Ша Форд – Хрупкость тени (ЛП) (страница 85)

«Так больно», — прошептала его душа.

«Знаю. Я заберу боль», — ответила Килэй.

Боль заполнила ее голову, сначала пульсируя, потом пронзая. Ее глаза дрожали, за ними бушевала буря. А потом начались знакомые удары. Она ощущала удары кожи и острых металлических зубцов. Они терзали ее спину, рассекали кожу. Она кричала от ударов, но не из-за боли, а от ярости.

Каэл не должен был так страдать. Эти удары не должны были его коснуться. Она понимала его боль. Его душа говорила за его, делилась болью и унижением, и она знала, что он никогда бы не рассказал об этой боли.

Жаркие слезы ярости обжигали ее щеки, она думала о том, сколько ему пришлось вынести, потому что ее не было рядом, чтобы защитить его.

Когда его душа закончила рассказ, он проснулся. Он заерзал в ее хватке, и она отпустила его. Каэл перевернулся и схватил ее за плечи. Его теплые карие глаза еще были сонными, он не до конца проснулся.

— Роланд мертв, — простонал он. — Он… мертв.

Слезы лились по его лицу, от этого ей было больнее, чем от его ран. Она обвила его руками и прижала его голову к своей груди. Она провела ладонью по его спине и выдохнула с облегчением, не найдя ран. Его тело исцелилось, он был вне опасности. Через пару мгновений он притих.

Она уложила его на матрас и не сдержалась: поцеловала его в щеку.

Килэй долго не двигалась. Ее кожа кровоточила, горела. Она слышала шипение крови, текущей из свежих порезов на спине. Одна капля стекла с ее плеча по руке. Килэй смотрела, как капля падает с кончика ее пальца на грудь Каэла.

Любой другой проснулся бы с криком. Ее кровь обжигала, как раскаленная сталь, могла вызвать волдыри на коже человека, она это уже видела. Но огонь в ее крови никогда не вредил Каэлу.

Она ощущала это в сердце, но не была уверена. Она вытерла красную каплю, кожа Каэла под ней была ровной.

Если бы у драконов было слово о любви, это было бы «валтас». Она считала, что это означает на языке людей «очень глубоко». Валтас была клятвой крови, нерушимой связью. Два дракона с валтас ощущали одну и ту же боль, страдали от одних и тех же ран. Но, что важнее, огонь их крови никогда не вредил им.

Ее драконья душа помнила валтас, но Килэй не думала, что ощутит это сама. Все же она была полудраконом. Она решила жить как человек, думала, что, если и влюбится, то как человек, без связи. Чтобы можно было сбежать.

Ей всегда нравился Каэл, с первого мгновения. В его глазах был свет, восхищавший ее, глубина, из-за которой она чувствовала себя понятой. Он отличался от других людей, и она знала, что они всегда будут хорошими друзьями. Она бы защитила его от любого вреда. Она заботилась бы о нем до его старости.

Да, она с самого начала знала, что ей всегда будет нравиться Каэл. Но… ее чувства по пути изменились. Они тихо росли, подбирались с краев к центру сердца. Она и не понимала, как сильно выросли ее чувства, пока не спасла его в бурю.

Она вытащила Каэла из воды, несла его обмякшее тело в руках, ощущала, как сжимаются ее легкие, когда он пытался вдохнуть, часть ее жизни угасала вместе с его. Она понимала, что, если потеряет его, свет солнца станет серым. Ее тело будет жить в темном мире, чужом мире. Мир этот мог длиться тысячу лет… пока солнце не поднимется для нее в последний раз.

Килэй понимала это, давя на грудь Каэла, вдыхая жизнь в его легкие. Но она не хотела верить в это. Она не хотела, чтобы ее жизнь была привязана к чьей-то. Она хотела быть самостоятельной, свободным и гордым существом. Пару отчаянных мгновений она злилась.

Когда он вдохнул, все изменилось… Когда Каэл открыл глаза, началась вторая жизнь для Килэй.

Одно и то же тепло текло в их крови, одно дыхание наполняло легкие. Килэй ощущала трепет кончиками пальцев. Это были новые небеса, начало незнакомой и чудесной земли. За многие свои рассветы она еще не ощущала, чтобы ее сердце так билось.

Возможно, оно только в тот миг начало биться по-настоящему.

Какое-то время она была невероятно счастлива. А потом… все снова изменилось. Каэл был человеком. Его чувства были не такими, как у нее, и она надеялась, что ошиблась. Может, ей лишь показалось, что у нее драконья любовь к нему. Может, это была человеческая любовь, и ничего более.

Но теперь ее кровь показала правду. Теперь она видела, что это была валтас. Она не могла отрицать правду, не могла сбежать от этого.

Килэй любила Каэла обоими сердцами.

Глава 42

Трепещущая надежда

Когда Каэл проснулся, он был один.

Он лежал лицом в матрас минуту, вспоминая, где он. Знакомый запах одежды великанов ударил по носу, и он резко все вспомнил: они пытались освободить женщин, напала армия Гилдерика, и Ноа…

Он откуда-то знал, что Ноа умер. Его глаза все еще болели от слез. Он ощущал на щеках высохшие дорожки от слез.

Каэл протер глаза и попытался сосредоточиться. Он оказался в загоне, подумал, что у них не получилось. Наверное, Гилдерик поймал их и запер. Но Каэл повернулся и увидел, что дверь загона открыта. Снаружи доносились голоса.

Он медленно встал на ноги. Он вспомнил, что был ранен, что его раны открылись, когда он пытался остановить врата. Он двигался осторожно, уже кривясь. Он ждал укол боли, но его не было. Каэл удивленно потянулся назад.

Хотя рубаха была изорвана, ран не было. Он покрутился, проверяя кожу, и понял, что раны пропали. Он был исцелен.

Что происходит?

Каэл выбежал из загона. Снаружи у догорающих костров лежали большие спящие фигуры. Великаны лежали вместе на самодельных покрывалах из грязной одежды и мешков от картошки. Он увидел несколько длинных кос и выдохнул с облегчением. По крайней мере, женщины были в безопасности.

Но они же храпели не хуже мужчин!

— Каэл!

Темная фигура потащила его к Восточному амбару, а потом провела внутрь. Каэл прошел в двери, заглянул в первый загон и увидел знакомую белозубую улыбку.

— Мой дорогой мальчик, — начал капитан Лисандр, увидев смятение на лице Каэла, — ты же не думал, что мы оставим тебя одного с лордом долин?

Каэлу пришлось сжать кулаки, чтобы не ударить ими. Он уловил движение и увидел на плече Лисандра Вечерокрыла.

Он с виноватым видом распушил перья, и Каэл понял.

— Ты помогал им? — догадался он. — Ты привел пиратов несколько недель назад, и потому они быстро добрались сюда, — он посмотрел на Лисандра. — Поэтому стражи стали загадочным образом исчезать.

— Их броня слабая на шее, — улыбнулся Лисандр, но Каэл не был рад.

— Я говорил вам не лезть, — прорычал он, шагая вперед. Он кое-что вспомнил и разозлился сильнее. — Поверить не могу, что ты втянул в это Аэрилин! Как ты мог, зная, как это опасно…?

— Ах, тут я не виноват, — Лисандр стал строгим. — Когда Вечерокрыл сказал нам, что ты в опасности, мы захотели тут же отправиться в путь. Конечно, Аэрилин хотела с нами, но я и слушать не хотел. Нам повезло, что мы сбежали в первый раз. И я не хотел рисковать ее жизнью снова.

Лисандр сцепил руки за спиной и начал расхаживать. Бедняга Вечерокрыл чуть не слетел с его плеча от резкого разворота.

— Но Аэрилин не отговорить, если она что-то решила. И я не пытался. Я отвел ее в нашу каюту, чтобы попрощаться с ней, — он подмигнул, — а потом запер ее. Я думал, что такое могло случиться случайно. Я даже заставил мужчин носить броню. Я был уверен, что они продержат ее пару недель, — строгий взгляд Лисандра превратился в улыбку. — Но я ошибался. Прошло три дня, как мы прибыли, и Аэрилин нашла нас. Она оттаскала всех за уши и отказалась говорить мне, как умудрилась сбежать, хотя я спрашивал вежливо. Я подозреваю бунт, — отметил Лисандр, хотя его улыбка не увяла. — Но нам нужны были все мечи. И все обернулось к лучшему, — он повернулся к Каэлу с серьезным видом. — Мы освободили Фермы, загнали армию Гилдерика в замок. Хотя они явно нападут на нас завтра. Точнее, сегодня, до рассвета осталось пару часов.

Каэл все еще злился на него, но были дела важнее.

— У нас есть план?

Лисандр покачал головой.

— Я хотел оставить лорда догнивать, но…

— Великаны не могут быть свободны, пока мать долин скована, — заявил сзади Бренд. Его глаза заблестели, когда он посмотрел на Каэла. — Мы оставили планирование тебе, кроха Райт, ведь это ты умеешь.

У Каэла не было сил думать, серьезен ли он. Он увидел рядом с Брендом великаншу, которую Джонатан пытался вывести через врата. У нее было открытое лицо и добрая улыбка. Она прижималась к Бренду, руки лежали на круглом животе.

— Вы, должно быть, Дарра, — понял он.

Ее улыбка стала шире.

— Да, кроха. А тебе точно нужно поесть. Еда у нас лежит там, — она указала на кормушку.

Каэл склонился и увидел, что там полно еды. Мешки мяса, сыра, хлеба были плотно набитыми, запах еды сильно ощущался в воздухе.

— Поешь, — настаивала Дарра. — Не стесняйся, тебе точно нужно немного мяса.

— Они накормили нас до отвала, — прошептал Бренд. Он застонал, держась за живот. — Не думаю, что в меня еще хоть крошка влезет!

Хотя еда пахла вкусно, Каэлу было не до этого. Он схватил полоску соленого мяса и рассеянно жевал ее, пока ходил и разглядывал лагерь.

Насколько большой была армия великанов? У них были шансы против лорда Гилдерика? Великанов было больше, чем он ожидал… но они не были хорошо вооружены.

Несколько великанов несли пики, украденные из замка. Большая часть была с косами, некоторые были с вилами или лопатами. На некоторых великанах были части брони стражей, которых они убили, но у многих на груди были дыры от кос. Но это их не тревожило.