Серёга Фро – Анагога (страница 3)

– Значит обязательно поймать живым? – сказал Вершинин, но с ухмылкой.

– Перестань, это уже приказ. Тебе в помощь даю двух сотрудников. Они очень дисциплинированы и показывали себя хорошо в работе. Надеюсь, что они смогут тебе помочь, – тихо и опять спокойно произнес генерал-майор.

В комнате повисла небольшая пауза.

– Вас понял, – повторил Вершинин.

– Лейтенант Бородина как раз сейчас направляется к нам и должна быть с минуты на минуту, а лейтенант Резнов уже в Челябинске. Он начал заниматься бумажной волокитой и постарается облегчить тебе расследование, начиная с ранних этапов, – добавил Свиридов.

Вершинин взглянул на него с легким недоумением, но промолчал. Внутри у него закипали мысли: «Нужны ли ему помощники? Смогут ли они чем-то помочь?».

Раздался размеренный и четкий стук в дверь.

– О, вот же совпадение, как раз вовремя, – сказал Свиридов, немного рассмеявшись.

Генерал-майор поднял брови, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло легкое недоумение.

– Действительно, – согласился Вершинин, без особого интереса глядя на дверь.

– Проходи, – прикрикнул генерал-майор.

Дверь открылась, и в кабинет тихо вошла девушка. Она шагала уверенно, с деловой осанкой и внимательным взглядом. На ней был строгий костюм, аккуратно зачесанные светлые волосы, гладко уложенные, без лишних украшений. Ее манера была очень интересной, будто своим видом говорила о профессионализме, в то же время ее образ будто бы казался наигранным.

– Здравствуйте, товарищ генерал-майор, товарищ майор, – спокойно произнесла она, коротко поздоровавшись и подошла к столу.

Вершинин внимательно посмотрел на нее, оценивая.

– Позволь представить, – сказал генерал-майор.

– Лейтенант Алина Витальевна Бородина. Теперь она входит в твою группу.

Вершинин чуть приподнял брови, его лицо оставалось нейтральным, но внутри он почувствовал легкое удивление.

– Вы удивительно вовремя, – обратился Вершинин к лейтенанту.

– А вы – товарищ генерал-майор, значит, были уверены, что я соглашусь еще до нашей встречи? – произнес он.

Генерал-майор чуть улыбнулся уголком рта и ничего не ответил.

– Прошу прощения. Я ждала за дверью весь разговор, – ответила лейтенант Бородина.

Вершинин наблюдал за ней уже с большим интересом, он понимал– перед ним новый человек с довольно интересным характером и ясной целью. И ему предстояло понять, сможет ли она стать частью команды в это непростое время.

– Уже сегодня утром вы оба отправитесь в Челябинск. Местные уже уведомлены, и они будут во всем помогать, – заявил Свиридов, его голос в ее присутствии стал привычно строгим.

– Если больше нет вопросов, то проводи майора Вершинина в кабинет, который будет закреплен за вашей группой. Там он сможет ознакомиться с делами с твоей помощью. Думаю, что перед поездкой необходимо все тщательно просмотреть. Не так ли? – продолжил Свиридов, внимательно посмотрев на Вершинина.

Тот ответил коротко и уверенно:

– Да, не будем тогда терять время. Я буду на связи, Олег Константинович, —ответил Вершинин коротко и уверенно.

– Дерзайте, – сказал вдохновленно генерал-майор.

Вершинин кивнул, взял папки с делами и вышел с лейтенантом из кабинета. Коридор вел в отдельный кабинет. Шагая, он заметил по пути, как стены казались чуть более тусклыми в этом узком проходе, а тени от ламп создавали мрачное окружение.

Внутри кабинета царила знакомая ему атмосфера – рабочее место, шкафы с папками, аккуратно расставленные по полкам. Хотя тут было чуть меньше пространства, чем он привык. Запах старых бумаг и тонкий аромат типографской краски напоминали о прошедших днях – о тех временах, когда работа в кабинете имела свой особый ритм и его привычный уклад не был сломлен в один день.

– Если вам не сложно, то положите папки с делами здесь, – сказала лейтенант Бородина, указав на один из столов.

– Хорошо.

– Этот стол вам подойдет? – спросила сразу же она.

Вершинин пожал плечами и ответил без раздумий:

– Мне без разницы.

Лейтенант Бородина чуть приподняла брови и уточнила:

– Просто один из других столов я уже обустроила под себя и не хотелось бы сейчас тратить время на переезд.

Взглянув на нее спокойно, его лицо оставалось нейтральным, но внутри он почувствовал легкое раздражение – все эти мелочи отвлекали от главного.

Он вздохнул и кивнул:

– Хватит. Мне не принципиально. Тем более завтра мы уедем на неопределенный срок.

Вершинин подошел к столу, разложил папки и начал разбирать документы. В этом помещении он чувствовал себя как дома – привычная обстановка помогала сосредоточиться.

– Здесь вся информация, которая у нас есть на данный момент. Вам нужно ознакомиться и определить дальнейшие шаги расследования, – сказала лейтенант Бородина, сразу перейдя к делу.

Он внимательно посмотрел на нее, призадумался, не зная, что сразу ей ответить.

– Я уже все материалы прочла несколько раз, поэтому могу помочь, если потребуется.

– Хм, дальнейшие шаги – не забегай далеко пока. Мне нужно время для ознакомления, – ответил он спокойно.

– Не уходи пока никуда, – попросил он ее.

– Я и не собиралась.

Она кивнула и чуть ближе пододвинула папку с делом по первому убийству. Взгляд Вершинина стал серьезнее, он аккуратно открыл папку и начал просматривать фотографии. Каждая из них – мрачное напоминание о случившемся.

Он внимательно изучал каждую фотографию, всматриваясь в детали и запоминая мелочи. Лишь шуршание фотобумаги и тихие комментарии Вершинина вслух нарушали тишину. Он погружался в материал полностью: его методы могли показаться кому-то странными или даже жесткими, но для него было важно понять каждую мелочь, каждую деталь.

Лейтенант молча наблюдала за ним. Она полностью понимала важность методичного знакомства с делами. В этом процессе не должно было быть места спешности или эмоциям – только холодный расчет и внимательность.

Время шло незаметно, а Вершинин продолжал погружаться в расследование, словно растворяясь в деталях, чтобы попытаться найти ту самую ниточку, которая приведет его к разгадке.

Эпизод второй

Дело Яковлевой. (Февраль 2008 года, Екатеринбург)

Оперативная группа прибыла на место преступления ровно в 11:05 – через четыре часа после того, как на диспетчерский пульт поступил звонок. В заявке было указано лишь то, что соседи вызвали милицию и обнаружили тело с признаками насильственной смерти.

Вершинин представлял себе сцену: тихий район, где нечасто происходят подобные происшествия, и люди, живущие размеренной жизнью. Его мысли мелькали между деталями.

«Не торопились ребята на вызов, будто район не самый спокойный и бытовухи хватает», – подумал он про оперативников, продолжив опять просматривать фотографии.

Он разглядывал внимательно фотографию за фотографией. Все было оформлено аккуратно. Снимки давали ему визуальное представление того, что произошло – кровавое пятно на полу, разбросанные предметы, следы борьбы.

«Хоть материалы дела были оформлены более-менее нормальным образом, это уже плюс. Стандартное описание и фотографии дают общую картину. Можно понять основные моменты без лишних вопросов», – нехотя отметил про себя Вершинин.

В центре внимания было окровавленное тело, лежавшее на полу в коридоре недалеко от входа в квартиру. Яковлева Елена Федоровна, 1978 года рождения, молодая и привлекательная девушка с длинными темными волосами, растрепанными и запутанными после нападения. Ссадины на лице и руках давали явно понять, что она пыталась сражаться и делала это до последней секунды своей жизни, но этого оказалось мало. Выражение страха и боли были в широко раскрытых глазах, а застывший взгляд с немым ужасом точно смог пощекотать нервы всей оперативной группе и приехавшей за ними бригаде медиков.

Все тело было покрыто кровью: многочисленные раны на груди, шее и руках могли свидетельствовать о многом, не всегда это было показателем жестокости. Следы борьбы были заметны и по разбросанным предметам вокруг – разбитому зеркалу и разбросанным вещам, которые должны были стоять на нескольких аккуратных полочках в коридоре. Но самое поразительное, что неоднократно отметили в материалах – небольшой вырезанный ножом на верхней части живота крест.

– Это то, что сразу же дало возможность связать это убийство с последующими? – произнес Вершинин, нахмурившись.

Он продолжил, указывая на символ:

– Этот символ был аккуратно вырезан после смерти, без кровотечения и на небольшую глубину.

– Все говорило о том, что убийство было спланировано заранее и не было спонтанным. Несмотря на признаки самозащиты, которые явно не входили в первоначальный план, – ответила Бородина.

«Какое же значение имел этот символ для убийцы? Религиозного фанатизма и сект замешанных в этом еще не хватало», – задумался он, словно вслух задавая себе вопрос.

На месте преступления криминалисты провели все необходимые работы: тщательно осмотрели каждую мелочь, зафиксировали множество следов крови и собрали все найденные отпечатки пальцев. Даже был сделан рисунок подошвы и примерный вариант обуви предполагаемого убийцы, так как следы обуви со схожей подошвой не были обнаружены в квартире жертвы. Однако, к сожалению, по результатам всех экспертиз ситуация оставалась скудной.