Сергей Зверев – Игра по-черному (страница 20)

– Не бойся, – сказал спецназовец по-русски и на всякий случай улыбнулся как можно приветливее. – Больше тебя никто не тронет.

Девушка с ужасом в глазах отползала, глядя то на белого незнакомца с оружием, то на труп насильника. Донин увидел, как рот несчастной стал приоткрываться. Еще секунда, и на весь лес раздастся ее крик или истошный визг. Олег снова улыбнулся и поднес к губам указательный палец. Это жест понимают практически все народы – тихо, не шуми. Повторил свою просьбу и, покачав указательным пальцем, спецназовец стал говорить тихо, но убедительно. Не важно, что девушка его не понимает. Жесты у всех народов почти одинаковые. Он говорил, оглядываясь, а сам сопровождал свои слова соответствующими жестами: то поднося палец к губам, то двумя пальцами показывая шаги в сторону деревни.

– Ты тихонько иди к своим – и молчок! Понимаешь меня, глупышка? Тихо, и никому ничего не говори про это. А мы разберемся с вашими обидчиками.

Еще раз улыбнувшись и похлопав девушку по руке своей ладонью в тактической кевларовой перчатке, Донин поднялся и, пригибаясь, пошел к краю деревни. Вызвав Тарханова, он доложил:

– У меня минус один. Я на исходной, вижу всех троих.

Шелест за спиной заставил повернуть голову. И только интуиция, понимание, что враг так неожиданно за его спиной оказаться не может, позволили повернуть лишь голову, а не дуло автомата. Черт, это была все та же девушка. Она осторожно шла за белым человеком, спасшим ее от бандита, и в глазах несчастной было столько мольбы, доверия и преданности, что Донин чуть не рассмеялся в голос. Он показал девушке кулак и жестом приказал лечь и не шевелиться.

И этой секундной заминки было достаточно, чтобы упустить из внимания врага, упустить всю ситуацию в целом. Он услышал голос Тарзана, который передал, что один из трех отделился от группы и ушел за хижину. И этот третий, снимавший настороженно с плеча автомат, шел как раз в ту сторону, где в зарослях притихла девушка. Все, ситуация стала критической. Или этот вооруженный абориген поднимет тревогу и начнет стрелять, или… Оставалось брать инициативу в свои руки и принимать решение за двоих.

– Тарзан, работай! – зло прошипел в коммуникатор Донин, вытягивая нож из кармашка на груди. – Третий мой!

– Понял, работаю, – спокойно ответил Тарханов.

Что там сейчас произойдет? Да все просто. Тарзан уверен, что Пенза все просчитал и контролирует. Он просто привык доверять товарищу как себе. Сейчас звонко лязгнет затвор автомата, дуло с коротким звуком «дут» выплюнет пулю, и один из боевиков свалится в пыль под ногами. И пока второй не успел опомниться и испугаться, Тарзан переведет ствол оружия чуть в сторону – и снова: лязг затвора, короткое «дут», и второй боевик рухнет на землю. Увы, бесшумное оружие не такое уж бесшумное, работа затвора громче, чем сам выстрел.

Олег не стал ждать, когда его напарник перестреляет бандитов. Он удобно ухватил лезвие ножа, чуть приподнялся на одной руке и… бросок! Мелькнув в воздухе, оружие вонзилось в горло боевика чуть выше ключицы. Тот схватился руками за шею, вытаращив от неожиданности и боли глаза, и рухнул лицом вниз. Теперь Донин посмотрел на других бандитов. Класс, оба валялись на земле, как мешки. Девушка вскочила, подбежала к белому воину и схватила его за локоть, показывая куда-то в сторону середины деревни, на маленькую, вытоптанную сотнями ног площадь возле загона для скота. Донин остановил ее, вслушиваясь в переговоры группы в коммуникаторе. Тарзан доложил, что чисто, минус четыре. Халилов приказал блокировать окраину деревни, где возле машины стояли еще шестеро боевиков, а потом сухо приказал: «Работаем».

Сейчас Тарханову и Донину приходилось действовать самостоятельно, на свое усмотрение поддерживать действия командира. Приказ был блокировать край деревни. Это значит не дать боевикам отойти в деревню и укрыться там среди мирного населения. А заодно, если сложится такая ситуация, не дать подойти помощи со стороны деревни, если в районе этого населенного пункта есть еще боевики. Тарханов обходил площадь в центре деревни справа, Донин – слева, оставив пока свой нож в теле убитого бандита. Оба спецназовца пробежали не больше трех десятков метров, когда со стороны окраины, где стоял испорченный пикап, послышались автоматные очереди.

Халилов досчитал до десяти, полагая, что этого времени его бойцам хватит для того, чтобы выйти в тыл бандитам, топтавшимся у машины. Эти шестеро все время перемещались, они шумно разговаривали, размахивая руками. Судя по такой активной жестикуляции, они о чем-то спорили и чего-то или кого-то ждали. У лейтенанта и Сашки Ульянова, что лежал чуть левее от командира, позиция была не самая удобная. Изменить ее можно, но тогда их заметят боевики. Значит, нужно атаковать, а потом менять позицию, и тогда Тарзан и Пенза помогут им, зайдя со стороны деревни. Ульянову трогаться с места нельзя – у него рация, а это большая ценность, и ее нужно беречь. Значит, маневрировать и двигаться может только сам Халилов.

Лейтенант поднялся с земли, встал на одно колено и поднял автомат. Короткая очередь – и боевик в красной рубашке рухнул на землю. Бандиты мгновенно схватились за оружие и присели, прячась за машинами и прикидывая, откуда в них стреляют. Вторая очередь – и еще один бандит выронил оружие, схватился за правое плечо и стал отползать за колесо пикапа. Теперь Халилова видели. Он вскочил и под аккомпанемент автоматных очередей бросился влево, где за кустами виднелся ствол упавшего дерева. Пули просвистели совсем рядом, но спецназовец был уже в укрытии и отползал от места падения еще дальше в сторону. Кору дерева рвали пули в том месте, где он только что лежал.

Бандиты были явно напуганы, они догадывались, что на них не мог напасть всего один человек, что их наверняка окружают и выход у них только один – бежать сломя голову, скрыться в джунглях или, наоборот, в деревне, прикрываясь мирным населением. Тоже тактика испытанная. Но принять решение и сориентироваться на местности им не дали. Четверо боевиков, не переставая оглядываться по сторонам, стали пытаться обходить то место, где скрылся неизвестный, но тут две очереди Ульянова охладили их пыл. Еще один боевик ткнулся носом в землю, второй упал и отполз за машину, не переставая поливать кустарник очередями. Его лицо было залито кровью.

Оставшиеся в живых явно запаниковали. Боевик с окровавленным лицом что-то кричал и тыкал пальцем в сторону деревни. Но упустив из внимания Халилова, бандиты тут же получили урок из тактики спецназа. Лейтенант за это время подобрался совсем близко к машине и неожиданно появился за деревом. Две короткие очереди – и еще два боевика рухнули за землю, теряя оружие. Последний, с окровавленным лицом, откатился за дорогу к крайним деревьям. Брюс взял его на мушку и готов был пригвоздить автоматной очередью к земле, но тут из коммуникатора послышался приказ Халилова: «Взять живым!»

Оставшийся в живых боевик отползал, умело прикрываясь деревьями. Еще метров десять, и он окажется у крайних хижин и тогда сможет укрыться там или схватить кого-то из местных в заложники. Ведь обычно женщины в случае опасности хватают детей и прячутся с ними в своих глиняных домах. Тарханов и Донин оказались неподалеку от отстреливающегося бандита почти одновременно. Обменявшись с напарником взглядом, спецназовцы снова поняли друг друга без слов. Донин приготовился, а Тарханов бросился вперед. Он не добежал всего каких-то пять метров до своего противника, когда тот заметил движение и резко повернулся всем телом к новой опасности. Короткая очередь, но спецназовец успел укрыться за стволом дерева. Донин воспользовался тем, что бандит отвлекся, и тоже бросился к нему, успев в последний момент ударом ноги выбить из его рук автомат. И тут же Тарханов навалился на боевика всем телом, выворачивая ему руку за спину.

Тела уложили возле машин, тщательно обыскав и убитых, и машину. Никаких признаков того, что Нестеров с дочерью были здесь, пока не нашлось. После такого громкого боя спецназовцам необходимо было быстро уходить, скрыться в джунглях, пока к деревне не подошла помощь другой группы боевиков. Вряд ли эти десять человек торчали тут случайно. Но цель была не уничтожить врага, а найти следы Нестерова, спасти соотечественников.

Халилов приказал Брюсу и Тарзану встать в боевое охранение со стороны дороги и со стороны леса, чтобы вовремя засечь другие силы боевиков, которые могут появиться, а сам вместе с Дониным собрался осмотреть деревню.

И тут снова к спецназовцам подбежала худенькая девушка с полными губами и очень выразительными черными глазами. Она снова стала что-то говорить белым воинам, дергать Донина за рукав, показывая куда-то в сторону хижин.

– Что это она? – подозрительно посмотрел на девушку лейтенант. – Ты что-нибудь понимаешь, Олег?

– Ну, тут такой момент был, командир, – замялся Пенза. – Когда мы с Тарзаном зачищали деревню, ее один урод изнасиловать в кустах пытался. Она вроде как козу искать пошла, которая отвязалась, а он ее там за деревьями и повалил.

– А ты? – с интересом посмотрел на спецназовца Халилов.

– Ну, я и помог ей, – пожал Донин широченными плечами. – Немного.