Шаира Баширова – Когда Зацвёл Миндаль (страница 7)

– Здравствуй, Людмила, – ответил Андрей и положил на стол две горячие лепёшки, что было большой редкостью в те годы.

Людмила, взяв одну, с удовольствием понюхала.

– Как вкусно пахнеееет… – нараспев, произнесла она, закатывая от удовольствия свои красивые глаза.

Лида очень волновалась и с напряжением ждала, как же дочь примет её будущего мужа.

– Так отломи кусочек и ешь, – засмеявшись наивности девушки, сказал Андрей.

Людмила быстро отломила кусок от лепёшки и сунула в рот.

– Горячая ещё, – с наслаждением сказала Людмила.

– За стол садитесь, чай пить будем, – сказала Лида.

Когда чай был выпит и от лепёшек не остались даже крошки, Андрей посмотрел на всех и почему-то взял Лиду за руку, от чего она густо покраснела.

– Семён Матвеевич… Людмила…я пришёл вам сказать, что хочу жениться на Лидии. Что скажете? – спросил он.

Наступило молчание, Людмила конечно знала, что это должно было произойти, но и она была растеряна.

– Что же… совет вам да любовь. Так вроде говорят, – произнёс Семён Матвеевич, а в глазах была такая тоска, что Лида не могла этого не заметить.

– А жить где собираетесь? – невпопад спросила Людмила.

– Собираемся, Людочка, надеюсь, мы все вместе будем жить в моём доме. Я говорил уже твоей матери, у меня свой дом, не Бог весть какой, но на земле и дедушке твоему будет лучше, верно, Семён Матвеевич? – спросил Андрей, не выпуская руки Лиды.

– Э, нет! Мы с дедом тут останемся, правда, дедушка? Сама буду за ним присматривать, – заявила Людмила.

– Нечего за мной присматривать, не инвалид. Негоже нам отдельно от матери жить. Молодая ты ещё, за тобой самой надо присматривать. А я сегодня есть, а завтра меня нет, – ответил Семён Матвеевич.

– Что значит, тебя нет, дед? Ты что, умирать собрался, что ли? И думать об этом не смей. Ладно, как ты захочешь, так и будет, я на всё согласна, только ты о смерти больше не говори. Я так тебя люблю, дед, – чуть не плача, произнесла Людмила.

– Дурочка! И я ведь вас с матерью люблю. Только смерть не спросит, можно ей зайти, или нет. Приходит, когда ей вздумается. Ладно… в воскресенье с утра и переезжать будем, а эту квартиру вернём государству, – ответил Семён Матвеевич.

До воскресенья оставалось два дня, Андрей на заводе договорился насчёт грузовика и сам, в солнечный, воскресный день, приехал на нём к дому Лиды. Вместе с шофёром, он поднялся на второй этаж и хотел было позвонить в дверь, но она оказалась открытой. В этот день, им не суждено было переехать в дом Андрея.

Глава 6

Андрей, подумав, что дверь открыли для него, ведь вчера они договорились, что он с утра приедет за ними, не позвонив в дверь, зашёл в квартиру. В комнате никого не было, удивившись, молодой человек заглянул на кухню, но там он тоже никого не нашёл.

– Лида! Я пришёл! Вы где? – громко спросил Андрей.

Из спальни, где обычно спали Лида с дочерью, с мрачным лицом вышла Люда.

– Мы здесь, дедушке плохо, – тихо произнесла девушка.

Андрей изменился в лице.

– Как плохо? Вчера же он хорошо себя чувствовал… – пробормотал молодой человек и быстро прошёл следом за Людой в спальню, куда она тут же вернулась.

На кровати Лиды, в расстёгнутой на груди рубашке, лежал Семён Матвеевич и смотрел в потолок. Лида сидела на корточках перед кроватью и плакала.

Андрей на цыпочках подошёл ближе.

– Надо машину скорой помощи вызвать. На углу почта, там телефон есть, я сбегаю, – сказал он, собираясь выйти.

– Не нужно никуда бегать… сядь, Андрей. Сегодня сына во сне видел… зовёт меня… с ним и Митенька наш… улыбаются… хорошо им вместе. А ты, Лида… не жди мужа, не дождёшься его, он "там", – с трудом говорил старик, тяжело дыша.

– Папочка, миленький, не говорите так. Не оставляйте нас, как же мы без Вас жить будем? – сквозь слёзы говорила Лида.

Люда, стоя у изголовья кровати, схватившись за спинку, сжимая руки, плакала.

– Дедушка… нет… я не хочу, чтобы ты уходил… – бормотала она.

– Андрей? Подойди, – Семёну Матвеевичу говорить стало ещё тяжелее.

Андрей нагнулся над стариком.

– Семён Матвеевич, я скорую вызову, разрешите? Всё будет хорошо, врачи Вам помогут… – просил Андрей, трогая старика за плечо.

– Я… я надеюсь на тебя… Андрей… не оставляй их, прошу… бере… бе… ре… ги… – не договорив, Семён Матвеевич закрыл глаза и замолк.

Наступила гнетущая тишина. Андрей был растерян, он и предположить не мог, когда утром приехал с нанятым грузовиком, что тут случится такое. Его мысли прервал крик Лиды, которая, поняв, что свёкор умер, упав на грудь старика, зарыдала.

– Нет! Папочка… нет… – закричала она.

Людмила, встав на колени перед кроватью, уронила голову на твёрдые, худые ноги Семёна Матвеевича и обхватив их руками, тихо плакала. Причитать девушка не умела или стеснялась. Андрей тронул Лиду за плечи.

– Лидочка… сожалею, дорогая… это ужасно. Всё же, надо скорую вызвать, доктор должен констатировать смерть и дать соответствующую бумагу. Поднимайся, дорогая, Семён Матвеевич был старым, хотя и казался крепким. Видимо, сломала его война и смерть внука и сына. Я схожу, вызову скорую, – сказал Андрей и вышел.

Лида, ничего не соображая, посмотрела ему вслед. Потом поднялась и взяла из шкафа белую простыню. Накрыв свёкра, она увела дочь в другую комнату.

– Вот и дедушка нас покинул, доченька. Одни мы с тобой остались, – обняв Людмилу за плечи, проговорила Лида.

– Мамочка… он на твоей кровати умер… как же ты на ней теперь спать будешь? – вдруг спросила Людмила.

– Ну что ты такое говоришь, Людочка? Не об этом сейчас думать надо. Вот- вот доктор приедет, к похоронам готовиться надо. А я и не знаю, что в этих случаях надо делать. Хорошо, Андрей приехал, он и поможет, – сказала Лида.

Андрей с почты позвонил в службу скорой помощи и дав адрес, объяснив ситуацию, остался ждать на углу дома. Крытая машина, похожая на автобус с приплюснутым носом, с нарисованным красным крестом, подъехала минут через пятнадцать. Андрей, увидев машину издалека, махнул рукой. Потом вместе с женщиной врачом, лет семидесяти, с седыми волосами, под белой косынкой, с худощавым, суровым лицом, он поднялся в квартиру. Женщина прошла в спальню, где лежал Семён Матвеевич и отбросила простыню. Лида и Андрей зашли следом, Люда заходить не стала, сказав, что боится мёртвых.

– Старый человек, многие и не доживают до его возраста. Имя, отчество и фамилия покойного? – спросила она, сев возле комода и доставая из сумки бланк.

– Семён Матвеевич Панкратов, тысяча восемьсот семьдесят второго года рождения, – ответила Лида, сжавшись, при слове "покойного".

– Значит ему исполнилось восемьдесят лет? С похоронами не тяните, на улице жара, тело долго не продержится. Вот, возьмите, с этой бумагой в поликлинику пойдёте, вам справку выдадут, а по справке получите свидетельство о смерти. До свидания, – вставая, сказала женщина и взяв сумку, ушла.

Андрей проводил её до машины и поблагодарив, вернулся в квартиру.

– Давай бумагу, сам схожу в поликлинику, гроб надо заказать и место на кладбище. Сегодня не успеем, завтра похороны, – сказал Андрей и взяв бланк, ушёл.

– Мамочка, он что… на ночь останется? – с ужасом спросила Людмила.

– Он твой дед, Люда, не на улицу же его выносить. О чём ты только думаешь! Живых надо бояться, а не покойников, – сердито сказала Лида, накрывая свёкра простыней.

– Ну да, я понимаю… только я к Райке пойду ночевать. Я тут не останусь, мне страшно, – заплакав, сказала Людмила.

Рая жила с ними в одном доме, в соседнем подъезде и училась с Людмилой в одном классе.

– Хорошо, пойдёшь, только позже. Надо в комнатах прибраться, к похоронам готовиться, – ответила дочери Лида.

Андрей вернулся часам к четырём и протянул Лиде свидетельство о смерти.

– Утром гроб привезут, я пару венков заказал и место на Боткинском кладбище тоже будет готово завтра к двум часам дня. Я сегодня останусь, вам одним не справиться, – сказал он, ставя на стол бумажный пакет с продуктами.

– Спасибо тебе, я бы одна точно не справилась. Видишь, как всё обернулось? Видать, сама судьба против того, чтобы мы поженились, Андрей, – тихо сказала Лида, с грустью посмотрев на Андрея.

– Ну что ты такое говоришь, Лидочка? Теперь, когда Семён Матвеевич, перед своей смертью, сам взял с меня слово, чтобы я о Вас с Людой заботился, разве я могу оставить тебя и твою дочь? Давай потом об этом поговорим, дорогая. Я очень голоден, да и вы, наверное, ещё ничего не ели. Надо для начало поесть, – сказал Андрей.

– Ты прав, прости. Я быстро чего-нибудь приготовлю. А это что? – спросила Лида, посмотрев на стол, где стоял пакет.

– Я пару лепёшек купил, Люда же их любит, взял тушёнку и макароны, – ответил Андрей, раскрывая пакет и выкладывая всё на стол.

– Так я пожарю макароны с тушёнкой? Я быстро, – ответила Лида и ушла на кухню.

Люда сидела за столом и плакала.

– И как вы только в такое время о еде можете думать? Там дедушка лежит… а вы! Эээххх! – высказалась девушка, посмотрев на мать.