Сергей Журавлёв – Витязи (страница 1)

Сергей Журавлёв

Витязи

Пролог

Пророческие слова Циолковского: «Человечество не останется вечно на Земле», – сбылись. Человечество действительно вырвалось в просторы Вселенной. И уже много сотен лет проработано в космосе. Где только не побывал человек: на Нептуне, Плутоне (не говоря уже о близких планетах) у других звёздных систем, на планетах похожих на нашу, он бороздит бескрайные просторы Вселенной, познавая новые миры… Но человек, рождённый на Земле, впервые увидев красоту её, будет постоянно стремиться к ней, к своей нежной «колыбели».

Его будут тянуть пшеничные поля, где золотистые колосья пшеницы и других злаковых растений, почти в рост человеческий, цветущие луга, где цветов разноцветных великое множество. Утопая в зелени лесов как хвойных, так и лиственных, человек будет наслаждаться многоголосым пением птиц и хмельным ароматом цветущих трав. Тихое журчание лесных ручейков, солнечные нити света, пробивающихся сквозь густую зелень, лёгкое дуновение летнего ветерка, этот большой необъятный мир, каждый день, каждый его час.

Часть первая

– Пап, а когда ты улетаешь? – спросил за ужином Андрей.

– Завтра утром.

– И надолго? – не унимался Андрей.

– Вот дела все сделаем и вернусь, – сказал отец, потрепав рыже-пепельную голову сына. – Наверное, целыми днями бегаешь под солнцем, волосы и выгорели? – Немного помолчав, добавил: – Ты давай доедай свой ужин, поздно уже.

– Опять ты улетаешь, как всегда, надолго? – с грустью в голосе спросила Ирина, посмотрев на мужа. – Я последнее время тебя совсем не вижу дома. То ты на советах в вашем ЦИССе, то ещё где-то.

– А что поделаешь, работа есть работа, – ласково сказал Иван, вставая из-за стола, и нежно посмотрел на жену. Он прекрасно понимал, как нелегко даются Ирине его командировки, особенно после той катастрофы, но работа его увлекала и он не мог отказаться от неё. Это было его истинное призвание.

А Ирина? Ирина научилась скрывать свои чувства, но каждый раз, когда кто-либо улетал на задание в космос, она переживала за их судьбу, ибо на собственном опыте понимала, какими опасностями подвергают себя космонавты в ближнем космосе, в то же врем, понимала, что так нужно, что без этого никак нельзя.

– Спасибо за ужин, все было очень вкусно, – поблагодарил Иван.

– Спасибо, мам, – сказал Андрей и, направлюсь в свою спальню, всем пожелав спокойной ночи.

Ночью все спокойно спали, только Ирина долго не могла заснуть, ворочалась с боку на бок, она думала о своем. Познакомились они с Иваном лет пятнадцать назад, когда летали на маленьком исследовательском корабле «Астрогел», исследовали планеты земной группы и проходили практику. В тот, далеко не благополучный день, они высадились с товарищами на Титанию, для взятия проб грунта (всё же человек надежнее любого робота, даже фирмы «Тесла»). Задание было выполнено и работа подходила к концу. Вдруг корабль, высадивший их на планету, а также базовая станция, не успев никого предупредить об опасности, взорвались. Вероятнее всего от удара метеорита, что на Титании не редкость, но потом выяснились другие обстоятельства.

Если был метеорит, то бы взорвался один звездолёт или станция, а тут сразу оба объекта – таких совпадений просто не бывает. Предположили, что защитное поле корабля отказало в самый последний момент. Но тогда как быть со станцией, что её уничтожило? И всё это произошло у них на глазах. «Неужели конец?» – промелькнуло в голове у Ирины в ту минуту. Шансов на спасение не было, весь экипаж погиб.

Они остались один на один с грозными силами космоса, и рассчитывать могли только сами на себя и на случайность. И вот тогда, молодой астрогеолог Иван, хорошо знавший астронавигацию, и она, сцепившись тросом, включив миниатюрные реактивные двигатели импульсного действие, на предельной скорости полетели к ближайшей планете – Сатурну, а он был далеко. Они летели быстро, но долго. Мимо них проносились метеориты и микрометеориты разной величины, готовые, как пули в любую минуту насквозь пронзить маленьких полузащищенных людей, оказавшихся в холодных объятиях космоса. Защитное поле работало, но слабо – аккумуляторы садились, кислорода тоже остался неполный запас (всё было потрачено на поверхности Титании). Позвать на помощь не было возможности – мощного передатчика не было. Приходилось бороться самим, запаса жизнеобеспечения хватило не более двенадцати часов.

Потерявших сознание, их подобрал спасательный корабль «Королёв» в окрестностях Сатурна, экипаж которого, благодаря случайности, увидел вспышку на Титании и фигурки двух летящих людей. Ирина, потеряв там, в космосе, своих друзей, не смогла вернуться на свою работу, настолько было велико её нервное потрясение. А он? Какие же должна быть нервы у него, если он вернулся на работу и продолжает вести свой долг. Такая работа была для него…

Следующим утром все встали рано, неспеша позавтракав, Иван стал собираться.

– По старинному обычаю, – сказала Ирина, – давайте присядем. Сама же подошла к объемному видеофону, включила его и где-то совсем рядом зазвучала такая знакомая, написанная ещё в двадцатом веке песня «…Присядем, друзья перед дальней дорогой…» Ирина ещё с вечера отобрала эту видеозапись, она знала, что мужу очень нравится эта, ко всем векам подходящая песня.

Смотря на жену с благодарностью, он подумал: «Как хорошо, что она «подкинула» мне эту запись, надо обязательно взять её с собой». Запись закончилась, но они всё ещё сидели молча, каждый думая о своем, но мысли у них всё же сходились.

– Ну, пора, други мои, в путь-дорожку, – сказал Иван, вставая, и посмотрев на стоящую у подъезда машину, с улыбкой добавил: – Карета подана!

И, помолчав все трое, направились к выходу. Они жили в небольшом «особняке», вдалеке от основных магистралей города. После той передряги на Титании, врачи-психиатры посоветовали им пожить отдельно без городского шума. Всемогущая медицина давно научилась излечивать ранее казавшиеся неизлечимые болезни. Однако излечить душу человека, побывавшего в сверхстрессовом состоянии, вернуть его к активной деятельности, решила представить самой природе, никакое самое совершенное лечение не смогло бы так искусно наполнить источавшуюся в сверх напряжениях душу всеми красками жизни и движения, как это может сделать первозданный уголок живой природы.

Но будущим супругам понравилось это место. Здесь они и остались, не чувствуя себя оторванными от большого мира, пневмоэлектромобили, которые были в их распоряжении, могли доставить их практически в любую точку планеты. Выходя из дома, Андрей спросил:

– Пап, когда ты мне покажешь вашу космическую пристань? Наверное, там красиво на Луне?

– Да, красиво, сынок, только не везде, вернусь всё тебе покажу, но Земля всё же красивее. Запомни твердо – нет ничего прекраснее, чем нежно-голубая Земля – наша «колыбель».

Ласково попрощавшись, и садясь в машину, Иван шутливо сказал:

– Вы без меня не скучайте. Я вам «телеграммы» присылать буду, а если долго от меня ничего не будет, не волнуйтесь, ведь и расстояние не малое.

Машина тронулась, сначала медленно потом всё быстрее набирая скорость, а они стояли и смотрели вслед удаляющейся машине. И кто знает, вернётся ли он с нового задания. Как не усовершенствовалась космическая техника, всё же попёты в космос были небезопасны. В век космоса человечество поняло, что пользоваться часто ракетами для выхода в космос нельзя – опасно, так как реакции, протекающие в ракетных двигателях, губительно сказываются на биосфере Земли и могут уничтожить всё живое на ней.

Когда запускались ракеты малой и средней мощности и не так часто, работающие на ЖРД, было ещё полбеды, но когда понадобились ракеты большей модности, использующие в двигателях ядерную энергию, тогда появилась угроза загрязнения земной атмосферы радиоактивными изотопами, куда более серьезная, чем углекислотная.

Вопрос встал о жизни и смерти всей планеты точно также как раньше перед ядерной катастрофой. Вот тогда и был сконструирован, а затем внедрён в практику гибрид ракеты и быстролёта – ракетоплан. Он походил на реактивный самолёт прошлого, но более совершенный.

То был ракетоплан многократного использования, типа «земля-космос-земля», как челнок «Колумбия» или «Дискавери», но экономичнее. В земной атмосфере работает он на мощных пневмореактивных двигателях подобно быстролёту. Но стоит подняться на высоту, где воздух в десятки раз реже, чем у поверхности Земли, как включаются водороднопневмореактивные двигатели, работающие на жидком водороде, и ракетоплан уносится в ближний космос. Космонавты ласково называли его «космическое маршрутное такси». Он мог причаливать к Земным и Лунным станциям на их орбитах и доставлять небольшой груз с экипажем, тем самым экономия топливо, и сохраняя биосферу Земли.

Человечество пошло по единственно правильному пути: спасло свою планету не только для себя, но и для следующих поколений, все заводы, приносившие вред земле, выбрасывал в атмосферу сажу, углекислоту и другие вредные вещества, были вытеснены в космос: на Луну и на близкие планеты. Материалы, необходимые для нужд человечества, стали добывать и перерабатывать в космосе, на землю доставляя только нужные уже готовые продукции.