Шапи Казиев – Яхта олигарха. Авантюрно-приключенческий роман (страница 12)

– А деньги? Их же вам суют в разные места.

– Суют стриптизершам. С намеком, что это аванс.

– А ты, значит, не по этой части?

– Все женщины по этой части. Но есть некоторые различия. Если я скажу, что все мужики – кобели, это же не значит, что между тобой и каким-нибудь спившимся морячком, охраняющим твою яхту на причале, нет никакой разницы?

– По большому счету – нет, – согласился Андрей.

– А я думаю, что есть.

– Так что ты собираешься делать с миллионом?

– Ну, – Маша слегка растерялась. – Накуплю шикарной одежды, машину… Смотаюсь на Канары…

– Останется почти столько же. А дальше?

– Выйду замуж…

– Вот с этим будут проблемы. На богатых невест альфонсы кидаются как стервятники на куропаток.

– Это точно. Вот у меня подруга… У нее, как только бизнес пошел…

– Я вижу, ты не готова к большим деньгам.

– Ничего, как-нибудь подготовлюсь… За три-то года.

Андрей с удовлетворением ощутил, как вновь начинает обрастать шкурой олигарха.

– Большие деньги – они как электричество. Как ток высокого напряжения. Тех, кто не умеет с ними обращаться, они просто убивают.

– Значит, нам будет о чем поговорить.

Андрей начал подозревать, что избавиться от Маши будет не легче, чем продать яхту. Но он не мог продать ее с Машей на борту или даже в ее присутствии. Узнай она о его настоящих планах, об этом неминуемо стало бы известно и боссу. А тот шуток не любил, тем более таких. Как и большинство преуспевающих бизнесменов, он не видел греха в том, чтобы надуть кого угодно, если это приносило прибыль. Но если кому-то удавалось перехитрить его самого, босс считал это страшным преступлением, требующим самого сурового возмездия.

Они миновали Мраморный остров, где к каравану присоединилось еще несколько яхт, и уже в сумерках подошли к Дарданеллам. У входа в пролив дежурил полицейский катер, освещая прожектором проходящие мимо яхты. Но номер «47», нарисованный чистильщиком обуви вместо названия яхты, полицию не заинтересовал. К тому же за штурвалом, в капитанской фуражке, стояла Маша.

Андрей облегченно вздохнул, когда стайка яхт миновала пролив и перед ними открылось Эгейское море с его многочисленными островами.

Парусный караван скоро свернул влево и пошел вдоль турецкого берега. Кто собирался посетить полумифическую Трою, до которой теперь было совсем недалеко, кто спешил на знаменитые курорты, большинство же направлялось в Мармарис, считавшийся Меккой турецкого яхтинга.

Андрей двинулся в открытое море, к берегам Эллады. Он верил, что потомки великих мореплавателей-аргонавтов и соплеменники знаменитого судовладельца Онасиса по достоинству оценят его прекрасную яхту и не станут мелочиться.

Ночь на юге опускается неожиданно, а бороздить Эгейское море в темноте – занятие небезопасное. Морские неожиданности были способны погубить не только древних аргонавтов, веривших в силы природы, как нынешнее поколение в компьютеры. К тому же поднялся ветер, и нужно было срочно найти безопасную бухту. Андрей осторожно лавировал между причудливыми островами, выраставшими из темноты как морские чудовища. Найдя подходящее место, он собрался уже бросить якорь, но в луче фонаря, которым светила Маша, вдруг затрепетал на шесте турецкий флаг. Пришлось спешно менять дислокацию.

На соседнем островке трепетал уже греческий флаг, но швартоваться было невозможно – кругом торчали острые камни. С большим трудом они отыскали еще одну удобную бухту. Там тоже стоял шест, но с табличкой «Sale». Остров продавался, хотя было непонятно – кем. Зато было ясно, что бросить около него якорь мог каждый желающий. Ведь прежде чем купить остров, его, по крайней мере, нужно было осмотреть.

– Приехали? – робко поинтересовалась Маша.

– Можно сказать и так.

Он надул спасательную лодку и они переправились на берег. Трудно было назвать этот остров земной твердью, но, по крайне мере, под ногами ничего не качалось, и можно было передохнуть.

Остров был абсолютно гол, как декоративные камни на виллах олигархов. Возможно, он потому и продавался, что ни на что больше не годился. Зато купивший эту глыбу посреди моря мог с полным правом называть себя владельцем острова в Эгейском море и приплести к своей престижной собственности пару античных мифов. Пепелище от костра и металлический бочонок из под маслин свидетельствовали, что покупатели к этому острову уже присматриваются.

– Ну что, по пивку? – предложил Андрей.

– Сам его пей, – Маша бросила банку на песок и отвернулась. – Я хочу нормальной пищи.

Андрей тоже хотел нормальной пищи, но даже если бы перед ним явилась скатерть-самобранка, он бы не притронулся ни к чему, кроме пива. По крайне мере, пока поблизости была Маша.

В темноте раздались странные звуки. Будто кто-то стучал в металлический барабан. Андрей в страхе схватил фонарь и посветил туда, откуда раздавались звуки. Из темноты на него смотрели сотни маленьких горящих глаз.

– Мама! – в ужасе вскочила Маша, прячась за Андрея.

– Спокойно, – взял ее за руку Андрей. – Это крабы!

То, что можно было назвать нормальной едой, само выползало из моря. А несколько больших крабов уже дрались за банку пива. Победитель попытался вскрыть ее своей громадной клешней, но банка не давалась, и тогда в битву за странную добычу бросались новые претенденты.

– Прогони их! – требовала перепуганная Маша.

– Может, их лучше сварить?

Андрей развел костер и принялся собирать крабов. Маша набрала в бочонок морской воды, и, когда она закипела, высыпала в нее добычу.

Столько нежного крабьего мяса Маша не ела никогда. И никогда еще Андрей не был так близок к голодному обмороку, наблюдая, как все ловчее и ловчее Маша выхватывала из кипятка сварившихся румяных крабов и разламывала их клешни.

– Крабы хороши с пивом, – напомнил Андрей слабым голосом.

– Угу, – кивнула Маша. – Они и без пива – прелесть! А ты что, не хочешь?

– Дело принципа, – из последних сил крепился Андрей.

– Я никому не скажу, – пообещала Маша.

– Спасибо, – процедил Андрей, заливая голод очередной банкой пива.

Насытившись, Маша откинулась на теплый гранит.

– Как тут хорошо!

– Дома лучше, – ностальгически намекнул Андрей.

– А что там хорошего? – говорила Маша, засыпая. – Вкалываешь с утра до ночи, пока олигархи острова скупают…

Сон, а вернее – Морфей, раз уж они находились в широтах древнегреческих мифов, властно окутал Машу сладостными объятиями. Андрей и сам был не прочь предложить объятия своей хорошенькой спутнице, но лучезарная мечта требовала от него твердости духа.

Убедившись, что Маша крепко спит, Андрей немного полюбовался ее фигурой, которая в отсветах костра становилась все соблазнительнее. Но потом заставил себя отвернуться, переборов растущее искушение. И тогда его взгляд упал на бочонок с крабами. Этого соблазна он преодолеть уже не смог. Андрей запускал руки в еще горячую воду, лихорадочно ворошил останки крабов, но целых так и не нашел.

Андрей схватил фонарь и бросился искать новых крабов. Но они куда-то дружно исчезли, видимо решив, что на острове появились новые хозяева. Наконец Андрей разглядел что-то шевелящееся у самой кромки воды. Он бросился туда. Щелчок зубастой пасти чуть было не отхватил Андрею руку – из темноты на него глядел крокодил. Это был небольшой, но очень прожорливый крокодил, обитавший в местных водах. Похоже, он собирался полакомиться крабами, но его опередили, и крокодил кипел естественным негодованием. Андрей швырнул в конкурента пару камней, и тот нехотя попятился к воде. В отместку крокодил прокусил надувную лодку и исчез.

Злой на крокодила, Машу и себя Андрей пробовал уснуть. Но голод оказался сильнее Морфея, будь он трижды богом сна, и мучил Андрея всю ночь. Сытая и спящая Маша уже не казалась ему столь прекрасным созданием, чтобы ради нее отказываться от своей золотой мечты.

Как бы проверяя, уцелела ли после нападения крокодила лодка, Андрей спустил ее на воду. Лодка заметно обмякла, но еще держалась на плаву. Ее хватило только на то, чтобы помочь Андрею добраться до яхты. В полузабытьи от голода и бессонницы, Андрей забрался на борт, поднял якорь и начал медленно уходить от острова, таявшего вдали маяком догорающего костра.

Нет, он не бросал безмятежно спящую Машу на произвол судьбы, крабов и крокодилов. Он знал, что ей лучше, чем ему. И хотел, чтобы она вернулась домой. А это Андрей легко устроил бы, добравшись до обитаемых мест и сообщив, что видел на продающемся острове костер, разожженный, вероятно, жертвой кораблекрушения. Машу спасут и отправят домой, о ней даже напишут в газетах. А Андрей тем временем продаст яхту и станет миллионером. А раз исполнение его мечты уже так близко, то не было необходимости воздерживаться от естественных человеческих потребностей. И можно было съесть дюжину-другую крабов или солидную рыбину, которых кругом было полно. Но делать этого Андрей не стал. От решимости довести дело до конца у него пропал аппетит.

Яхта пробиралась между островками до рассвета. А когда солнце вновь принялось обогревать для туристов море и пляжи, Андрей увидел нечто ужасное – почти на всех этих островках красовались таблички с надписью «Sale». Они тоже продавались, и некоторые даже со скидкой.

Когда Маша проснулась, она была очарована чудесными видами, открывавшимися вокруг. Зеленые острова в лазурном море навевали сказочные мечты из детства. Вокруг резвились сверкающие дельфины и суетились чайки, добывая из воды серебристых рыбешек. Однако в этой идиллии чего-то недоставало. Маша не сразу поняла, что именно мешало завершенности живописного пейзажа. А недоставало главного – яхты. Маша испуганно огляделась, затем взобралась на пригорок – яхты не было.