить себя.

– Что за чу…

– Не волнуйся, Луиза. – В ее глазах промелькнул сверхъестественный огонек, и я невольно отшатнулась. – Его раны не смертельны. Он очнется… В этом я уверена. Однако дальнейший его путь мне неизвестен.

«Воды видят то, чего не видим мы. Знают то, чего не знаем мы. – В голове у меня прозвучало предупреждение Константина. – Анжелика была пророчицей, и ее магия передалась водам».

– Ваш же путь мне ясен.

Анжелика указала на узкую расщелину в воде. Она вела прямо к сердцу Лё-Меланколик. В серебряном свете луны туман, клубившийся у стен воды, сверкал, как бриллиант. Анжелика виновато посмотрела на Коко.

– Дочь моя, мне жаль, что наша встреча омрачена такими сложностями. Когда ты призвала меня…

– Я не знала, что призываю тебя, – перебила ее Коко.

Анжелика кивнула, но в ее глазах промелькнула боль.

– Да, разумеется. Когда ты воззвала к водам, я услышала твой зов. Я почувствовала, что тебе нужна помощь и… откликнулась. – Она говорила нежно, но все так же решительно. – Ты многого не понимаешь, Козетта. Я знаю, ты злишься на меня и имеешь на это полное право, но, к сожалению, у нас нет времени на долгие объяснения и извинения.

Коко напряглась от такой прямоты, и я сжала ей руку. Но Анжелика права. Сейчас не время и не место для таких разговоров. Моргана и Жозефина были где-то поблизости, мы оказались в ловушке меж водяных стен, а у наших ног лежал мертвец. Я бросила нервный взгляд на воду, когда в ней промелькнул серебристый плавник.

– Вам нужно понять кое-что, – продолжила Анжелика, вновь привлекая мое внимание. – За пределами этих вод мне угрожает опасность. Благосклонность Ислы оберегает меня. Она слишком многим рискнула, позволив мне прийти сюда. Жозефина всю жизнь страшится моей магии – магии Ислы, – но, если она попробует войти в воду, я не смогу остановить ее. Эта магия твоя по праву рождения, но она так же принадлежит и Жозефине, поскольку мы связаны кровью.

Анжелика не дала нам возможности ничего спросить.

– Козетта, ты должна понять, что всю твою жизнь я присматривала за тобой.

От ее голубовато-белых глаз у меня мурашки пробежали по телу, да и у Коко, похоже, тоже.

– Я знаю, где ты бывала, кого любила. Знаю, что вы обыскали все королевство, от Ля-Форе-де-Ю и Ле-Вантра до Фе Томб, чтобы найти союзников в борьбе с Морганой. Вы завели дружбу с Жеводанским зверем и Водвосом. Вы очаровали всех – драконов, ведьм и оборотней. – Впервые Анжелика помедлила. Ее глаза вспыхнули ярче. – Ты все еще желаешь одолеть свою мать? – спросила она меня.