Шалини Боланд – Тайная мать (страница 27)

– Ладно, – соглашаюсь. – Знаю, я напортачила. Не надо мне было туда ездить. Но я живу в таком стрессе, перед моим домом постоянно толпятся журналисты… Я просто хотела очистить свое имя. Признаю, мне это не удалось, я совершила ошибку.

– Послушайте. – Тон Эби снова смягчается. – Я ведь уже сказала вам, что мы выносим вам предупреждение и что в ваших же интересах, а также в интересах всех остальных, кто замешан в эту ситуацию, чтобы вы держались подальше от доктора Фишера и его семьи. Оставьте его в покое, ладно? Вы можете обещать мне это, Тесса? Потому что я не хочу в один прекрасный день приехать к вам в дом затем, чтобы арестовать вас.

– Хорошо, – говорю я тихо, уже чувствуя себя преступницей.

– Вот и славно. – Сержант заканчивает интервью и встает.

Маршалл тоже поднимается из-за стола и говорит мне, что я свободна.

Мне очень хочется домой, несмотря на хаос, который царит сейчас на моей улице. День тянулся целую вечность. Назад я еду на автопилоте, кляня полицию, что появилась так некстати. Из-за них журналисты знают теперь мою арендованную машину. Они сразу увидят, что я еду. И конечно, только я успеваю показаться из-за поворота, как вся их свора тут же кидается ко мне. Мрачно ухмыльнувшись, я врубаю фары на полную мощность – вот вам, заразы. Но мой маленький триумф длится совсем недолго, так как репортеры уже обступают мою машину со всех сторон. Резко распахиваю дверцу, очень надеясь, что попаду ею кому-нибудь по зубам, а еще лучше – по яйцам. Но они сообразительные и вовремя отскакивают.

– Тесса, чего хотела полиция?

– У тебя проблемы?

– Расскажи нам, где ты была сегодня целый день?

Твердыми шагами, опустив голову, я прохожу мимо них, пытаясь блокировать их крики. Ничего, скоро они сдадутся и пойдут донимать кого-нибудь другого. Разве им не видно, что из этой истории ничего больше не выжмешь? Все, она умерла. Сдохла. У меня и вправду такое чувство, будто всему пришел конец. Что я никогда не узнаю, почему Гарри привели именно ко мне в дом. И это так и останется тайной, с которой мне придется жить.

Вхожу в калитку и приближаюсь к дверям; мне хочется поскорее попасть внутрь. Присесть наконец и привести мысли в порядок. Я закрываю за собой дверь и на миг прислоняюсь к ней спиной, прислушиваясь к биению крови у себя в висках. В доме сыро и холодно, как в морозилке; в прихожей горит свет, но никакого утешения он не приносит. Наверное, утром я забыла его выключить. Иду в кухню. Такое чувство, как будто я не была здесь уже неделю. Даже не верится, что только сегодня утром я тут завтракала. Да, время вообще странно ведет себя в последние дни. Всего пять дней назад в моем доме появился Гарри, после чего моя жизнь пошла наперекосяк, а кажется, что прошло уже несколько месяцев…

Неожиданно наверху раздается какой-то глухой стук, и я застываю на месте. Что это еще за чертовщина? Напрягаю слух. Голоса наверху… грабители? Не может быть. Нет таких психов, которые решились бы залезть ко мне в дом на виду у всей честной компании там, на улице. Но тут я отчетливо слышу, как наверху скрипит дверь и кто-то начинает спускаться по лестнице.

Кто бы это ни был, он явно идет вниз.

Глава 20

Может быть, это Скотт. Но с кем он говорит? Уж не с Элли же? Пусть лучше поостережется приводить ее в мой дом. А вдруг это все-таки кто-то чужой? На всякий случай я бесшумно выдвигаю ящик с кухонными принадлежностями и беру оттуда нож для резки мяса. Он, конечно, тупой, но вреда наделать может.

– Эй! – раздается женский голос с лестницы. Моей лестницы. – Тесса, это ты?

Я сразу узнаю эту хрипотцу. Но как она попала в мой дом без моего разрешения? Не сама же вошла? Нет, она не посмела бы…

– Карли? – отзываюсь я и выскакиваю в прихожую. Надо мной, на площадке лестницы, показывается лицо моей соседки.

– Привет, Тесса, – говорит она мне и улыбается как ни в чем не бывало. Вот нахалка!

– Какого черта ты делаешь в моем доме?! – кричу я.

– Не сходи с ума, Тесса. Я хотела сделать тебе сюрприз. – Дин спускается еще на несколько ступенек вниз, пока не оказывается примерно на середине лестницы. Я все еще стою у нижней ступеньки и смотрю на нее снизу вверх.

– Сюрпризами я уже сыта по горло, до конца жизни хватит, – говорю. – Отвечай на мой вопрос. Что ты здесь делаешь? И с кем ты там разговариваешь? Я слышала голоса.

– Просто доверься мне, – отвечает журналистка. – Ты будешь довольна, обещаю.

Я так зла на нее, что мне хочется спихнуть ее с лестницы и пинками выгнать на улицу. И я начинаю подниматься к ней.

– Это у тебя что, нож? – Карли благоразумно отступает.

Тут я вспоминаю, что большой мясной нож все еще у меня в руке, и угрожающе взмахиваю им в сторону соседки.

– Я думала, ты взломщик. – Опускаю руку и вытягиваю ее вдоль тела.

– А, понятно. – Дин задом возвращается на площадку лестницы. – Но теперь-то ты видишь, что я не взломщик.

– Хм, – отвечаю я. – А как ты тогда вошла в дом?

– Я хотела сделать тебе кое-что приятное.

– Ответь на мой вопрос, Карли. Как ты вошла?

Соседка бормочет что-то нечленораздельное.

– Что?

– Ключ под горшком у входа, – различаю я, наконец.

– Как ты посмела! – Скотт по глупости сказал ей про этот ключ, еще когда мы были друзьями и она согласилась приходить к нам поливать цветы в один из наших отъездов. А я – видимо, по еще большей глупости – не позаботилась убрать его оттуда, когда Скотт съехал. Вообще-то я даже забыла, что он там. – И где он теперь, снова под горшком? – спрашиваю.

Карли смотрит на меня так, словно ничего не понимает, и тогда я протягиваю к ней руку.

– Ты уверена? – говорит она, приподнимая брови и склоняя голову набок. – Может, еще пригодится, когда я буду приглядывать для тебя за домом, если тебя все-таки посадят…

Отвечаю ей самым хмурым взглядом из всего доступного мне арсенала хмурых взглядов и приподнимаю ладонь так, что она оказывается чуть ли не под самым ее носом.

– Ну хорошо, ладно. – Соседка вынимает из кармана ключ и кладет его в мою подставленную ладонь.

– Послушай, Карли, мне очень жаль, но я сейчас не в том настроении, чтобы оценить твой сюрприз. День у меня сегодня выдался дерьмовый, как и все мои последние дни, а теперь мне предстоит еще такой же дерьмовый вечер. А я хочу просто заварить себе чаю и завалиться с книжкой в постель – если я, конечно, не слишком многого прошу. Так что, пожалуйста, забирай свой сюрприз и вали отсюда. Тебе еще повезло, что я не вызвала полицию.

– Ты все слишком драматизируешь, – говорит соседка. – Пожалуйста, просто доверься мне. Вот увидишь, тебе понравится.

Довериться ей? Ха! Хороша шутка. Я держусь из последних сил, чтобы только не наорать на нее. Как же можно быть такой толстокожей? Карли даже не извинилась за то, что вошла сюда в мое отсутствие, без спросу. Неужели она сама не понимает, что ведет себя просто из рук вон?

– Так вот, – говорит Дин, – мой брат, Винс, он строитель. Я попросила его прийти сюда и вставить тебе стекло. Та-да-а-а…

С этими словами она распахивает дверь моей спальни. Я вижу у своей кровати неряшливого паренька лет двадцати с хвостиком, который стоит на подстилке из грязного, забрызганного краской старого покрывала и роется в сумке с инструментами. Он поднимает голову и кивает куда-то в мою сторону. Я сверлю его взглядом, замечая попутно, что фанерка, которой закрыл мое окно полицейский, уже снята и стоит в сторонке. В комнату, пуча шторы, врывается ледяной ветер с улицы.

Я до того потрясена, что даже не нахожу слов. Я по-прежнему дико зла на Карли за то, что она решила, будто может входить в мой дом, когда ей вздумается, да еще и братца с собой приводить. Но я не могу сорваться на нее сейчас – ведь она явилась, чтобы оказать мне услугу, как ей кажется, хотя лично мне ее мотивы внушают глубокое подозрение. По-моему, она опять что-то вынюхивает. Прищуриваюсь, пытаясь вычислить, что именно ей нужно. Не верю, что она просто решила побыть милой, для разнообразия.

– Никакого подвоха, – заверяет меня Карли, словно читая мои мысли. – Я просто хочу помочь.

– Спросить надо было, – говорю я.

– А я и хотела, но тебя же не было, – говорит она. – А у Винса нет другого свободного времени. Я видела, как ты подъехала, поговорила с полицией и опять уехала. Ну вот я и решила, что после всего того, что на тебя в последнее время высыпалось, неплохо бы тебе немножко помочь.

Если я выгоню ее из моего дома сейчас, то поведу себя как неблагодарная корова.

– Могла бы сначала хоть с прейскурантом меня познакомить, что ли, – говорю я. – Во что мне это обойдется?

– Винс ничего с тебя не возьмет.

Учитывая состояние моих финансов, это предложение, от которого не стоит отказываться. С другой стороны, так хочется провести вечер спокойно…

– А это надолго? – спрашиваю я.

– Винс? – окликает парня Карли.

– Полчаса максимум, – отвечает тот, даже не оглядываясь.

– Ну тогда ладно, – говорю я. – Наверное, я должна сказать спасибо. – Это не значит, что я стала больше доверять соседке, но если ее брат застеклит сейчас окно, в доме уже по крайней мере не будет арктического холода и я смогу спокойно спать в своей постели.

Прохожу через площадку лестницы к сушильному шкафу, нажимаю выключатель центрального отопления и жду, когда заурчит и зашипит, раскочегариваясь, котел. Но потеплеет в доме еще не скоро, так что я иду в спальню, где Винс уже выковыривает из пазов рамы мелкие осколки стекла, и беру из ящика комода пушистый свитер. Сбрасываю куртку, натягиваю свитер поверх тех трех слоев одежды, которые на мне уже есть, и снова натягиваю куртку, уже не впервые задавая себе вопрос – почему меня никак не хотят оставить в покое? Хотя бы на день.