Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 41)

Апекс приказал сделать привал и вздох облегчения вырвался из пленников, когда появилась возможность сесть прямо на землю или просто упасть на нее. Юли выпросила немного воды для себя и Миралы и полумертвая девушка начала оживать на глазах.

Загорелся огонь костра и через некоторое время пленники смогли полноценно поесть. После небольшого отдыха надсмотрщики сноровисто подняли пленников.

Юли заметила, что огромного захватчика, руководившего нападением, не видно среди надзирателей и, вдруг вспомнила, что вчера его тоже не видела.

– Где ваш предводитель? – спросила Юли у проезжающего неподалеку воина в черной повязке, что ранее глумился над ней.

– Соскучилась уже? Не волнуйся – там, где скоро будете и вы, – коротко рассмеялся воин и проехал вперед по цепи.

Когда солнце снова зашло за горизонт, караван остановился на ночлег неподалеку от небольшого леса. На привале невольники снова получили хорошую еду и вдоволь воды – благо в лесу бил небольшой ручей.

Юли смотрела в ночное небо. Если забыть о звоне цепи, о том, что ее выкрали из родного дома или о том, что она по чужой воле идет непонятно куда – можно было насладиться шумами степи и легким ветром, что шевелит волосы. Одна лишь мысль не давала Юли покоя – раз им дают воду и кормят лучше, что-то изменилось… и еще куда-то пропал тот гигант с секирой. Что-то происходило и это что-то явно скажется на них всех. С этими невеселыми мыслями, Юли закрыла глаза и устроилась на земле, свернувшись, насколько позволял цепь. Она уже засыпала, когда кто-то слегка потянул за цепь.

– Тихо. Наши скоро попытаются бежать. Хармад выкрал ключ у охранника. Будь готова бежать, – прошептала Мирала.

Юли думала о новой возможности лишь мгновение, а затем просто кивнула. Раздался тихий посвист кнута, крик боли, а затем рев скарга. Зажглись факелы и сонные невольники зашевелились вставая. На земле лежал безрукий Хармад, а над ним высилась окровавленная морда скарга. Быстро проглотив руку Хармада, прожорливое боевое животное откусило ему и голову. В толпе раздались крики ужаса, кого-то стошнило. Со скарга соскочил одноглазый Гарам и закричал:

– Вы думали, я настолько глуп, чтобы от меня можно было незаметно сбежать!? Я сжалился над вами! Дал воды! Дал еды! И вы все равно попытались бежать?! Еще одна такая попытка и вместо еды можете грызть эфес моего меча по очереди! И раз вы такие неблагодарные, я лично попрошу капитана Джирваха вышвырнуть парочку из вас за борт, как бунтовщиков! А теперь спать! И хватит жевать эту падаль, Асла! Гарам пнул своего скарга прямо в морду, уткнувшуюся в останки Хармада. Скарг, поначалу ощерился, но, затем, покорно отступил. Факелы снова погасли, и невольники начали устраиваться на ночлег.

К Враху подошел один из надзирателей и тихо спросил:

– Ты убил одного из нас, потому что он хотел наказать ту сучку, а он скормил нашу добычу скаргу. Где тут мудрость, асагар?

– Мудрость в том, что надо понимать разницу между страхом, что толкает к побегу и ужасом, отнимающим силы. Гарам понимает эту разницу в отличие от тебя, – усмехнулся Врах.

– Что это значит?

– Если бы Гарам просто зарубил беглеца, остальные лишь озлобились, а не испугались – ведь это уже не первый убитый нами из их племени. Но сейчас они в ужасе. Чувствуешь разницу? Если продолжать их хоть немного кормить и поить, они не станут роптать еще дня четыре. Больше нам не нужно. Порой, то, что похоже на безумие является мудростью. Научись этому быстрее и возможно будешь жить дольше остальных. А теперь возвращайся к своим делам, – отмахнулся Врах.

Он не ошибся: понурые и вконец поникшие невольники дошли до леса Рахгена, не предпринимая попыток сбежать. Сухую траву под ногами сменил чернозем и молодая трава и к середине дня караван достиг небольшого поселения, где их ждали повозки, запряженные лошадьми. На них пленники проделали оставшуюся часть пути до морского берега, где их ждал Зарод. Врах направился к Зароду отчитаться перед предводителем, а Гарам к незнакомо одетому мужчине, который стоял рядом с Зародом. Так невольники догадались, что перед ними капитан Джирвах. До этого дня Юли и другим невольникам не доводилось видеть кораблей. Поэтому, спуск в трюм небольшого фрегата "Яростный ветер", вызвал панику. Некоторые кричали, что там их ждут шулмусы и грозили своим захватчикам гневом Серамиды, но удары кнутов быстро утихомирили пленников. В тесных трюмах невольники с трудом устроились на полу, места не хватало. Часть пленников помоложе расселили по нескольким каютам.

– Тут больше оговоренных пятидесяти душ. Здесь пятьдесят семь, – недовольно проворчал Джирвах Враху.

– На случай, если кто-то сдохнет в пути. Когда увидишь берег Мессодины, лишних можешь выкинуть за борт, – пожал плечами Гарам.

– А-а-а… Ну, тогда, ладно! – сплюнул капитан и махнул рукой шкиперу.

– Но, если привезешь хотя бы на одну душу меньше оговоренного – заплатишь неустойку – добавил Зарод.

– И сколько просишь? – оценивающе посмотрел Джирвах на проходящую мимо невольницу.

– Да так, самую малость. Твою голову, – без улыбки пояснил Зарод, и капитан нервно сглотнул.

– Доставь их всех до пристани Черного Владетеля и в следующий раз твоя награда возрастет. Не разочаруй меня, – сказал Зарод.

– Доставлю всех живыми, будь спокоен – бодро сказал Джирвах. – Но не надо больше мне угрожать, Ястреб.

– Я не угрожаю, – ответил Зарод, кладя тяжелую ладонь на плечо Джирваху, от чего колени капитана невольно подогнулись. – Просто разъясняю.

К утру корабль с измученными рабами прибыл в «серый» порт Рахгена – небольшую, а потому незаметную, скалистую бухту-карман, которую облюбовали пираты, контрабандисты и рабовладельцы. Несмотря на относительно редкие облавы городской стражи, любители грязной наживы продолжали мутить мирные воды под самым боком у королевского наместника. Покровитель порта, владелец, управляющий и некоронованный король, так называемой Морской гильдии, известный как Черный Владетель, ждал под самодельным навесом из досок. Сидя за столом украшенным белыми цветами, он ужинал в аристократической манере. Заспанный слуга слева держал салфетку, другой слуга, стоявший чуть дальше, вяло отгонял мух, шевеля довольно несуразным, но явно дорогим опахалом. Недалеко от хозяина роем шершней стояла "портовая стража", состоявшая из самых лихих и беспринципных головорезов, способных продать собственную мать, если кто соизволит ее купить. Именно к ним и направился, знакомый с ритуалом аудиенции Врах. Следом, не торопясь шел Зарод. Врах почтительно поздоровался со стражей и попросил доложить, что его предводитель желает поговорить с почтенным Черным Владетелем о делах. Один из «стражников», с лицом хорька и массивным ятаганом на поясе, чеканя шаг, подошел к хозяину и, склонив колено, передал, что уважаемый повелитель степных воинов просит об аудиенции. Черный Владетель доел кусок жаркого и усмехнулся:

– Нельзя заставлять почтенного гостя ждать на пороге. Пригласи его поскорее в наш тронный зал.

Зарод, видевший все это представление не раз, заметив, что стражник пошел с «докладом», не торопясь пошел к столику хозяина гавани. Немного оторопев от такого грубого нарушения привычного ритуала, докладчик вскочил и выхватил ятаган.

– Прикажи своему слуге отойти, Владетель, – скупо бросил Зарод.

– Отойди, дорогой менестрель – одними губами произнес хозяин. – Посмотрим, что имеет нам сказать наш проситель.

При последнем слове, Зарод скрипнул зубами, но не отреагировал на подначку.

– У меня к тебе дело… Владетель. Пятьдесят душ нужно доставить в Мессодину. Сколько просишь за свои услуги? – спросил рослый кочевник.

– Хм, Мелва? Это далеко. Туда больше сотни маршей,[44] не меньше! И я не люблю Детей Ночи. Они страшные. Никто не любит Детей Ночи. А зачем твоим пассажирам туда? – поинтересовался пират.

– Сотня маршей? Не думаю. От силы семьдесят. Ты за гвоздя меня держишь, Владетель? А зачем моим пассажирам туда – об этом ведаю только я. Так и останется впредь, – ответил Зарод.

– Инкогнито, значит. Кто примет эти души на берегу? – белозубо ухмыльнулся Владетель.

– Их примет Орден Змея. Пассажиров пересчитают и заберут. Вы получите припасы и сразу отчалите. Так что ваша нелюбовь к вампирам не успеет сильно возмутиться.

Владетель бросил двузубую вилку на тарелку:

– Восемьдесят маршей пути, пятьдесят душ, половина которых может подхватить болезнь или завладеть кораблем, и… Орден Змея?! Не скажу, что мне это по душе. Чем провинились эти несчастные? – повторил попытку разузнать больше Владетель.

– Этого ты тоже не узнаешь. К тому же я не думаю, что пятьдесят семь невольников в цепях, серьезная проблема для твоего сброда, – усмехнулся Зарод, беря со стола Владетеля небольшую гроздь винограда и отправляя несколько ягод в рот.

– Так. Значит еще одна тайна. Какие гарантии у экипажа, что они не станут закуской к основному блюду, степняк? – нахмурился Владетель, отставляя тарелку. Вид жующего Зарода отбил у него аппетит.

– Если они сами не захотят сменить веру и не сойдут с корабля дальше порта – Дети Ночи их не побеспокоят.

– Дипломатический иммунитет… это хорошо, конечно. Значит заказчик где-то в верхах – и плата должна быть соответственной, – потер руки Владетель. – Значит, так, каждая голова на борту обойдется в три оболена! В них входит также и сохранность тайны предприятия. Плюс надбавка за риск – плавание не близкое, сам понимаешь. А также припасы. Всего… три обола.