Шахида Араби – Токсичные люди. Как защититься от нарциссов, газлайтеров, психопатов и других манипуляторов (страница 9)

Понимание того, почему мы продолжаем сохранять эти отношения, может помочь перестать винить себя и наконец разорвать эту деструктивную связь. Аналогично стокгольмскому синдрому, травма привязанности заставляет вас, находясь под влиянием мучителя, защищать его даже после того, как вы пережили ужасное эмоциональное и физическое насилие. Эту связь сложно разорвать, и токсичные люди делают все, что в их силах, чтобы, сохраняя ее, продолжать терроризировать жертву. И то, что собственный мозг работает против нас, совсем не играет нам на руку в таких отношениях. Биохимическая связь с мучителем поддерживает травму привязанности: такие химические вещества, как окситоцин, дофамин, серотонин, кортизол и адреналин, играют ключевую роль в формировании патологической привязанности к токсичным людям.

Ни с чем не сравнимая выработка дофамина

Любовь стимулирует участки головного мозга, задействованные в формировании чувства удовлетворения и создании системы вознаграждения. Представьте, какой эффект она оказывает на мозг! Например, крысы, получавшие электрическую стимуляцию центров удовольствия, были готовы сделать все возможное, чтобы снова испытать приятные ощущения, даже рискуя получить смертельный удар. Они нажимали на специальный рычаг для стимуляции мозга тысячи раз – почти столько же, сколько мы пытаемся вновь пережить медовый месяц с нарциссом, несмотря на душераздирающую боль, которую испытываем (Olds & Milner, 1954).

Мы ведь полагаем, что лучше знаем, что делать, правда? Но проблема не только в накопленных знаниях – дело еще и в наших чувствах. Как ни странно, но токсичная любовь стимулирует выработку дофамина, как ничто иное, а сверхчувствительные люди испытывают эти эмоции во много раз сильнее. Дофамин – это нейромедиатор, который связан с центром удовольствия в головном мозге и играет ведущую роль в формировании желаний и привязанностей. На раннем этапе отношений нарциссы буквально заваливают нас восхищением и вниманием. Когда от этой романтической волны начинает усиленно вырабатываться дофамин, нас охватывает мощная эйфория, и это ощущение сравнимо с наркотической зависимостью. Исследователи Андреас Бартелс и Семир Зеки (Bartels & Zeki, 2000) обнаружили сходство между головным мозгом влюбленного человека и кокаинового наркомана. Хелен Фишер (Fisher, 2016) доказала, что любовь активирует участки мозга, связанные с зависимостью и тягой, даже если это неразделенная любовь. Именно поэтому вы можете испытывать сильную ломку, если ваш нарциссический партнер начинает отдаляться от вас или вовлекать в так называемые эмоциональные качели, приближая вас, чтобы потом оттолкнуть.

Мозг можно перестроить таким образом, чтобы он фиксировался на тех, кто разрушителен для нас. По мнению кандидата наук Сьюзан Карнелл, тактики насилия, как и эмоциональные качели, воздействуют на нашу дофаминовую систему: результаты исследований показали, что дофамин вырабатывается гораздо активнее, если человек получает награду в непредсказуемый момент (Carnell, 2012). Если вы переживаете периодические эпизоды удовольствия, чередующиеся с болью, то мозг воспринимает их как действия, направленные на выживание, и получает сигнал работать усерднее, чтобы возыметь награду, однако это не всегда верная стратегия. С другой стороны, когда мы чрезмерно балуем себя положительными эмоциями, дофамин начинает вырабатываться в меньшем количестве, поскольку мозг осознаёт: не нужно напрягаться, чтобы получить удовольствие снова.

Получение награды → Выброс дофамина → Желание повторить опыт

Чрезмерное количество наград → Меньшая выработка дофамина

Нерегулярные награды → Более активная выработка дофамина

Теория значимости дофамина предполагает, что негативные переживания также провоцируют выработку этого гормона, заставляя нас активно фокусироваться на том, что необходимо для нашего выживания (Wang & Tsein, 2011; Fowler et al., 2007). В этом свете неудивительно открытие Хелен Фишер (Fisher, 2016): попеременное переживание разочарования и влечения в токсичных отношениях на самом деле усиливает, а не притупляет любовь.

Сам характер такого поведения по типу эмоциональных качелей фактически формирует нашу нездоровую привязанность к партнеру. Совокупность удовольствия и боли еще больше активирует систему вознаграждения в головном мозге, чем просто удовольствие, и в результате мозг еще больше вовлекается в эти отношения. Отношения с нарциссом, наполненные постоянными конфликтами, газлайтингом и хаосом, ощущением неопределенности, бурными ссорами или даже насилием, заставляют наш мозг усерднее стремиться к награде. Такие отношения создают в мозге некую замкнутую цепь получения наград, которая может быть даже прочнее, чем в здоровых отношениях.

Подумайте о своих наиболее стабильных любовных или дружеских отношениях, которые вы когда-либо имели. Какими они были? Надежными, скучными или радостными? Затем для сравнения подумайте о ваших прошлых или текущих взаимоотношениях с эмоциональными качелями. Ощущали ли вы свою зависимость от них и некое возбуждение, даже если они не были здоровыми?

Роль окситоцина в слепом доверии

Окситоцин, известный как гормон любви и ласки, вырабатывается во время прикосновений, секса и оргазма и способствует формированию привязанности и доверия (Watson, 2013). Этот же гормон участвует в формировании связи между матерью и новорожденным ребенком. В фазе «бомбардировки любовью» в отношениях с нарциссом влияние этого гормона может быть довольно сильным, особенно когда мы вступаем в физическую близость с партнером.

Наш мозг склонен слепо доверять тем, кого мы любим, даже в случае предательства. Результаты одного исследования свидетельствуют: высвобождение окситоцина может привести к росту доверия и постоянной отдаче партнеру, даже если это доверие было подорвано (Baumgartner et al., 2008). Именно поэтому, когда мы сталкиваемся с изменами и патологической ложью нарциссов, наша физическая привязанность к ним может брать верх, заставляя нас по-прежнему отдавать свои ресурсы, несмотря на очевидные доказательства безнравственного поведения возлюбленного. Окситоцин заставляет нас доверять токсичному партнеру, даже если он не заслуживает доверия.

Вот почему в начале отношений не стоит торопиться с интимной близостью – это поможет более трезво оценить ситуацию и разобраться, заслуживает ли человек вашей отдачи. Не затуманивая восприятие сексуальной близостью, мы способны лучше управлять своими эмоциями и относиться к ним рационально.

Быстро ли вы перешли к стадии интимной близости в ваших токсичных отношениях? Помешало ли это вам разглядеть истинный характер человека?

Одержимость, связанная с серотонином, кортизолом и адреналином

Психиатр Донателла Мараццити обнаружила, что у влюбленных людей наблюдается такой же уровень серотонина, как у людей с обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР) (Marazziti et al., 1999). Серотонин известен своей способностью управлять нашим настроением (особенно тревогой и депрессией). У людей с ОКР, как и у сверхчувствительных людей, уровень этого нейромедиатора очень низок, а это может вызывать навязчивые мысли. В свете этого наши неконтролируемые размышления о нарциссе становятся более понятны.

Когда мы влюбляемся, у нас не только снижается уровень серотонина, но и повышается уровень кортизола – гормона стресса, который активирует реакции в критической ситуации и позволяет нам быть в полной боевой готовности перед предполагаемой опасностью (van der Kolk, 2014). Высокий уровень кортизола также усиливает влияние пугающих воспоминаний и может привести к тому, что травма останется запертой в нашем теле, что повлечет за собой физический стресс и многочисленные проблемы со здоровьем (Drexler et al., 2015).

Сочетание пониженного уровня серотонина и повышенного уровня кортизола создает сильную увлеченность, даже одержимость объектом любви, в результате чего сохранение отношений кажется вопросом жизни и смерти. Это объясняет, почему нами овладевают постоянные мысли о том, кого мы любим, даже если он причиняет нам вред.

Снижение уровня серотонина + повышение уровня кортизола → Сильная увлеченность партнером

Адреналин и норадреналин также готовят организм к реакции в критической ситуации и играют важную роль в формировании биохимической зависимости (Klein, 2013). Когда мы видим любимого человека, начинает вырабатываться адреналин, потеют ладони и учащается сердцебиение. Этот же гормон связан со страхом, которого в отношениях с нарциссом предостаточно.

Адреналин + страх + возбуждение → Притяжение

Спросите любого коуча по отношениям, и он скажет вам, что свидания, сопровождающиеся возбуждением и страхом, будут более запоминающимися и создадут в головном мозге прочную связь с этим человеком. В одном исследовании было доказано, что возбуждение, связанное со страхом, и возбуждение, связанное с влечением, взаимосвязаны, поэтому, если мы делим с партнером яркие пугающие эмоции (например, вместе катаясь на американских горках), мы можем стать ближе и в итоге почувствовать притяжение (Dutton & Aron, 1974). Неудивительно, что пугающий опыт взаимодействия с нарциссом обманывает наш мозг, заставляя его верить в неразрывную связь с партнером.