Шарль Эксбрайя – Жвачка и спагетти (страница 15)
— И он, должно быть, выстрелил, сам не понимая, что делает!
Ланзолини слушал их с безумным видом, но тут вскочил:
— Нет! Вы все это выдумали!
Комиссар заставил его сесть.
— Почему бы вам не рассказать все? Насколько это упростило бы дело!
— Это не я! Клянусь, не я!
— Кто же тогда?
— Не знаю…
— Она?
— Нет!
— Глупо с вашей стороны губить себя, чтоб выгородить Мику.
Орландо расплакался, как ребенок.
— Это она… Мика… сказала мне о смерти своего мужа… пришла ко мне… в парикмахерскую… и сказала…
— А она откуда узнала об этом?
— Ее известила по… полиция…
Тарчинини опять сел. Лекок последовал его примеру.
— А теперь успокойтесь, Ланзолини… и расскажите нам правду.
— Какую правду?
— Что вы делали позавчера вечером, она и вы?
— Мы встретились в восемь в Левенбрау, на пьяцца Витторио Эммануэле.
— Она пришла вовремя?
— Мне их дожидаться не приходится. Потом пообедали у Данте, на пьяцца деи Синьори, где я поспорил с официантом из-за ошибки в счете… Потом отправились в Нуово, где смотрели «Локандиеру» Гольдини… Потом пришли сюда и здесь провели ночь и утро, потому что у меня был выходной.
В эту минуту до них донесся негромкий звук: кто-то поворачивал ключ в дверном замке. Все трое замерли, и Тарчинини шепнул Орландо:
— Молчите!
Посетитель напрасно старался — Орландо заложил дверь засовом. Сайрус А. Вильям на цыпочках подошел к двери, бесшумно снял засов и, резко распахнув ее, сказал:
— Входите, синьора!
И, так как она не двигалась, взял ее за руку и подвел к комиссару, который отвесил поклон:
— Рад вас видеть, синьора Росси… Ланзолини, отвернитесь к окну, я не хочу, чтобы вы обменивались знаками.
Юноша повиновался.
— А теперь, синьора, будьте внимательны и отвечайте продуманно. Позавчера вечером у вас было свидание с этим синьором?
— Да.
— Где?
— В Левенбрау.
— Где вы обедали?
— У Данте.
— Без происшествий?
— Разумеется… А, впрочем, немного повздорили с официантом.
— А потом?
— Потом пошли на «Локандиеру».
— Достаточно… Можете повернуться, Ланзолини.
Орландо обернулся. Мика подошла к нему:
— Что случилось?
Он сухо осведомился:
— Что вам угодно?
— Я не застала тебя в парикмахерской и вот пришла…
— Верните мой ключ и уходите!
Она на мгновение застыла с открытым ртом.
— Но послушай, Орландо, мы ведь собирались…
— Чего я никак не собирался, так это принимать у себя гостей из полиции!
— Что им нужно от тебя?
— О! Так, безделица… просто обвиняют меня в убийстве вашего мужа!
Она засмеялась:
— Ты шутишь! Эуженио застрелился!
— Спросите у этих господ.
Она повернулась к Тарчинини.
— В самом деле, синьора, вашего мужа убили.
— Madonna Santa! Кто?
— Это мы и пытаемся выяснить.
— И вы решили, что Орландо… Мой бедный мальчик!
Но у Ланзолини страх вытеснил все нежные чувства.
— Бедный мальчик в гробу это видал!
Мика догадалась, что ветер переменился и ее счастье под угрозой. Она спросила довольно глупо:
— Что видал в гробу?
— Все!
Она пролепетала: