Сейн Янер – Демиурги (страница 1)
Сейн Янер
Демиурги
Глава
Дверь дома выходила прямо в узкий переулок. Глеб вышел и повернул ключ в замке. Плечо нещадно болело, а на ботинке развязался шнурок. Он стиснул зубы и наклонился. От боли застучало в висках.
Завязав ботинок, он с трудом разогнулся и медленно, но твёрдо зашагал вниз по переулку. Небо, окрашенное в багряные тона, ясно говорило о приближающихся сумерках.
Пересиливая боль, он продолжал идти. Его целью был «Скуз» — транспортный узел мгновенного перемещения. Внутри всё дрожало, он постоянно озирался, боясь преследования. Но нет — в переулке он был один.
Глеб даже не мог поверить, что ещё какихто несколько дней назад спокойно ужинал и думал о тёплом душе и мягкой постели. Сейчас он шёл к площади, на которую выходил переулок. На улице заметно похолодало. Стало зябко, и мужчина слегка поёжился. Боль отдавала по всему телу — не только в плече. Благо до цели оставалось пройти буквально пять домов, плотно прижавшихся друг к другу.
Внезапно на него навалилась дурнота: начало подташнивать, слегка закружилась голова. Сконцентрироваться стало значительно сложнее. Но он, собрав волю в кулак, продолжил двигаться вперёд.
«Чёрт побери! Как меня угораздило во всё это вляпаться? Я же просто обычный учёный. Почему я? Да и что, собственно, это было?» — роились мысли в его голове, вытесняя одна другую.
И вот — площадь. Он попытался идти побыстрее, но, несмотря на то, что до «Скуза» оставались считанные шаги, картинка перед глазами начала расплываться. В глазах потемнело, сознание стало меркнуть. Казалось, он тут же пришёл в себя, но когда Глеб открыл глаза, вокруг уже успела собраться приличная толпа.
— Вы меня слышите? Что с вами? — быстро заговорила нависшая над ним совсем юная девушка с веснушчатым лицом. Её взгляд выражал крайнюю озабоченность, близкую к панике.
Глеб в ответ только промычал чтото нечленораздельное и попытался встать.
— Ой! Лежите, лежите! Вам нельзя вставать. Я уже вызвала скорую. Она будет здесь через пару минут, — вскрикнула она испуганно и затараторила. Машинально надавила ему на разбитое плечо в попытке вернуть в лежачее положение — с силой, которую трудно было ожидать от такого хрупкого существа.
Раздробленная кость хрустнула, и боль миллионом молний разошлась по всему организму. Глеб с шумом втянул воздух — и в глазах у него снова померкло.
В следующий раз он пришёл в себя уже в больнице. В светлой просторной палате вокруг стола, на котором он лежал, суетились медики. Над ним, вместо девушки, нависла блестящая хромом дуга роботадиагноста.
«Я принимал участие в последней их модернизации», — както некстати подумалось ему.
— О! Вам ещё рано приходить в себя, — неожиданно прозвучал мужской голос у него над головой.
Молодой врач обошёл кровать и подошёл сбоку. Ему не было ещё и тридцати: статный, в белом костюме и медицинской шапочке, он серьёзно и озабоченно смотрел на Глеба.
— Давайте вы ещё поспите, а мы вас полечим. У вас серьёзные травмы. Но вы не умрёте, — говорил доктор ровно и совершенно безэмоционально — что резко контрастировало с выражением его лица.
Но Глебу думать об этом было некогда. Его сознание начало затухать, звуки становились тише — и к последним словам он уже спал глубоким сном без сновидений.
Когда он пришёл в себя снова, сориентироваться в пространстве удалось не сразу. В ярко освещённой палате без окон было совершенно непонятно, какое сейчас время суток и сколько он пробыл в беспамятстве. Очень хотелось пить и есть.
Он пошевелил рукой: плечо совершенно не болело, а рука двигалась так, будто травмы и не было. Мужчина на секунду затаил дыхание и попытался сосредоточиться. «Приснилось мне всё, что ли?» — подумал он. Немного поворочавшись и убедившись, что ничего не болит и все конечности свободно двигаются, он начал разглядывать палату: белый потолок, белые стены, множество оборудования и вспомогательных приспособлений.
Постепенно он поворачивал голову — и взгляд его опускался ниже, пока вдруг не столкнулся с пристальным, сверлящим взглядом мужчины, сидящего в белом кресле у стены. Поняв, что Глеб проснулся, мужчина резко поднялся и подошёл к кровати.
— Здравствуйте! Я лейтенант полиции Рыков, — представился он немного уставшим голосом и полез рукой во внутренний карман пиджака.
Глеб в ответ слегка кивнул, молча разглядывая незваного гостя. Лейтенант был не в форме, а в обычном сером костюме — такие носили как символ делового этикета уже сотни три лет, а может, и больше. Светлый шатен средних лет, склонный к полноте, невысокий и в очках — полная противоположность самому Глебу.
Лейтенант достал электронный значок, который подтверждал его личность после сканирования лица, и снова убрал его во внутренний карман.
— Я должен задать вам несколько вопросов, — начал было он. — А какое сейчас время суток? — перебил его Глеб, едва дав закончить фразу. — Около десяти утра. Так вы готовы ответить на мои вопросы? — уже более настойчиво проговорил полицейский. — А число число какое? — не обращая внимания на его слова, снова спросил Глеб. — Ну, мы можем уже приступить к опросу? — слегка раздражённо снова спросил блюститель порядка. — Да, да, — отрешённо ответил Глеб, глядя сквозь собеседника, и замолчал, думая о чём-то своём. — Скажите, кто вас так сильно избил? — спустя минуту, несколько резковато, будто пытаясь выдернуть Глеба из его размышлений, спросил лейтенант. Глеб вздрогнул от неожиданности и внимательно посмотрел на собеседника. — А? Да никто. Я просто упал с высоты, — ответил он, всем видом показывая, что этот разговор ему неприятен. — Что значит «упал с высоты»? Доктор сказал, что вы были избиты, — начал раздражаться полицейский.
Дверь открылась, и в палату вошёл молодой врач, который разговаривал с Глебом, когда он ненадолго пришёл в себя в прошлый раз. — Здравствуйте! Как вы себя чувствуете? — обратился доктор к Глебу с лёгкой улыбкой. — Он говорит, что просто упал с большой высоты. Вы считаете, что это возможно? — глядя на врача, раздражённо произнёс полицейский. Доктор внимательно посмотрел на лейтенанта и потёр подбородок, размышляя. — Вполне. Судя по месту расположения травм, их сложности и глубине, этиология происхождения вполне может быть вызвана падением с высоты, — не обращая внимания на раздражение собеседника, ответил доктор. — Так значит, я могу уходить, и тут нет никакого криминала? — уже с нотками злости в голосе уточнил полицейский.
- Да, конечно. Сейчас мы с Вами только установим его личность, поскольку вживленный чип этого гражданина совершенно испорчен. И все, вы можете заниматься своими делами. - так же спокойно ответил врач.
Следователь повернулся к Глебу.
- Как Вас звать? - резко спросил он.
- Глеб Алексеевич Войнов. - тем же тоном что и доктор ответил ему мужчина.
Полицейский снова достал из внутреннего кармана свой значок. Навёл зажёгшийся на нём луч на лицо Глеба. Луч прошёл по лицу, немного задержавшись на глазах, губах и небольшой родинке на подбородке. Как только луч погас, лейтенант сжал значок в кулаке и вышел из палаты.
Доктор спокойно занялся настройкой оборудования и одновременно начал задавать вопросы Глебу.
— Как вы себя чувствуете? — На удивление неплохо. — Голова болит? — Нет. Ничего не болит. — Затруднения дыхания, движения или какой-то иной дискомфорт присутствует? — Нет. Только пить и есть хочется, — ответил Глеб и наконец-то решил спросить то, что его больше всего тревожило: — А какое сегодня число? — Вы пролежали в медикаментозном сне чуть больше трёх недель, сегодня уже 15 сентября, — произнёс доктор. — А то, что вы чувствуете жажду и голод, это вполне нормально. Сейчас вам принесут какую-нибудь еду, — добавил он.
Глеб и не заметил, как вскочил на ноги. — Эй! Вы ещё не так здоровы, как вам кажется. Сейчас же вернитесь в кровать! — прикрикнул на него врач. Глеб огляделся и, пристыженный, медленно сев на койку, взялся за голову. — Три недели, как же так. Меня, наверное, все потеряли — и родители, и на работе! А что же делать, если меня уволят? Да нет, не должны вроде, — расстроено забубнил он себе под нос.
Дверь в коридор открылась, и в палату вошёл лейтенант. — Это действительно Войнов Глеб Алексеевич, — обратился он к доктору. Врач молча кивнул. — Вас все потеряли — и на работе, и родители. Что же вы никому не сообщили о своём состоянии? — с укоризной произнёс полицейский, обращаясь к Глебу. Мужчина ничего не ответил. — Вы по-прежнему утверждаете, что просто упали? — снова обратился к нему с вопросом полицейский. Глеб кивнул в знак согласия и снова задумался. — Ладно. Тогда на днях мы пришлём к вам робота-полицейского для установки нового импланта личности, — произнёс блюститель порядка, хмыкнув, — резко повернулся и направился к двери. Бросив через плечо прощание, он вышел из палаты. — Вы действительно ничего не помните или просто не хотели общаться с полицией? — внимательно глядя на Глеба, спросил доктор. — Не хотел, — односложно ответил ему мужчина. — Наверное, нам всё же следует обследовать состояние вашей памяти, — нахмурившись, произнёс врач. — Или вы просто скрываете истинную причину вашей травмы? Вы действительно травмировались по причине падения? — уже более настойчивым тоном произнёс он. — Я действительно упал. Тут я ничего не скрываю. Но вот о причинах говорить не хочу, — ответил ему Глеб и добавил: — Хотя не думаю, что они имеют какое-то отношение к правопорядку. — Давайте договоримся так. Сейчас я попрошу, чтобы вам принесли что-нибудь поесть, и больше не стану тревожить вопросами. Мы сейчас установим на виски датчики. Они не читают мысли, а лишь снимают частоту электрических импульсов мозга. Затем наш прибор их проанализирует. Тем временем вы постараетесь максимально подробно и последовательно вспомнить несколько дней перед травмой. А мы потом проанализируем работу мозга. Так мы узнаем, есть ли у вас провалы в памяти. Договорились? Глеб молча кивнул. Доктор нажал кнопку на браслете, и через пару минут в палату вошла девушка в медицинском халате. Перед собой она везла тележку, на которой было много различных приборов. Уже через пару минут на висках Глеба были установлены две каплевидные пластины, повёрнутые ко лбу тонкой стороной. Убедившись, что всё работает, врач с медицинской сестрой удалились из палаты. И наконец-то он остался один. «Как хорошо, что я родился не двести или триста лет назад, когда в больничных палатах было иногда даже пять или шесть пациентов!» — подумал Глеб. Ему срочно нужно было подумать, чтобы разобраться, что же с ним всё-таки произошло. И было ли это на самом деле, или ему есть о чём тревожиться.