Сергей Жуков – Бумажная империя 3 (страница 26)
Не закрывая глаз я принял удар стихии. Мощный поток пламени врезался прямо в грудь, но защитный артефакт не позволил ему испепелить меня. Тем не менее последствия были и очень существенные. Атака Неуязвимого отбросила меня на сетку октагона, выбив весь дух и сломав несколько рёбер. От одежды оставил опалённые лохмотья, а защитный артефакт на груди пылал, обжигая кожу, что означало потерю им защитных свойств.
Упав на землю, я с трудом мог дышать.
— Невероятная атака попала прямо в Уварова! — комментировал происходящее ведущий. — Медики уже появились на арене. Но что это?
Толпа замолкла и внимательно смотрела на октагон.
— Он поднял руку и просит лекарей не вмешиваться… — чуть ли не шёпотом произнёс комментатор. — Даниил решается продолжить бой несмотря на полученные травмы!
Услышав это и увидев, как я медленно поднимаюсь на ноги, арена взорвалась ликующими аплодисментами. По трибунам пошла волна и раздалось скандирование:
— ЧЕМ-ПИ-ОН! ЧЕМ-ПИ-ОН!
Воздух содрогался от грохота трибун. Поддержка людей придавала мне сил, не позволяя сдаться. Это последний раунд и я продержусь во чтобы то ни стало. И не просто продержусь, а выгрызу эту чёртову победу! Видя бледное лицо Рогова, я улыбнулся.
Что, всё ещё не веришь в меня?
Стоящий напротив чемпион лиги сплюнул накопившуюся во рту кровь. Моя атака всё-таки смогла добраться до него.
— Зря ты встал, — холодно процедил он.
Я слышал как люди в первых рядах охнули, увидев его кровавый оскал. Но на моём лице не дрогнул ни один мускул. Максимальная фокусировка на цели, на победе.
Пространство вновь задрожало, я увидел как руки соперника вновь стало окутывать пламенем. Будто адские щупальца, языки огня метались из стороны в сторону, поджигая даже землю у ног Неуязвимого.
Время тянулось бесконечно медленно, но я знал что до конца схватки оставалось меньше минуты. Пора было действовать. Но не я один это понимал. Щупальцы, опутывающие руки огневика становились всё толще и длиннее и было ясно — сейчас он атакует.
Не медля ни мгновения, я стал создавать самую мощную технику из тех, что были в моём арсенале.
— Это. Просто. Фантастика! Настоящий торнадо прямо у нас на арене! — не унимался ведущий, подогревая и так распалённую схваткой толпу на трибунах.
Увидев закручивающиеся вихри, Неуязвимый выбросил руки вперёд, выпуская десятки огненных хвостов в мою сторону.
— Пятнадцать огненных лис! Дамы и господа, мы наблюдаем легендарную технику нашего непобедимого чемпиона! — сумбурно кричал комментатор, захлёбываясь словами.
Потоки пламени метались из стороны в сторону, словно обладали разумом. Двигаясь каждая по своей траектории, струи огня стремительно приближались. Но мой вихрь набирал силу и с каждым мгновением становился лишь сильнее, так что к моменту, когда техника Неуязвимого приблизилась к нему, то не смогла пройти сквозь.
Как огромный пылесос, он втягивал потоки пламени один за другим, приобретая ярко красный оттенок.
— Кто-нибудь ущипните меня, потому что есть ощущение что это сон! — гремел по арене голос комментатора. — Огненный смерч! Скажите что вы тоже это видите!
Толпа испуганно выдохнула, наблюдая мощь сплетения двух стихий.
Поток пламени поднимался по воздушной спирали всё выше и выше, пока наконец не добрался до самого потолка, где ударил в куполообразную конструкцию и не разошёлся по сторонам.
Мигом включилась пожарная сигнализация, устроившая на арене настоящий тропический ливень.
Но даже это не смогло остудить пыл беснующихся на трибунах болельщиков. Но эту цель я и не преследовал, когда устроил этот потоп. Моя задача была поднять влажность на арене до ста процентов и кажется у меня получилось.
Вот сейчас может получиться!
Сложив ладони перед собой, я начал медленно раздвигать их, постепенно создавая всепроникающую сферу. Точно такую же, как сделал воздушник, с которым я бился во время похищении Натальи Васнецовой.
Мне потребовалось очень много времени, чтобы освоить эту сложнейшую технику. Несмотря на схожесть принципа с шарами, наполненными множеством воздушных потоков, эта сфера создавалась принципиально иным образом. Если при создании шаров я как бы заполнял внутреннее пространство, постепенно его уплотняя, то здесь пришлось оплетать крошечными воздушными потоками уже сформированное ядро. Это было похоже на то как растет дерево.
И вот, сейчас мои руки с трудом сдерживали рвущуюся наружу мощь. Но даже она способна пробить защиту Неуязвимого лишь при условии, что перед этим кто-то или что-то ослабит его. Например тропический ливень, который уменьшит эффективность любых огненных техник в условиях абсолютной влажности.
— Сейчас, — приказал я сам себе и направил сформированную сферу, которая была размером уже больше футбольного мяча, в моего противника.
Он лишь усмехнулся и поднял руку. Стихия огня подчинилась и на пути моей атаки прямо из земли вырвался столб пламени. Мощный, но всё-таки недостаточно…
Моя техника пробила защиту огневика под оглушительный звук гонга, который ознаменовал конец финального раунда.
Не долетев до Неуязвимого пару метров, сфера развеялась. Вместе со звуком гонга активировалась встроенная в октагон защита, призванная развеивать всю магию сразу после окончания боя.
Но я стоял и хищно улыбался, потому что за секунду до того, как защита сработала я увидел страх, впервые промелькнувший в глазах непобедимого чемпиона.
Дальше всё происходило будто во сне. Моё тело, отдавшее все силы и державшееся только на смеси воли и адреналина, отключилось. Ноги стали ватными и просто выключились. Но я не позволил себе упасть, находясь под взглядами десятков тысяч глаз.
— Дамы и господа, мы стали с вами свидетелями по истинному легендарной битвы! Такая ничья, уверен, никого не оставит равнодушной! — продолжал свою работу ведущий.
— Это победа брат, все это видели и знают, — сказал через сетку Пёс. — Ты доказал им всем. Ты — наш чемпион.
Улыбнувшись кровавой улыбкой, я кашлянул и почувствовал как по телу пробежала волна боли от сломанных рёбер. В глазах потемнело и я едва не потерял сознание, но удержался на ногах, лишь привалившись к сетке.
— Быстрее уже! — послышался рядом взволнованный голос Рогова, подбегающего ко мне с двумя лекарями. Они мгновенно приложили к ране на груди целебный артефакт и принялись за лечение.
Через пару минут я уже мог свободно дышать и двигаться.
— Ты настоящий боец, — протянул мне могучую руку чемпион Лиги.
Поблагодарив его за бой, я победоносно вскинул руки, обращаясь к трибунам.
— Уваров наш чемпион! Уваров наш чемпион! — в едином порыве скандировали люди.
Взяв у ведущего микрофон, я обратился к фанатам и поблагодарил их за поддержку, а затем посмотрел в снимающую меня камеру и обратился к человеку, который сидел сейчас с другой стороны экрана:
— Меня не запугать и не сломать! Вы уже проиграли, потому что возомнили, что сможете меня победить.
— Мелкий говнюк, — прорычал Павел Юсупов, сидя перед огромным телевизором.
Он швырнул пульт в сторону и вызвал своего помощника:
— Антон, свяжитесь с нашими людьми в редакции его чёртовой газетёнки, пускай уже начинают отрабатывать свои деньги.
— Павел Алексеевич, но мы планировали начать активный саботаж когда выйдет их новая газета, — аккуратно возразил личный помощник Юсупова.
— Мне плевать, я хочу поскорее смыть эту довольную ухмылку с его лица! — рявкнул глава рода. — И вызови ко мне младшего сына.
Когда слуга рода вышел из кабинета, Павел посмотрел на лежащие на письменном столе документы и сухо произнёс:
— Видимо придётся всё-таки пожертвовать Романом. Но мне уже давно было пора начинать действовать решительно.
Глава 14
Прошедший бой имел множество последствий. Во-первых, обо мне стали говорить. Моё имя несколько дней не слезало с первых полос. Видимо даже сам Юсупов не смог сдержать лавину моей популярности, хотя у меня не было сомнений в том, что он пытался нивелировать моё достижение.
Во-вторых, моя победа, а именно так говорили в народе, привлекла колоссальное внимание к нашей газете и перекрыла часть негатива, связанного с устроенной информационной травлей, связанной с убийством Карамзина. На место ушедших рекламодателей пришли новые, а некоторые сети киосков пересмотрели своё решение ограничить продаже Заневского вестника и вернули издание на прилавки.
А ещё, само собой, я стал местной знаменитостью: каждый прохожий, каждый продавец в магазинах хотел лично высказать своё восхищение и сфотографироваться. Это было очень неудобно и отнимало кучу времени, но я не отказывал никому и всегда с благодарностью слушал всё, что они хотели сказать, не торопя и не подгоняя. Ведь для них это было очень важно, они делали это искренне и я точно также, без фальши и надменности, общался с людьми.
— Трек Чёрного пса про тебя стали крутить даже по радио с попсой! — подловил меня Гоша, когда я наконец-то добрался до офиса, по пути проведя десяток фотосессий и пообщавшись с тридцатью прохожими.
В следующий раз, когда мне захочется прогуляться, подумаю трижды, — решил я на десятой остановке.
— Дядя Даня, вы сейчас в хит-параде делите первое место с Михаилом Жековым! — восхищённо тараторил подросток.
— Это прекрасно, — улыбнулся я ему, но в ответ внезапно получил недовольное лицо.