Северина Рэй – Измена. Отвергнутая жена Дракона (страница 8)
Когда я пришла в себя, то мы уже сидели в набитой битком кибитке, которую шатало по ухабам, подбрасывая нас вверх. Благо, Урут придерживал меня и прижимал мою голову к своему плечу, так что при каждой кочке я продолжала сидеть на твердой скамье.
– Где Астарот? – первым делом испуганно спросила я, вспомнив, что в тот момент, когда я потеряла сознание, он был на руках у Урута.
– Всё в порядке, он у меня, Айлин, – раздался справа тихий спокойный голос Шани.
Я повернула голову и с облегчением выдохнула, заметив, как услышав мой голос, малыш засучил ножками, отчего одна его пяточка показалась из-под пледа и замаячила перед моей налившейся молоком грудью.
– Он проголодался, – прошептала мне как можно тише Шани, но я и сама это поняла.
Вокруг было слишком много народа, но благо, что ехала я не одна. Шани укрыла меня льняной серой тканью, а Урут повернулся спиной так, чтобы загораживать собой обзор на меня. И я быстро расшнуровала платье, благо шнуровка была спереди, так что вскоре Астарот зачмокал, находя долгожданный источник желанного молока.
Меня наполнило счастье, которое способна испытать лишь кормящая мать, но когда я окончательно проснулась, то посмурнела, вспомнив, из-за чего я так внезапно потеряла сознание.
– Урут, что ты узнал про… Рагнара? – понизила я голос, надеясь, что никто меня не услышит.
– По слухам, его сразу же отправили в закрытый монастырь на севере.
– То есть я могу забрать его? – сразу же воодушевилась я, но лицо Урута моментально стало мрачным, а в глазах отразилось неподдельная жалость. Даже не сочувствие. Так обычно смотрят на безнадежно больных или обреченных, но я никогда не ожидала, что так будут глядеть и на меня когда-нибудь.
– В чем дело, Урут? – слегка повысила я голос, и от переизбытка эмоций, которые бурлили и переполняли меня, он звучал ломано и дрожал, словно я вот-вот расплачусь. Я и была на грани истерики, ощущая себя как никогда потерянной и беззащитной.
Мне суждено было стать матерью двух прекрасных детей-драконов, но я была не в силах даже защитить их, не то что обеспечить им комфортную жизнь.
– Айлин, вы пугаете ребенка, – раздался сзади меня голос Шани, и я опустила голову, чувствуя, как мой сыночек слишком сильно сжал мой сосок. Хмурые бровки, весь насупленный, готовый будто вот-вот расплакаться.
– Тише-тише, мой сладкий, всё хорошо, мама просто пошутила, мама не кричала, – тихо напевала я, пытаясь вложить в свой голос любовь, ласку и спокойствие, и последнего в моей душе сейчас не было и в помине. Однако я и правда расстаралась, так как вскоре Астарот насытился, причмокнул, опустил руку, больше не касаясь моей груди, и засопел, прикрыв глазки. Я одной рукой поправила как могла шнуровку на платье, а затем дала ребенка в руки Шани. Ткань опустилась, но я успела полностью привести себя в порядок, так что предстала перед остальными в приличном виде, хоть была заспанная и не умытая.
Успокоившись и отдышавшись, чтобы снова не встревожить ребенка, я тронула за плечо Урута и снова задала тот же вопрос, но уже тише.
– Почему ты так напрягся? Что не так с этим монастырем? Разве оттуда забрать моего ребенка не легче?
– Нет, леди… Айлин, – поправил он себя, чтобы не раскрыть конспирацию, и покачал головой, на этот раз просто отводя взгляд в сторону. – Это необычный монастырь, а для особенных детей драконов. Отказников. Тот, кто попадает туда, больше никогда не выходит.
– И что, они становятся монахами?
– Нет. Монахами там могут быть только чистокровные драконы.
– Но тогда что случается с детьми, которых сдают туда родичи?
Я растерянно посмотрела ему в лицо, задирая голову и чувствуя, как болит шея, всё же разница в нашем росте даже сидя была внушительная.
– Никто не знает, Айлин, – скривился Урут, словно ему было неприятно и больно мне это говорить, – но больше этих детей никто не видел.
– Неважно, – упрямо поджала я губы. – Это другие родители, кто сдал туда своих малышей, не приходят за ними и не интересуются их судьбой, но у моего мальчика есть мама. Думаю, если я приду туда, никто не откажется мне отдать ребенка. Зачем им лишний раз, когда я могу забрать Рагнара?
– Попасть туда не дракону невозможно, – обрубил мои надежды Урут на корню. Северный монастырь находится на утесе Плачущих Ив, между материком и островом пролегает стокилометровая пропасть, преодолеть которую под силу не каждому дракону. И мало кто согласится сделать это без оплаты, а сумма выйдет внушительная. Я бы хотел вам помочь, но у нас с Шани никогда не было и не будет такой суммы.
Когда он назвал цифру в десять тысяч золотых, я обомлела, ведь даже как для леди это была неподъемная сумма, что уж говорить о простолюдинах и полукровках, как я, от которых отказались семья и истинная пара.
Меня затопило безудержное отчаяние, от которого хотелось безостановочно выть, но я обмотала свой сжатый кулак тканью, поднесла ко рту и с силой прикусила. Зажмурилась, чтобы ни единая слезинка больше не пролилась зазря.
Хватит реветь и стенать, что меня обделила судьба, лишив всего, что мне было дорого.
Клянусь, мой малыш Рагнар, я сделаю всё, чтобы тебя вернуть. Сотру ноги и руки в кровь, но заработаю это треклятое золото. Не оставлю тебя на произвол судьбы в негостеприимных чертогах севера.
А Гор… А о Горе я забуду, как о мужчине, и буду лишь лелеять в сердце ненависть. Настанет час, и я отомщу, обязательно воздам его и его семье сторицей за то, что они сделали со мной и моими ни в чем не повинными детьми. Его род умоется кровью, и я сделаю всё, чтобы воплотить лелеемую в душе месть осуществимой.
Да будет так, драконий бог. Да будет так!
Глава 8
Я зажмурилась и прикрыла лицо ладонью, пытаясь скрыться от палящего солнца. Мне и в зеркало не нужно было смотреться, чтобы знать, как моя некогда молочная бархатистая кожа посмуглела и покрылась неприятными пятнами телесного цвета, что явно говорило о том, что мне не хватает витаминов. Лекарь из лечебного корпуса постоянно сетует, что мне нужно лучше питаться и следить за своим здоровьем, но несмотря на то, что столичная Академия магов славилась хорошей столовой, вид мой день ото дня не улучшался. Я знала, в чем было дело, но признаться лекарю Эрхаиму не могла. То был секрет, который я не могла раскрыть под страхом смерти. Иначе у меня могут отнять моего сына.
– Мам, мам, а сегодня суббота, – раздался вдруг рядом со мной голос Астарота.
Я опустила голову и посмотрела на него, и он, заметив мой взглядом, тут же пошаркал ножкой по земле, намекая, что не мешало бы мне его побаловать.
– Суббота? Точно-точно? М?
Я еле подавила в себе улыбку, которая так и норовила возникнуть на моем лице каждый раз, когда мой взгляд падал на моего малыша. За прошедшие три года он стал уже большим, во всяком случае, не тем крохотным комочком, каким я когда-то привезла его на территорию Академии. Помню, как Урут, чей дядя работал тут конюхом, поручился за нас троих и пристроил работать здесь же. Кем я только не начинала – подрабатывала и посудомойкой, и уборщицей на кухне, и даже горничной в преподавательском отсеке, но как только освободилось место в магозверинце, где содержались боевые виды магических животных, которые всегда были полезны в войне, сразу же выдвинула себя, даже не раздумывая особо, подойду ли под нужные критерии.
При проверке больше всего я боялась, что из-за крови дракона в моих венах – наследия отца, мне могут отказать в работе в магозверинце, однако мне повезло. Раньше я мечтала, чтобы во мне проявились хотя бы зачатки магии, но год назад, когда меня утвердили на новую должность, я возблагодарила свои человеческие гены, которые обеспечили меня более высокооплачиваемой работой в Академии, где я не могла претендовать на квалифицированный труд в силу того, что не имела высшего образования, так что магозверинец в Академии – предел моих мечтаний и всего, на что я могла надеяться.
Должность называлась “рабочий по уборке за отходами жизнедеятельности магозверей”, однако во всей Академии все называли таких, как я, отходниками. Для некоторых моих коллег – обидное прозвище, мне же было всё равно. Я шла к своей цели, и мне было не важно, что мне придется для этого делать.
Пока Астарот думал над моим уточняющим вопросом, я наблюдала за работой госпожи Соулей, которая отвечала за питание травоядных зверей в магозверинце.
В последние дни в Академии было неспокойно, и меня одолевало какое-то нехорошее предчувствие. Урут и Шани также были напряжены, но вслух мы наши опасения не выказывали. Начавшаяся война с человеческим государством Арьялой не только угрожала Империи, но и могла поставить на кон наши только-только устаканившиеся жизни. Урут работал в охране Академии и уже дослужился до помощница начальника стражи, а Шани уже как месяц помогала главной поварихе, перенимая ее опыт и часть обязанностей. Они поженились два года назад, и вскоре у них ожидалось пополнение. Так что мы втроем беспокоились из-за будущего, стараясь не показывать свои страхи друг другу, чтобы не впадать в панику.
В это время Астарот продолжал крутиться рядом и рассуждать вслух.
– Ты меня чуть не запутала, мам. Конечно, сегодня суббота. Вон, тетя Соли готовит смесь для чупканчи.