Шарль Эксбрайя – Зарубежный криминальный роман (страница 65)

— Что вы скажете в ответ на обвинение? — спросил Давида судья. Это был человек лет сорока, с мягким голосом и светлыми волосами.

— Мой клиент… — начал было Плендер.

— Я хотел бы, чтобы обвиняемый сам ответил на мой вопрос, если вы не возражаете, — перебил его судья.

— Как вам угодно, ваша честь, — пробормотал Плендер.

— Так что вы можете нам сообщить? — Судья поправил очки.

— Я не виновен, — резко ответил Левинсон.

— Благодарю вас. Запишите слова обвиняемого, пожалуйста. — Судье, видимо, хотелось быть очень приятным и вежливым. — Какими уликами мы располагаем?

Высокий, долговязый детектив встал на место свидетеля, произнес присягу и назвал свое имя — Джеф Хиксон. В голосе его чувствовался акцент кокни. Он заявил, что был в доме обвиняемого, произвел там обыск с его разрешения и нашел украденную драгоценность.

— У вас есть вопросы к свидетелю, мистер Плендер? — спросил судья.

— Да, для выяснения события, ваша честь, — ответил Плендер. — Правильно ли я понял свидетеля, что обыск был произведен с согласия мистера Левинсона?

— Так ли это? — обратился судья к свидетелю.

— Да, сэр, — ответил тот.

— Вы удовлетворены, мистер Плендер? — мягко спросил судья.

— Полностью удовлетворен. Моему подзащитному нечего было прятать, — ответил, улыбаясь, Плендер. — Мой клиент заявил, что невиновен и может доказать это. Я прошу у суда разрешения внести залог.

— Залог? Ах да, — судья произнес это слово таким тоном, будто впервые его услышал. — Что думает полиция относительно залога?

Инспектор с акцентом кокни произнес гнусавым голосом:

— Мы не будем возражать против залога, если это будет достаточно большая сумма.

— Крупный залог, не так ли? Да, я думаю, что в этих обстоятельствах можно разрешить внести залог за обвиняемого, ну, скажем, в размере две тысячи фунтов стерлингов. Да! Два поручительства по тысяче фунтов стерлингов каждое удовлетворят суд. — Он посмотрел на Хиксона, но тот ничего не сказал.

Мэнеринг подумал, что Бристоу дал какие-то особые поручения детективу и, вероятно, имел для этого веские основания.

— У вас есть такие поручители, мистер Плендер?

— Да, сэр, — ответил Плендер. — С вашего разрешения.

Левинсон смотрел на Мэнеринга так, что, казалось, больше не может сдерживаться. Плендер чувствовал себя не очень уверенно. В ложе прессы почувствовалось оживление, и все пятеро корреспондентов, сидевших там, затаили дыхание.

Мэнеринг встал.

— Я бы хотел быть одним из поручителей, ваша честь, если это возможно.

Левинсон приоткрыл губы, как будто хотел что-то сказать, но тут же сжал их. Судья стал задавать Мэнерингу обычные вопросы, а служащий магистрата вносил обычные поправки. Наконец, Мэнеринг подошел к столу, чтобы подписать необходимые в таких случаях бумаги. Левинсон был рядом, но вокруг было слишком много людей, чтобы они могли поговорить конфиденциально.

Самое неприятное было в том, что Левинсон по-прежнему смотрел на Мэнеринга враждебно.

— Билл, — сказал Мэнеринг в трубку, сидя в просторном кабинете Плендера.

— Слушаю, — отозвался Бристоу.

— Какие последние сведения о Саре Джентиан?

— Она приходит в себя.

— От чего?

— Отравление газом, — ответил Бристоу. — Что же еще?

— Она теряла еще раз сознание?

— Она убежала из больницы, когда ей разрешили встать и одеться, сестры хотели, чтобы она немного развеялась, и потом она так настаивала на том, чтобы ей вернули одежду и разрешили встать.

— Я думал, что твои парни наблюдают за ней.

— Так оно и было. Они надеялись, что она в безопасности.

— Послушай, Билл, почему Хиксон думал, что она не будет в безопасности в Джентиан Хаус, если бы осталась там прошлой ночью?

— Он просто хотел, чтобы девушка была там, где мы сможем наблюдать за ней все время, — ответил Бристоу. — И не беспокойся, мы теперь с нее глаз не спустим.

— Билл.

— Да?

— Не думаешь ли ты, что Сара психически больна?

— Это вопрос не ко мне. Об этом следует спросить у врачей.

— Тогда я спрошу по-другому. Она пыталась покончить жизнь самоубийством вчера днем, не так ли?

— Выходит так.

— Обещаешь сделать все возможное, чтобы предотвратить следующую попытку к самоубийству, если она попытается еще раз?

— Да, обещаю тебе.

— А могу ли я спросить тебя еще об одном. Не запер ли ты ее в больнице потому, что тебе не терпится расспросить ее обо всем, как только она придет в себя?

— Джон, — медленно проговорил Бристоу. — Врачи говорят, что сейчас ее нельзя трогать. Она перенесла слишком сильный шок и, кроме того, приняла огромную дозу веронала. Я не знаю, что она скажет, когда придет в себя.

После некоторой паузы он спросил:

— А ты узнал что-нибудь от лорда Джентиана?

— Пока нет. Я собираюсь встретиться с ним сегодня утром.

— Прежде чем ты с ним встретишься, я бы хотел взглянуть на меч, на большой меч, — сказал Бристоу. — Где он сейчас находится?

— У меня в «Quinns», я же говорил тебе.

— Надеюсь, что это так, — сказал Бристоу.

В течение всего утра Мэнеринг не связывался с магазином. Не было от управляющего никаких известий, которые позволили бы предположить, что меч исчез. Но скептическое замечание Бристоу заставило Мэнеринга заволноваться. Как только он поговорил с Бристоу, то тут же позвонил в магазин, глядя в окна противоположного дома, где мужчины и женщины спокойно сидели за столами, как будто они находились на другой планете.

К телефону подошел Лараби.

— Нет, сэр. Ничего необычного в магазине не произошло за ваше отсутствие. Правда, я не спускался в кладовую этим утром, просто не было необходимости. Но если вы хотите, чтобы я пошел…

— Бристоу будет в магазине в половине первого, — прервал его Мэнеринг. — Мы спустимся туда вместе.

Он опустил трубку на рычаг, взгляд его скользнул по пустому креслу Плендера, выполненному в кубической форме и обтянутому светло-розовой кожей. Затем набрал номер лорда Джентиана. Казалось, звонки раздавались целую вечность. Наконец, к телефону подошел Орд. В трубке зарокотал его сильный голос.

— Резиденция лорда Джентиана. Кто говорит?

— Это Мэнеринг, — сказал Джон. — Передайте, пожалуйста, его сиятельству, что я смогу увидеться с ним около двух часов, не раньше.

— Кто вы сказали? Кто говорит? — начал было взрываться Орд.

— Мэнеринг. Около двух, — повторил Мэнеринг и повесил трубку.

Через десять минут он поймал такси и поехал в «Quinns». Подъезжая к магазину, он увидел выходящего из полицейской машины Бристоу. До назначенного времени оставалось пять минут. Бристоу подождал его у двери магазина, любуясь прекрасным венецианским зеркалом XVI века — настоящим произведением искусства.

— Сколько стоит это зеркало? — спросил Бристоу.