Шаира Баширова – Холодная красота (страница 3)

Анализы, которые женщина сдала, показали хороший результат и Алина решила занять свекровь делом, отвлекая от грустных мыслей о муже. И кажется, как только Ева пошла в первый класс, а Татьяне Фёдоровне прибавилось забот, женщина стала понемногу меняться. Она стала более спокойной, начала отвечать на заданные ей вопросы, а не смотреть в сторону. Перестала задумчиво смотреть в одну точку, просилась помочь на кухне и Алина с удовольствием просила её то картошку почистить, то вымыть посуду или согреть обед.

Казалось, жизнь стала налаживаться. Алина не спрашивала мужа, откуда он берёт деньги на продукты, об обновках она и не мечтала, хотя вещей у них, у каждого, было предостаточно, ведь при Юрии Сергеевиче они жили ну очень хорошо.

Шли годы, Павел получил второй диплом экономиста, он нашёл более-менее стабильную работу, устроился в банк, что было ему на руку на будущее.

Две тысячи пятый год, Павел был уже начальником планового отдела в банке, его уважали и несколько раз он даже выезжал в командировки за границу. Ева выросла в красивую девушку. Стройная, с нежной кожей, большими синими глазами и светлыми вьющимися волосами, она вызывала восхищение у ребят и даже у учителей. Девочки её недолюбливали, из-за своенравного характера. Но училась она хорошо и говорила, что продолжит учёбу за границей. Гордая и неприступная, она не хотела встречаться ни с одним парнем из класса. И когда ей предлагали просто проводить до дома, она гордо вскидывала свою красивую головку и отвечала, что это ни к чему.

– Сама дойду, – говорила она.

Тогда, как другие девочки уходили с мальчиками, подолгу гуляли, ходили в парк и в кино.

Последний год учёбы, Ева стала приезжать на машине, её привозил и увозил папин шофёр. Павлу, наконец, удалось купить ювелирный завод, как он это сделал – он ни с кем не делился. Параллельно, он возглавил и собственный банк и к две тысячи шестому году, он стал одним из богатых людей в Москве. Собственная охрана, дом на Рублёвке, квартира за границей… Алина была женой олигарха, а Ева дочерью.

На школьный выпускной, платье Еве по заказу привезли из Франции. Такого платья, конечно же, не было ни у кого. Свои пышные волосы, Ева просто распустила, ей это было очень к лицу, макияж почти не потребовался. Для нежной кожи, пудра была не нужна, чуть-чуть туши на пушистые ресницы и блестящей помады на пухлые губы, вот и весь макияж.

Ева стала замечать, как мальчик из параллельного класса смотрит на неё по-особенному, впрочем, без восхищения смотреть на неё было невозможно. Но девушки такой взгляд чувствуют, это был взгляд влюбленного парня. Только Еве он совсем не нравился, хотя она находила его симпатичным. В шикарном платье, нежно-бежевого цвета со стразами, с открытым верхом, обнажавшим её красивую кожу на груди, Ева вошла в фойе, где усилиями учеников старших классов были накрыты столы. Девушка чувствовала на себе пристальные взгляды. Это были взгляды и восхищения, и влюблённости, и зависти, и ненависти. Ева гордо вкинула головку и оглядела всех, потом медленно, почти по-царски, прошла на середину фойе и села за стол. Тихо играла музыка, фойе украсили шарами, цветами и повесили на стену стенгазеты с фотографиями и рисунками из жизни учеников. Взгляд Евы упал на один из них, она покраснела.

– Но это же всего-навсего дружеский шарж, не более… – подумала она.

Ева выглядела потрясающе, словно модель на подиуме. Она ловила на себе завистливые взгляды девушек и восхищённые взгляды парней. Ева медленно подошла к доске, где висела стенгазета и криво улыбнулась. Школу она закончила с отличием, этого у неё не отнять, но её нарисованное лицо в стенгазете, ей не понравилось. Резко отвернувшись, она вернулась на место.

Учителя поздравляли ребят с окончанием школы, желали дальнейших успехов и поступления в ВУЗы. Костик долго не решался подойти к предмету своего обожания, к Еве, а она его просто не замечала.

– Сегодня я должен ей сказать, как сильно люблю её. Потом ни шанса такого, ни повода не будет, – подумал Костик и всё же долго не решался этого сделать.

Начались танцы и парень подошёл к Еве.

– Потанцуем? – с внутренней дрожью спросил Костик.

Ева безразлично пожала своими красивыми плечами, но всё же встала и пошла с ним в круг, где танцевали пары.

– Ты выглядишь просто потрясно, – еле выговорил Костик, с напряжением обнимая Еву за талию.

– Я знаю, ты не оригинален, Костик, – ответила Ева, даже не посмотрев на парня.

– Можно, я провожу тебя после вечера? Мне надо сказать тебе что-то очень важное, – тихо сказал парень, совсем не надеясь, что она согласится.

Опять пожав плечами, Ева, наконец, посмотрела на Костика.

– Как хочешь. Вроде все гулять пойдём, зори встречать… или нет? – спросила Ева, только что не зевала.

– Да, конечно, все пойдём, – ответил Костик, а про себя подумал:

– Может быть сейчас ей признаться, как сильно я её люблю. Как не сплю ночами и смотрю на фотографию, которую украл со стенда отличников. Что жить без неё не могу…

– Ева… я хотел тебе сказать… ты очень мне нравишься… то есть… я очень тебя люблю, – выдавил из себя Костик.

Ева взглянула парню в глаза и увидела в них слёзы.

– Ты ещё заплачь мне здесь. Прости, но я не знаю, что такое любовь. И потом… я в сентябре уезжаю в Англию, буду там учиться в колледже. А ты? Что собираешься делать ты? – спросила Ева, скорее, чтобы поддержать не нужный для неё разговор.

– Я? Ну… тоже, наверное, учиться буду, если поступлю. А летом надо поработать, помочь семье. Отец болен, день через день работает, мать из сил выбивается, получая копейки. А у меня ещё сестрёнка есть, школьница, – выкладывал всю правду Костик.

Глава 3

Еве стало скучно, она не знала, что значит получать копейки и что значит выбиваться из сил. Ева остановилась и пошла к столику. Костик проводил её и немного постояв над ней, нерешительно сел рядом. Еве так и хотелось сказать ему, чтобы он проваливал куда подальше, но девушка сдержалась. Потом её приглашали танцевать и другие ребята, с кем-то она нехотя шла под руку в середину фойе, кому-то отказывала, говоря, что устала. Затем, торжественно, вызывая ребят по одному, директор школы вручал каждому из них аттестат, с пожеланиями им поступить в институт. Время было около полуночи, Ева явно скучала.

– Тоже мне, фифа! Ставит из себя принцессу, – говорили девочки.

Ева слышала их, да они и говорили громко, чтобы она слышала. Что-то ей совсем расхотелось идти со всеми встречать зори, она поднялась и демонстративно пошла к выходу.

– Домбрович! Ты куда? Вечер только в разгаре, – спросила преподаватель химии, классный руководитель Евы.

– Домой. Надоело. Да и устала я, – ответила Ева и решительно прошла к ступеням, которые вели на улицу.

– Жаль… сейчас концерт начнётся, организованный силами учеников. Вот ты отказалась даже стихи почитать, так хоть посмотрела бы, как подготовились ребята, – сказала учительница.

– Спасибо, Любовь Валерьевна, наслушалась и насмотрелась. До свидания, – ответила Ева и вышла, наконец, на улицу.

Звёздное небо было чистым и необычным для этого времени года. Вздохнув, Ева хотела было уже идти, как перед ней появился Костик.

– А ты чего не остался? Сейчас концерт будет, – с сарказмом сказала Ева.

– Можно тебя проводить? Поздно уже, а ты одна… – произнёс парень, боясь даже смотреть на неё.

– А ты, значит, сможешь защитить, если что, да? – улыбнувшись, спросила Ева.

– А тебе, значит, совсем не страшно идти одной до дома? Вдвоём веселее, – ответил Костик.

– Да… вот веселья мне как раз и не хватает. Ладно, пошли, тут недалеко, – снисходительно ответила Ева.

Они медленно пошли по направлению к дому Евы, в район Рублёвки. Для Костика, этот район был, словно из сказки, сам он жил тоже недалеко от школы, только его дом был старой постройки, как говорили тогда, хрущёвка. Отец Костика часто болел, но на врачей денег не хватало. Диагнозы ставили разные, но для точного определения, нужно было пройти дорогое обследование. Но как только мужчине становилось лучше, он шёл на работу, он работал токарем на заводе. Мама Костика работала в столовой детского сада поваром и иногда приносила с работы продукты, хотя и было это довольно опасно. Возле ворот, ведущих во двор элитных домов, Ева остановилась.

– Ну, мы пришли, пока, – сказала она, посмотрев на Костика, глаза которого блестели от волнения.

– Может завтра увидимся? – с надеждой спросил он.

– Зачем это? – с удивлением спросила Ева.

– Ну… погуляем… – нерешительно ответил парень.

Ничего не ответив, Ева рассмеялась и зашла в ворота, которые ей открыл охранник. Костик долго стоял, провожая девушку взглядом, потом тяжело вздохнув, побрёл обратно, в сторону своего дома. Возвращаться в школу, ему не хотелось, он и на вечер пришёл ради Евы.

На следующий день, вечером, Костик купил букет цветов и коробку шоколада и пришёл к дому Евы. Лишь он знал, что это ему стоило, ведь он собирал деньги неделями. Его долго не пропускали, пока он объяснял, что пришёл к своей однокласснице.

– Мы должны готовиться, вместе в институт поступаем, – убедительно говорил парень.

Охранник позвонил в квартиру Евы и спросил, можно ли пропустить Константина Дубовицкого. Ева нехотя согласилась.

– Ладно, пропустите, раз он пришёл, – сказала она.