Сергей Зуб – Жизнь после апокалипсиса. Рассказы (страница 7)

Они были похожи на терракотовую армию, только сделанную из гнилого мяса.

Ветер лениво пошевелил полу пиджака одного из мертвецов. Тот не шелохнулся.

– «Собрание акционеров», – едва слышно прошептал Фокс. – Центр города. Они всегда скапливаются у власти.

Он жестом показал: Обходим. Медленно.

Они двинулись по дуге, стараясь держаться от края толпы метров на тридцать. Женя старалась не смотреть на лица, но профессиональная привычка брала свое. Она замечала детали. Бейджик на шее женщины: «Марина, Старший Менеджер». Дорогой кейс, валяющийся у ног мужчины. Детская коляска, перевернутая, пустая.

Внезапно нога Жени наступила на что-то хрупкое.

Хрусть.

Звук был негромким. Как будто кто-то разломил сухую ветку. Это была пластиковая бутылка из-под воды, скрытая под слоем пыли.

Вся толпа на площади – сотни голов – дернулась одновременно.

Это было самое жуткое, что видела Женя. Не рык, не бросок. Просто синхронный поворот голов в их сторону. Сотни мутных, белесых глаз уставились на источник звука.

Тишина стала звенящей.

Фокс замер, превратившись в статую. Он медленно, очень медленно поднял палец к губам. Не дыши.

Мертвецы ждали. Они ловили вибрацию.

Женя почувствовала, как по спине течет холодный пот. Легкие горели, требуя воздуха, но она зажала рот рукой.

Секунда. Две. Десять.

Один из «Стоячих», стоявший ближе всех – парень в курьерской форме – сделал шаг. Его суставы сухо щелкнули. Он повел носом, втягивая воздух.

Фокс медленно потянулся к ножу. Стрелять нельзя – эхо разбудит весь квартал.

Но ветер переменился. Порыв сквозняка ударил из переулка, погнав по асфальту обрывок газеты. Газета прошуршала мимо мертвеца.

Он дернулся за ней, потеряв интерес к Жене. Остальные головы медленно, рывками, опустились обратно. Стазис вернулся.

Фокс выдохнул. Он схватил Женю за плечо и жестко потянул в переулок, подальше от площади.

Когда они оказались в относительной безопасности, за мусорными баками, он прижал её к стене. Его глаза были бешеными.

– Ещё один звук, – прошипел он ей прямо в ухо, – и я оставлю тебя здесь. Ты поняла?

Женя кивнула. Её трясло. Но сквозь страх пробивалась мысль. Холодная, аналитическая мысль.

– Они не просто стоят, – прошептала она, когда дыхание выровнялось.

– Заткнись.

– Нет, послушай. Они стояли лицом к Администрации. Все до единого. А тот, в форме курьера… у него на поясе была рация. И у полицейского в третьем ряду.

Фокс нахмурился.

– И что?

– Они не просто реагируют на звук, Виктор. Они ждут сигнала. Они выстроились так, словно ждут эвакуации или приказа. Это не хаос. Это… построение.

Фокс посмотрел на площадь.

– Это бред. Мозги сгнили пять лет назад.

– Мозги сгнили, но рефлексы остались. Если Кирилл знал это… если он понял алгоритм… он не пошел бы домой. И не пошел бы к эвакуационным пунктам, где толпа.

Женя достала из кармана карту города, которую дал ей Аукционист.

– Ты сказал, мы идем к его квартире?

– Да. Сектор 4, улица Ленина.

– Нет, – Женя уверенно провела пальцем по карте. – Мы не пойдем туда. Там тупик и смерть. Кирилл был хакером. Он искал «норы». Места, где есть кабели, но нет людей.

Она ткнула пальцем в серую зону на карте, помеченную как промзона.

– Нам нужно сюда. Старый узел связи «Телеком-С». Под землей. Толстые стены, автономные генераторы и прямой доступ к магистральным сетям. Если он хотел сохранить данные и выжить – он пошел туда.

Фокс скептически посмотрел на карту, потом на Женю. В ней что-то изменилось. Испуганная мусорщица исчезла. Перед ним стоял профессионал, который решал задачу.

– Если мы пойдем туда и там пусто, – сказал Фокс, снимая с предохранителя автомат, – нам не хватит фильтров, чтобы вернуться.

– Если мы пойдем в квартиру, мы найдем только пыль. Я знаю своего сына. Он не прятался под кроватью. Он прятался в Сети.

Фокс помолчал, взвешивая риски.

– Веди, архивариус. Но если ошиблась – сдохнешь первой.

Они свернули с маршрута, углубляясь в темные переулки Р-17, туда, где тени были гуще, а тишина – еще опаснее.

Глава 3. Следы на пыли

Промзона встретила нас запахом мокрой ржавчины и химикатов. Здесь здания были скелетами: обвалившиеся крыши цехов, трубы, торчащие как сломанные кости. «Стоячих» здесь было меньше, но они были другими. Если в центре они носили костюмы, то здесь это были рабочие в грязных робах и касках. Они сливались с серым бетоном, и заметить их можно было только по неестественной неподвижности.

– «Телеком-С», – прошептала Женя, указывая на приземистое, похожее на бункер здание без окон. – Узел магистральной связи.

Фокс оценил обстановку через прицел.

– Парадный вход завален. Видишь?

Женя прищурилась. У массивных стальных дверей лежала гора тел. Не аккуратная, как на площади, а хаотичная свалка. Словно кто-то пытался войти, но умер прямо на пороге.

– Минное поле? – спросила она.

– Нет. Растяжки, – Фокс указал на едва заметную леску, блеснувшую в тусклом свете. – Кто-то очень не хотел гостей. Твой сын умел ставить ловушки?

– Он учился по видео в интернете, – сердце Жени пропустило удар. Это был его почерк. Параноидальный, тщательный. – Он там.

– Если мы полезем через главный вход, мы либо взорвемся, либо нашумим так, что сбежится вся промзона. Есть другой путь?

Женя закрыла глаза, вызывая в памяти схемы БТИ, которые она изучала десять лет назад при инвентаризации госсобственности. Старые советские нормы.

– Кабельный коллектор, – сказала она, открывая глаза. – Такие узлы всегда строили с резервным каналом для охлаждения серверов. Вентиляционная шахта должна выходить на северную сторону, к реке. Там решетка, но она на болтах, а не на сварке.

Мы обошли здание по широкой дуге. Женя оказалась права. В зарослях пожухлого, черного от копоти кустарника прятался бетонный короб вентиляции. Решетка была на месте, но один из болтов был аккуратно выкручен, а потом вставлен обратно. Смазанный маслом.

Знак.

– Я пойду первой, – сказала Женя.

– С чего бы? – Фокс нахмурился.

– Там узко. Ты со своим разгрузочным жилетом застрянешь и создашь шум. А я пролезу. Я открою тебе гермодверь изнутри.

Фокс смерил её взглядом. В его глазах читался расчет: сбежит или нет? Но выбора не было.

– У тебя десять минут. Если не откроешь – я взрываю решетку гранатой. И мне плевать, кто там сбежится.

Женя кивнула и скользнула в темное, пахнущее пылью и машинным маслом чрево шахты.

Ползти было больно. Бетон царапал колени, пыль забивалась в нос. Женя старалась дышать через раз, чтобы не чихнуть. В темноте она нащупывала путь руками.