Шана Лаут – Тройное счастье попаданки (страница 3)

Со всех сил, что ещё остались в разомлевшем теле, забилась в чудовищных, но чертовски приятных объятьях. Вот только змей уже поймал добычу, которой я быть отказываюсь. Пришлось сражаться малым – с силой прикусила юркий язычок противника, вызвав ошеломлённого шипение и выпученные глаза. Так тебе!

- Кто… - начала было я, даже в грудь побольше воздуха набрала, как в комнату снова влетела, но уже другая женщина, более благородного возраста.

- Ну, наконец-то! – увидев меня, вскрикнула старушка, фонтанируя радостью и энергией. – Меньшего я от тебя и не ожидала, пострел!

Не ожидала она! Я сейчас покажу и ей свою радость!

- Кто… - вновь попыталась начать я, но опять была перебита. В этот раз молодушкой:

- Ты представляешь, как мы волновались, что не приведёшь! И какая! Ух! Красавица!

- Да что… - ещё одна попытка, теперь оборвал её сам муже-змей:

- Бабушка! Матушка! Прошу вас, вы нас смущаете, - и говорил явно без смущения, но меня собой закрыл всем телом, поворачивая к женщинам лишь голову.

- Бабушка? Матушка? – тихо про себя проговорила. Так тут ещё и целое гнездо, что ли? Тоже прибежали полакомиться?

- Ой, да что мы там не видели? – усмехнулась бабуля. - А вот жёнушку свою будь любезен всё же показать, уж больно красива, старому глазу приятно!

Да, как блюдо я явно красива, но не дамся! Схватил – это ещё не приготовил!

- Ладно, так и быть, представишь на обеде, - довольно усмехнулась бабуля, заметив мои трепыхания, а вот высказать всё не дал очередной возмутительно-приятный поцелуй, и поползла к выходу. – Пойдём, Итриша, твой сын весь в отцов и дедов, как ещё не бросился на нас? Мягкий он у тебя вышел!

- Зато какой решительный, - гордо ответила рыжая нагиня, выходя следом. Но всё же развернулась и, подмигнув мне, закрыла ею же почти выбитую дверь.

- П-пусти! – выдохнула я, едва он освободил мои губы. Уф, как же их теперь припекает! И ведь не высказаться по этому поводу, слишком уж приятно было. Эх, если бы только вся ситуация не портила момент…

- Отпущу, если ты успокоилась, - прищурился змеюка, чей хвост, словно живший собственной жизнью, обвил мои ноги и наглаживал бедро, медленно подбираясь к запретному. Пришлось хлопнуть по наглой конечности. Правда, сделала я это не задумываясь, а только потом поняла, что натворила, и отдёрнула руку, смотря в смеющиеся глаза наглеца. – Можешь трогать сколько захочешь.

- Н-нет уж, - буркнула, отвернувшись, но, услышав почему-то счастливый смешок, обернулась обратно. – Чего смешного?

- Больше не считаешь меня глюком? – напомнил ведь.

- А ты и есть бред моей фантазии! – не буду я тебе сдаваться. Хотя бы словесно, раз уж тело схвачено.

- А если докажу, что всё правда, - и провокационно сузил глазища. – Докажу, что вчера ты согласилась стать моей женой добровольно.

- Меня опоили! – возразила я, но получила лишь ещё одно задорное хихиканье и поцелуй в лоб. А потом и ответ, который скорее озадачил:

- В какой-то степени тебя и правда опоили, - не ожидала я, что с моим доводом согласятся, отчего даже растерялась.

Но змею это было на руку, ведь улучил момент и утащил меня обратно в центр кровати-матраца, где подобрал гулькой весь свой немалый хвост и усадил меня как на трон, простроившись напротив. И ведь не боится, что снова попытаюсь убежать! Хотя с него станется легко поймать обратно.

- Но это не отменяет того, что теперь мы супруги, - продолжил полузмей. – Ты выпила особый элексир, такого ярко-розового цвета, мерцающий, верно? - а я припомнила коктейльчик, протянутый подругой, и осторожно кивнула. – Это была «Слеза Богини». Его пьют лишь женщины, готовые предложить себя свободным мужчинам в качестве жены. А ночь с тем, кого она не против видеть рядом, автоматически делает брак действительным.

- А глюк? – спросила я, не особо веря в услышанное.

- Глюк? Ты что-то видишь не так? – нахмурился мужчина. – Обычно слеза не действует на восприятие мира, лишь по-своему улучшает его, лишает барьеров, чтобы члены нового союза могли лучше прочувствовать друг друга в соитии, - и очень жадно сверкнул на меня глазами. Я же поняла, что до сих пор голая, поспешив прикрыться хотя бы руками. – Так… что ты видишь не таким как раньше?

- У тебя хвост, - и взглядом окинула оговариваемый. Вот мы и подошли к сути. Надеюсь, после услышанного, он не поспешит вызывать санитаров, не хочется мне в дом с мягкими стенками! – У людей не бывает хвоста!

- Так я и не человек, - выдал этот… этот… и широко разулыбался. А вот мне стало совсем не до улыбок. – И для нагшвари, которым я и являюсь, нормально в истинной ипостаси иметь хвост.

Всё, прощай благоразумность. Да здравствует безумие! Кажется, нам обоим светят мягкие стеночки. Зря я не приняла его слова об опаивающем элексире, якобы соединяющий пары в семью, за продолжение бреда. А тут такое.

- Кстати, нам бы после обеда поспешить в храм и поблагодарить Богиню подношениями за её великий дар, - и столько счастья при этом в словах. Ещё и мою ногу схватил в руки, заставляя завалиться на спину, и начал наглаживать стопу, иногда целуя её свод. – Я подберу лучшие дары, обещаю.

Нет, тут точно мягкими стенками не обойтись, раз он уже про богов заговорил! Остаётся, надеяться, что отпустит нас раньше, чем мы начнём доставлять неудобства окружающим. А может, тут вообще всё мой единоличный бред? И муж, и его хвост, эта комната и приходившие к нам женщины? А я просто лежу в психушке или… Вот о том, что я могу быть присмерти от какой-то дешёвой выпивки совсем не хотелось.

Нагшвари – или как он там себя назвал – заметил моё упадническое настроение и, подхватив на руки, вновь прижал к себе. Даже раскачиваться стал из стороны в сторону, чтобы успокоить, и нашёптывал:

- Ну хочешь, мы вместе выберем дары Великой? Возьмём те, что ты захочешь… - а потом совсем тихо добавил: - И если хочешь, можем попросить расторгнуть этот брак…

Подняв глаза за отрешённую красивую мордашку, я припомнила то, как едва ли не самой себе пообещала не жалеть ни мгновения. И даже если это и правда бред, то последствия всё равно не увижу, так почему бы не насладиться всем по полной? Мужчина ведь красив, что мне в жизни такого не подцепить, и считает своей женой – так радоваться надо, мечта-то сбылась, пусть и таким образом. И пусть потом будет стыдно, но это же потом…

- Не расторгну, - прошептала ещё неловко, но уже уверенно, чем вызвала столько счастья и уже полюбившуюся мне улыбку с ямочками. – Только ты мне всё расскажешь. Про себя. Про хвост.

- Да! – выкрикнул муж, взвиваясь на указанном едва ли не под потолок и счастливо смеясь.

Я же начала продумывать, как именно могу насладиться этим временем. Пусть и не известно, когда очнусь, зато хочу успеть побольше. И первое, что нужно сделать, - одеться, а то, судя по реакции неожиданного супруга, ночные приключения вот-вот повторяться, и на званый обед мы точно опоздаем. А мне ещё мир своего подсознания нужно узнать и как можно подробнее!

Глава 4.

Рангшарилваш риш Ушливар

- Вон! И чтоб без жены не возвращался! – кричала глава рода, пока её главные стражи вышвыривали меня за ворота собственного дома.

- Но, матушка! – пыталась в который раз вступиться мама, но бабушка была непреклонна:

- Молчи! Уж постаралась бы родить мне внучку, не было бы этого, а раз уж очередного внука родила, так воспитала бы его правильно! Где это видано, отказал всем благородным ноити! Видите ли, не хочет быть вторым! Вот не хочет, пусть сам ищет жену и становится Старшим супругом! У тебя месяц! - и с этими словами двери дома захлопнулись перед мои носом, отрезая от гнева бабули и жалостливого взгляда матушки.

А вот не надо меня жалеть! Я вот ни о чём не жалею. Вот ещё, быть собачëнкой у избалованной фифы и её Старшего муженька. Нет уж! Я - не мои братья, я не буду пробиваться сквозь интриги и тайны, чтобы выслужить хотя бы ночь с собственной супругой!

Не спорю, мои братья сильные мужчины и добились высокого положения среди остальных мужей и гаремников, они заслуживают уважения как моего, так и всех, кто знаком с ними. Даже матушка с бабушкой, наши отцы и деды гордятся ими. Вот только идти по их стопам у меня нет ни желания, ни сил. Лучше быть одному и жить спокойно, чем это всё.

С такими мыслями сам не заметил, как оказался у подножья лестницы, ведущей к храму нашей небесной покровительницы. Нет, у неё тоже просить милостыни нельзя! Великая только не будет помогать слабому, если ему нечего ей доказать из обратного. Да и подношений у меня с собой нет, только что и успели ребята из охраны из пожитков моих да мешочек с деньгами мне вслед выкинуть, чтоб не пропал. Хорошие они всё же.

- О, Рилваш! Какими судьбами? – на плечо опустилась сильная рука друга, которого я уже лет как пять не видел. И, судя по его настрою подколоть меня, лучше бы ещё столько же.  – Неужто у Великой покровительства решил попросить?

- О чём ты? – ох и не нравится мне его искрящийся весельем взгляд.

- Я слышал, что к вам заходила благородная ноити из дома Инкиш, - и пошло поиграл бровями. – Ну что, очаровал её? Когда ждать на церемонию воздаяния даров?

Вот же ж! Он подумал, что я сюда пришёл, чтобы храмовников предупредить о грядущей церемонии? Хотя, от такого дурака других мыслей и не ожидаешь.