Серж Винтеркей – Ревизор: возвращение в СССР #27 (страница 20)
— Так! Пути эвакуации… Это пожарная безопасность, — начал я. — Там у них отходы производства собирались в огромные мешки и стояли прямо на проходе. Вот это и надо проверить. Ещё у них там пожарный выход был заперт на замок со стороны улицы! Захочешь, не выберешься в случае чего. Они там курили на этой лестнице, загадили там так все плевками, бычками и пеплом, что туда смотреть было противно, не то, что находиться там. Интересно, навели они порядок?
— Обратите на это внимание завтра, — сказал Маше Гусев. — Это же антисанитария…
— Ну да, — кивнул я. — Борщевский писал об этом где-нибудь в отчёте?
— Я не видела, — ответила Маша.
— Решил, что с них и так хватит? — предположил я.
— А вы, всё равно, проверьте, — распорядился Гусев.
Больше я, вроде как, ничем «помочь» Гусеву не мог. Но он мне и за это был очень благодарен. Попрощался и поехал искать тот НИИ, что перекрыл свою территорию для жителей микрорайона.
Ориентируясь от метро на железную дорогу и доверившись людскому потоку, достаточно быстро нашёл старый, побитый жизнью дощатый переход через рельсы. Немного в стороне, прямо через рельсы, тоже шли непрерывным потоком люди. Однако, с коляской там пройти можно было бы только, если нести её на руках. А в этом месте была не одна ветка, и не две. Похоже, где-то тут недалеко какая-то узловая станция. Тащить на себе коляску поперёк рельсов метров сто ещё то удовольствие. Хочешь — не хочешь, а к переходу пойдёшь. Но и тут не всё так гладко…
Огороженная территория НИИ тоже быстро нашлась на возвышенности на той стороне. Прямиком отправился туда. Народная тропа повела меня вокруг ограды. Зимой люди в снегу сами протоптали эту тропу. Представляю, как после снегопадов первым утренним прохожим по колено в снегу приходилось тут прокладывать путь по снежной целине. Полные сапоги снега… Жуть!
На территорию НИИ мне удалось попасть только после предъявления журналистского удостоверения. Разговаривать со мной вышел аж заместитель директора Худяков Захар Александрович. Держался он со мной вежливо, но настороженно.
— Вы, наверное, догадываетесь, Захар Александрович, по какому поводу я здесь? — спросил я.
— Так тут и догадываться не надо, — с досадой ответил он. — Небось, жильцы опять написали?
— Написали, — кивнул я. — А не могли бы вы в двух словах объяснить причины такого решения?
— Могу и не в двух словах, — ответил он. — Тут никакой тайны нет. Мы просто закрыли проезд на свою территорию. Раньше ворота были нараспашку, теперь мы их заперли.
— А калитка там не предусмотрена? — поинтересовался я.
— Нет.
— А сделать?
— Институт должен за свой счёт это делать? Нам это зачем?
— Чтобы людям жизнь облегчить, — пожал плечами я.
— А что люди привязались к нам? У них есть исполком, пусть туда и обращаются. Пусть им делают благоустроенный спуск, — показал он в сторону от института. — Нам зачем доплачивать дворнику, чтобы он тут всему району дорогу прочистил к шести утра через нашу территорию?
— Думаю, они и так обошлись бы, — заметил я. — Сейчас же протаптывают себе тропу вокруг вашей ограды.
— Да? Вы так уверены? — с сарказмом спросил он. — Они не только требовали чистой дороги, так ещё и жалобы на нас писали, если мы не расчищали!
— Понятно. И вы решили проблему кардинально, — подвёл я итог. — Вообще, конечно, тут надо строить или спуск, или надземный пешеходный переход. С этой стороны, даже подниматься не надо будет…
— Вот-вот, — посмотрел на меня с интересом представитель НИИ.
Вообще, его можно понять. Сначала, просто, разрешите через вас пройти. Потом, а не могли бы вы проход для нас от снега очистить? А потом это уже как должное воспринимается, ещё и жалобы начали писать, если снег не расчищен. Ну, у начальства НИИ, понятное дело, возник вопрос — Земля круглая? С точки зрения науки, так оно и есть. Значит, ответка должна на такое нахальство прилететь. И трудно осудить их, в принципе. Вот как бы я сам на такую наглость отреагировал, будь я этим самым начальством НИИ? Вряд ли подставил бы другую щеку…
Молодцы жители, что ещё сказать? Сами себе яму вырыли. Попрощался с Худяковым, предварительно выяснив, где их райисполком, и направился туда. Может, у них уже в планах стоит на ближайшую весну строительство благоустроенного пешеходного перехода в этом месте…
Атташе Ансель Косельни сидел со своим приятелем журналистом Данте Микели в кафе в Больцано. Он прилетел сюда по его приглашению посмотреть на показ новых, невиданных ранее чемоданов на колесиках манекенщицами и отдохнуть пару дней в тихом провинциальном городке.
— Какое сонное царство, — заметил подполковник, оглядываясь по сторонам. — Как раз то, что я хотел после шума и суеты Рима. Так расслабляет…
— Сонное? Не скажи, тут не так давно расстреляли дюжину мафиози из Сицилии, — ответил ему Данте.
— В самом деле? А кажется, тут так тихо и безопасно…
— Тут, и правда, тихо и безопасно. Особенно после того случая, — усмехнулся журналист.
— А что это была за история? — с любопытством спросил подполковник. — Кто их расстрелял? За что?
— Точно не знаю. Слухи ходят один другого невероятнее. Один из самых интересных, что их всех положил киллер из КГБ.
— Ого!
— Ну, сам понимаешь, тяга к романтике и заговорам моих соотечественников часто превосходит их здравый смысл. Традиции еще со времен Чезаре Борджиа… Ну какие тут могут быть киллеры КГБ? Что бы их могло заинтересовать, снег с окрестных гор?
— Не скажи…
Этот ресторан Иван специально выбрал, чтобы Ксюше было не очень далеко от дома. От неё до ресторана было всего несколько остановок на троллейбусе.
Он заехал за ней, и они отправились вместе в ресторан. Столик он забронировал заранее и их без лишней волокиты проводили к нему. Чувствовалась основательная подготовка этого мероприятия со стороны Ивана, и Ксюша приятно удивилась этому.
Им сразу принесли напитки. Из солидарности с Ксюшей Иван не стал заказывать ничего алкогольного, и они благодушно беседовали в ожидании своего заказа, потягивая яблочный сок и ягодный морс.
Когда принесли закуски и горячее, Иван выждал немного и, собравшись с мыслями, произнёс:
— Выходи за меня.
Он сказал это так спокойно, нейтрально и буднично, что Ксюша не сразу поняла, что только что прозвучало… Когда же до неё дошло, она растерялась и не знала, что сказать.
— Это так неожиданно, — пробормотала она. — Мне надо собраться с мыслями…
Рабочий день подходил к концу. Бортко сидел у себя в кабинете и собирался уже вскоре идти домой. Как вдруг открылась дверь и на пороге появился Ганин. Его бледное и перекошенное ужасом лицо напугало первого секретаря.
— Макар Иванович? — поднялся он. — Что стряслось?
— К Захарову меня не пустили, — подошёл Ганин к нему ближе и обессиленно опустился на стул. — Меня обокрали! У меня украли всё!
— Кто? Как? — растерялся Бортко на мгновение, но быстро взял себя в руки. — Что украли?
— Деньги!
— Сколько?
— Все!
— Макар Иванович! — жёстко прошипел на него Бортко, видя, что тот находится в шоке. — Сколько у вас украли денег?
— Почти двести тысяч, — выдавил из себя с надрывом Ганин.
— Твою мать! — выругался Бортко и бросился звонить Мещерякову. Не дай бог, у ворюги голову снесёт из-за такого барыша и он начнёт кидаться деньгами направо и налево! Его же менты моментально повяжут! Начнут разбираться, выйдут на Ганина, а этот придурок всех сдаст!
Глава 10
В местном райисполкоме со мной разговаривать не стали. Под предлогом того, что непонятно, кто мог бы мне ответить на мой вопрос.
— А вы оставьте запрос, — вежливо улыбаясь, посоветовали мне в канцелярии. — Вам на него обязательно ответят.
Видимо, надеялись, что я или сразу решу ничего не писать, или, может, не смогу запрос сформулировать? Выгляжу молодым и зеленым, а они люди опытные. Хотя, я же показал им своё журналистское удостоверение… Статьи пишу, а запрос составить не смогу? Наивные.
Попросил у них лист бумаги, копирку, и написал им запрос по всем правилам бюрократической науки. Коротко и с чётко сформулированным вопросом: прошу дать ответ в рамках подготовки статьи для газеты «Труд», когда у жителей домов таких-то по такой-то улице будет удобный и безопасный переход через железнодорожные пути к станции метро и к прочим социально значимым объектам?
В шапке указал свой домашний адрес и телефон, на всякий случай. Заставил в секретариате поставить мне на моей копии входящий номер, дату и расписаться.
А как вы хотели? С волками жить — по волчьи выть!