Шапи Казиев – Яхта олигарха. Авантюрно-приключенческий роман (страница 11)

– Она все объяснит. Желаю удачи, милочка.

И дама скрылась за дверьми ресторана, откуда с новой силой загремела музыка.

Маша была в отчаянии. Она чувствовала себя белоэмигранткой, которую лишили родины и предложили взамен бордельное рабство. Но Маша еще не на столько привыкла к предлагаемой ей роли, чтобы смириться. Она мысленно перебирала варианты спасения, но один оказывался нелепее другого. В этом мраке ей слабо светила лишь надежда на то, что Андрей еще не отчалил на своей яхте. И ей ужасно захотелось его пива, в его каюте, пусть даже в кругосветке. Но и эта надежда начала стремительно гаснуть, когда полицейский принялся за вторую чашку, а служащая по-хозяйски поманила Машу пальчиком с ярко накрашенным ногтем.

Но тут в гостиницу ввалились двое изрядно подвыпивших моряков. Один держал в руках расписной кальян с тлеющим на угольках табаком, и оба рвали друг у друга мундштук, пытаясь этот кальян раскурить. В стеклянной колбе возникали мутные водовороты, но результат моряков не удовлетворял. Это занятие их настолько измучило, что они уже не в силах были говорить, а только нечленораздельно мычали. Они уселись за столик, знаками подозвали Машу, усадили ее рядом и также знаками велели наладить эту конструкцию, чтобы сполна насладиться ароматом Востока.

В ответ Маша только улыбнулась. Тогда один из моряков понимающе кивнул и положил тяжелую руку на Машину коленку. Она отзывчиво погладила его руку своей, а затем призывно улыбнулась другому моряку. Тот отставил кальян и ухватил Машу за талию. Первому это не понравилось. Второму не понравилось то, что не понравилось первому. Каждый тянул Машу к себе, и это привело к естественной развязке. К морякам вернулась членораздельная речь, и речь эта оказалась немецкой.

– Das Schwein! – первый обозвал приятеля свиньей.

– Du der Bock! – не остался в долгу второй, возведя коллегу в козлы.

Один двинул другого кулаком. Тот обрушил на голову соперника кальян. В разгар драки в заведение ввалилась еще дюжина моряков в такой же форме. Но вместо того, чтобы разнять разбушевавшихся приятелей, они тоже полезли в драку. Под горячую руку попал и полицейский, собравшийся было восстановить порядок в заведении.

На шум из ресторана стали появляться другие моряки с подружками. Публика сначала забавлялась, оценивая удачные броски и удары, но этого ей показалось мало. И зрители дружно влились в этот увлекательный аттракцион с понятным на всех языках кличем «Наших бьют!». Единственным, кто не пострадал в этом кровавом развлечении, была Маша, которая покинула заведение задолго до его кульминации.

Тем временем Амир продолжал строгую ревизию яхтенного оснащения.

– Навигатор работает?

– Как часы.

– Смотря, какие часы, – сомневался Амир. – Тут у нас «Ролексы» продают по пять долларов. – Эхолот в порядке?

– Экстра-класс.

– Все так говорят, – сомневался Амир. – А потом клиенты с претензиями наезжают.

– Может даром вам яхту отдать? – не сдержался Андрей.

– Зачем же? Мы – деловые люди. – Амир проверил, как крутится штурвал, как работают лебедки.

Улучив момент, турчонок снова начал приставать к Андрею со своими щетками, предлагая навести блеск на кроссовки, которые в чистке не нуждались в принципе. Андрей машинально пошарил в карманах:

– Говорят тебе – нет у меня денег!

– У каждого свой бизнес, – философски заметил Амир.

Он бросил настырному мальчишке монету и что-то сказал. Шустрый малый тут же кинулся закрашивать ваксой название на борту яхты. Затем, на черном овале, он вывел белую цифру – «47».

– Это еще зачем? – не понял Андрей. – Я пока ничего не продал.

– Договоримся, капитан.

Амир спрыгнул на причал, закурил и почесал панаму, производя в уме неторопливые вычисления.

– Учитывая растаможку, перерегистрацию… А также лояльность властей и прочие формальности… Не говоря уже о торжественных проводах с оркестром… Незабываемое зрелище, капитан! Очень рекомендую.

– Так сколько вы предлагаете? – сдался Андрей. – Торжественные проводы можете вычесть, я в них не нуждаюсь.

Амир собрался было назвать последнюю цену, но опасался, что Андрея хватит удар. С другой стороны, жестокие законы бизнеса диктовали свои условия. В такой ситуации яхту можно было получить и даром. Сомнения Амира прервал звонок мобильного телефона, сыгравшего первые аккорды «Ах, Одесса…».

– Эфенди? – отозвался Амир, что, видимо, означало не только уважительное обращение, но и обычное «Алло».

То, что он услышал в трубке, произвело на Амира сильное впечатление. Он быстрым шагом двинулся к своей машине.

– Один момент! Съезжу в банк за наличностью! – И, опасаясь, чтобы за время его отсутствия Андрей не передумал, добавил. – Я дам хорошую цену, капитан!

Андрей был в отчаянии. Он опустился на край причала и, обхватив голову руками, тупо уставился на кишащую яхтами бухту. Но Андрею виделось совсем другое – как тонет в Босфоре его вожделенная вилла и уплывает куда-то лимузин, а на берег выходит грозный, опутанный водорослями, дядька Черномор с трезубцем.

Когда Андрей очнулся от страшного зрелища, его кроссовки уже сияли, как лакированные туфли, а довольный турчонок стоял с протянутой рукой, требуя вознаграждения. Андрей дал ему банку пива. Мальчишке это не понравилось. Он схватил щетку с черной краской и пригрозил, что вымажет ею светлые бриджи Андрея. Их напряженный диспут нарушил скрип тормозов. Из подъехавшего к клубу такси выскочила встревоженная Маша.

– Матушка! – напомнил о себе таксист.

Маша отдала ему почти все свои деньги. Остальное она сунула мальчишке и сказала, давая понять, что хочет есть:

– Кебаб, щербет, халва!

Турчонок понятливо кивнул и рванул за покупками.

– Маша?.. – слабо улыбался Андрей.

– Ты мне должен тысячу долларов. Вернее – три, за три дня.

– Ты же хотела домой? – напомнил Андрей.

– Где этот негодяй? – оглядывалась Маша.

– Амир? Куда-то уехал.

– Тем лучше! Он меня чуть в бордель не продал!

Маша взбежала на яхту, встала у штурвала и приказала:

– Отчаливай!

Андрей и сам понимал, что это единственный шанс спасти яхту. Продать ее можно было и в другом месте, по достойной цене. Он оттолкнул яхту от причала и вскочил на борт. Паруса наполнились ветром, яхта слегка накренилась, набрала скорость и выпорхнула из марины как птица из клетки. Теперь нужно было смешаться с множеством яхт, бороздивших Босфор во всех направлениях. С соседних бортов им приветственно махали руками, показывали большие пальцы и вообще всячески приветствовали коллег, разделивших с ними наслаждение яхтингом в столь чудесном месте.

– Дарданеллы! Дарданеллы! – кричал Андрей, стараясь найти попутчиков.

Оказалось, что к Дарданеллам – проливу, ведущему из Мраморного моря в Эгейское, направлялся целый парусный караван. Андрей пристроился посредине и велел Маше работать лебедками, чтобы паруса были надуты как следует и яхта не теряла скорость.

Свежий ветер и соленые брызги несколько отвлекли Андрея от событий, чуть было не разрушивших его мечту. Теперь он надеялся продать яхту на греческих островах.

– Куда мы плывем? – спросила Маша.

– Не важно. Главное, чтобы полиция не сцапала. Ты произвела на местных большое впечатление. Думаю, они просто жаждут познакомиться с тобой поближе.

– А разве Турция еще не кончилась?

– Осталось пройти Дарданеллы. А там и до Греции рукой подать. Из Афин тебе будет легче добраться домой.

– И когда мы прибудем в Афины?

– Смотря по погоде. С хорошим ветром – через пару дней.

– Будешь должен мне пять тысяч.

– Уже пять? – удивился Андрей.

– Даже шесть. По тысяче за каждый день плюс ночь в порту, когда ты не явился.

– Логично, – согласился Андрей.

– А сколько, говоришь, длится кругосветка?

– Год-два, но можно уложиться и быстрее. А что?

– Если я поплыву с тобой, то стану миллионершей?

– Зачем тебе столько денег? – опешил Андрей, вспомнив, как сам спасовал перед распределением предполагавшегося состояния.

– Но вы то, олигархи, находите, что с ними делать. Да и где я еще столько заработаю? Такие, как ты, редко заходят в наше кабаре.

– Ты меня там видела?

– А там никого не видно – свет в глаза, а за ним – темнота. Если бы я видела хоть одну рожу, пардон, физиономию, разве бы я смогла танцевать?