Сергей Жук – На Восточном порубежье. Книга 2. Капитан Павлуцкий (страница 11)

Прямое тому подтверждение этот пленник. Теперь и дух приобрел чукочий, а по началу женщины его палками гнали от яранг. Уж сильно русских дух для чукчи не выносим.

В другие времена убили бы пленника ради потехи, к чему лишний рот, но у тойона теперь есть большие планы на счет русского. Борьба с тангы не закончена. Что бы спастись, он уведет семью на дальние острова, где тангы его не найдут. Пройдут годы и вырастут новые воины. Они также не будут знать страха, а русский раб обучит их огненному бою. От него тоже родятся дети и будут чукотскими тойонами. Он подозвал к себе пленника, и ткнув ему кулаком в грудь свирепо произнес:

– Тангыт!

Затем указав на себя:

– Луораветлан, Ангхалыт!

Потом снова ткнул в грудь пленнику:

– Ангхалыт?

Алексей Шубин, а это был именно он, уже знал эти слова, и без труда понял чего от него хочет дикарь, который волею проведения стал его господином. Тот предлагал ему присоединиться добровольно к морскому народу. Поручик кивнул головой в знак согласия, чем сильно обрадовал чукчу.

– А русский достаточно смышлен, – мысленно отметил Кивающий Головой.

Затем он подозвал старшего сына и устроил целое соревнование. Любые состязания всегда радостны и скоро все стойбище собралось в кучу, активно обсуждая происходящее.

А этим двоим досталось! Они бегали, наперегонки; прыгали через сани, кто больше; кидали камни, кто дальше, а закончилось все греблей на байдаре, и только голод заставил чукоч разойтись по ярангам. Победил чукотский юноша и все были довольны. С этой минуты Алексей становился гребцом и членом артели. Только сидеть ему посередине байдары, как самому последнему гребцу.

Это был серьезный день у поручика, можно даже не стесняясь назвать судьбоносным, триумфальным. Он ознаменовал самую нижнюю точку его бытия. Отныне его жизнь хоть и крайне медленно, но поползет вверх.

То, что пришлось пережить Алексею в первые месяцы плена, он вспоминал с содроганием. Каждый раз ему казалось, что страшное позади, но новые события затмевали предыдущие. Так он думал, когда успел укрыть детей от императрицы, и был арестован. После ареста, допросы и ссылка. Затем Тобольск, Иркутск, Якутск, бесконечная дорога уходящая в ночь.

Той ночью, когда чукчи завалили полог шатра, он думал, что пришел его конец, и молил бога о легкой смерти. Но бог тогда не услышал его молитвы. Копья кололи казаков, камни разбивали их головы, а его вытащили из под полога целым и невредимым. Оглушили костяной палицей, для порядка, связали кожаными ремнями и бросили в сани вместе с добычей.

Так он попал в поселок приморских чукоч. По началу его появление вызвало любопытство у дикарей. Они приходили по одному, группами со всего поселка. Но вскоре всякий интерес к нему пропал. Все были заняты своим делом и на него ни обращали внимания. В поисках угла и пищи Шубин бродил по поселку как обычная негодная собака. Если вдруг доводилось попасть кому под руку, тут же получал удар камнем или палкой, словом, чем попадя.

Особенно чукчам пришелся не по нраву его запах. Они вообще склонны при оценке любой вещи обнюхивать ее, наподобие скажем собаки или писца. Очевидцы рассказывают, что истинный луораветлан способен по запаху определить какому народу принадлежат истлевшие кости, чукче, коряку или русскому. При расставании или встречи чукча обязательно обнюхает своего ребенка и жену, и во внутреннем пологе не допустит появление чужого запаха.

Запах Шубина пришелся им вовсе не по нраву. Юная чукчанка Лилинг, дочь сильнейшего, даже лишилась чувств от благоуханий поручика. Его прогнали из яранги, и будь зимние морозы, непременно бы сгинул. Но, на беду, в тундре весна, и в образе шелудивого пса, проклиная всех святых, бывший поручик лейб-гвардии продолжил свое существование.

В эти дни Шубин ни раз задумывался о самоубийстве, но будучи добрым православным христианином, пойти на столь тяжкий грех не отважился. Ведь сказано, что гореть за то в гиене огненной, а единственно что он мог для себя сделать так это спасти душу, через терпение и страдание.

Как человеку от природы не злобливому, ему оказалось проще найти понимание с животными. Скоро собаки всех яранг считали его за своего, и делились куском мяса. Во время охоты на морского зверя для всех начинается сытая жизнь. Весною из ям достают старое подпорченное мясо, а закладывают свежее. Чукча знает – лучше отдать, чем выбросить добро.

Шубину доставались подпорченные куски тюленьего мяса и жира. От голода кружилась голова, но куски сырого мяса, издаивающие тошнотворные запахи, упрямо не шли в горло. Его естество, еще помня изыски придворной кухни, отвергало столь непотребную пищу. Но эта борьба в конце концов закончилась победой грубых инстинктов, что крепко заложены нам природой, и кусочки прогорклого жирного сырого мяса заурчали перевариваясь в желудке. Это было серьезным достижением поручика, в борьбе за жизнь. Отныне приходилось забыть о существовании соли, хлеба, да и самого понятия кулинарии, как метода приготовления пищи на огне. Ведь теперь сырое мясо основное блюдо, а изыски заключаются в том от какого животного и с какого места.

Русский дух постепенно выветрился у Алексея, и затесавшись в свору собак, укрываясь от непогоды, он стал попадать во внешний шатер яранги. Теперь у него стала кружиться голова от чукотского запаха, не менее чем у нежной Лилинг от русского духа. Поручик хоть и приобрел чукочий запах, но надо еще и привыкнуть, а привыкать было к чему.

Чукотская ярангу, начинается с обширного внешнего шатра, и узкого лаза представляющего затейливый лабиринт из множества занавесей. Внутри внешнего шатра, вдоль дальней от входа стенки располагали внутренние пологи. Их может быть несколько, и это теплые спальные помещения для каждой семьи, из проживающих в данной яранге: родителей, детей и их жен. Так вот внешний полог, отапливаемый лишь в сильные морозы, является прибежищем от непогоды хозяйских собак, и местом хранения продуктовых запасов. Здесь в вырытых ямах, закрытых старыми прокопченными шкурами хранятся, мясо, рыба, ягода и всяческие корнеплоды. Особо пахучим является зеленоватая масса полупереваренного оленьего мха, что приобретается у оленных чукоч во время забоя. Вытряхнутая из желудков, содержимое доквашивается в яме и с успехом используется в пищу вперемежку с жиром или кровью. Так что Алексею еще многое предстояло опробовать, привыкнуть, стерпеть на пути совершенства и познания таинства народа луораветланов.

С молчаливого согласия Кивающего Головой, он соорудил себе лежбище из старых оленьих шкур, на подобие внутреннего полога. В тесном помещении, разместился и жировик. Его Алексей соорудил из камня, что имел углубление. Туда уложил несколько тюленьих косточек, и облитые жиром они с успехом обогревали его жилище. Заимев свой очаг, он даже возжелал запас оленьего костного жира, что горел ярко, жарко и имел особенность не коптить вовсе. Но это были мечты, достойные только состоятельных луораветланов. Не всякий оленный чукча мог позволить себе такую роскошь.

Все это время Кивающий Головой молчаливо наблюдал за пленником.

– Зачем убивать тангы. Это легкая смерть, и он попадет в верхний мир, – рассуждал сильнейший. – Если не загрызли собаки, замерзнет, или умрет с голоду.

Но прошел месяц, другой, а русский все еще был жив, и даже нашел приют в яранге Кивающего Головой.

– Раб, что собака! Но та сторожит жилище, отгоняет песцов, таскает нарты, а с этого какой прок?

После длительных раздумий мудрый тойон нашел занятие и для жалкого раба. Во внутреннем пологе чукчи проводят много времени. Здесь спят, принимают пищу, отдыхают, рукодельничают. Оттого в каждом пологе имеется чаша для испражнений. По мере заполнения она выставляется во внешний полог. Вот выносить эти сосуды и стало основной обязанностью поручика лейб-гвардии. И то право кто же будет за даром раба кормить. Все, какая польза есть!

Обязанность эта вполне обычна и даже полезна. Ведь чукчи специально приучают своих ездовых оленей к моче. Напиток этот олени очень любят, дают себя им приманить и этим приучаются узнавать своего хозяина по голосу. Говорят, если умеренно поить оленей мочой, то они становятся выносливее при перекочевках и меньше устают. От того чукчи всегда держат в яранге большой таз из кожи, чтобы в него мочиться.

Но уразуметь эти обязанности раб ни как не желал. Ох уж и доставалось поручику от чукчей за его тупость и несговорчивость.

– Глупый тангы попался, – переживал Кивающий Головой. – Совсем простых вещей не понимает.

Человеческая моча у чукчи вещь не бросовая. Она и как питье сгодится, и в пищу, а уж как олень испить ее любит! Потом с ума сходит, и весьма резво сани тащит.

За упрямство, тогда могли и забить насмерть Алексея Шубина, но грянула война. Все мужчины охотники ушли с ополчением на огненных тангы, где за главного был железом одетый Якунин.

Почему капитана Павлуцкого прозвали чукчи Якуниным известно лишь одному господу богу. Но во всех чукотских сказаниях о битвах именно так называют командира Анадырской партии капитана Дмитрия Павлуцкого. От ныне, и на века, он остался в памяти чукотского народа как Якунин. Корни этого слова надо искать в чукотском языке. Не в их характере заимствовать слова тангы. Каждому предмету они дают свое именование, а каждому человеку свое имя.