Сергей Жоголь – Оскал хохлатого дрозда (страница 20)
Луиза разжала руку, девушка отскочила. Она задрала рукав туники, на предплечье красовались два крупных розовых пятна.
– Можешь показать свои синяки старому пойдохе. И можешь доложить ему, что я не желаю видеть тебя рядом.
– Пожалуйста, госпожа. Я не стану ничего доносить мэтру Лиггу; я обещаю. Только не прогоняйте меня. Не хочу снова попасть к Хабибу – это очень страшный человек.
Луиза улыбнулась, подошла к Мэй и снова взяла девушку за подбородок.
– Я не стану отсылать тебя Хабибу, – сказала Луиза. – И с сегодняшнего дня ты будешь сообщать Лиггу лишь то, что я тебе велю. Ты меня поняла?
– Как скажете, госпожа.
– Ну что ж, тогда пойдём. Посмотрим, кто меня ждёт.
Из кустов снова раздалась громкая трель. «Снова это пение», – удивилась Луиза. – В жизни не слышала ничего прекраснее».
– Ты знаешь, что это за птица? – от Луизы не утаилось то, что юная служанка вздрогнула. – Я никогда не слышала такого пения.
– Это хохлатый дрозд, миледи. У нас его называют Вестником Рока. Многие слышали его, но мало, кто видел саму птицу. Давайте уйдём, прошу вас, – девушка опустила голову.
– Уйдём? Почему же? Я хочу посмотреть на него, уж больно красивый голос.
Мэй покачала головой.
– Услышать песнь хохлатого дрозда – это большая удача. Но тех, кто после этого стремятся увидеть птицу, подстерегает не только разочарование, но и большие беды. Вестник Рока – это часть нашей магии, посланник из тёмных миров и носитель перемен. Жрецы говорят, что хохлатый дрозд это две части одного целого – магического единения, несущего в себе красоту и уродство, жизнь и смерть, добро и зло. Прикоснуться можно лишь к одной сущности этого целого, но тот, кто прикоснётся к другой…
– Подумать, какие страсти? – сказала Луиза, не скрывая иронии.
– Голос Вестника Рока хорош, но сам он безобразен. Видимо оттого и не любит, чтобы на него смотрели. Человек, увидевший оскал хохлатого дрозда, испытывает не только разочарование: он испытывает ужас. Не стоит искать встречи с этой птицей. Наши жрецы говорят, что тот, кто услышал песню дрозда, исполнит все свои мечты, но тот, кто при этом увидит саму птицу, всё потеряет и вернётся к тому от чего пришёл. Прошу вас, миледи. Давайте уйдём. Мы обе слышали песню, теперь осталось лишь загадать желание и всё что мы хотим, исполнится.
Луиза рассмеялась.
– Всё это дикость. Я не верю в ваших колдунов и магов. А ты, похоже, веришь?
– Верю моя госпожа, – Мэй скромно опустила голову.
– И что же ты загадала?
– Я хочу стать свободной и встретить свою любовь, – сказала девушка так бесхитростно. —Наверное, этого же желают и все другие женщины.
– Любовь и свобода… Все женщины только об этом и думают, но я – не все! Кроме любви и свободы я хочу гораздо большего.
– И чего же вы хотите, госпожа?
– Не важно, я всё равно не верю в эти предрассудки и желаю посмотреть на вашу страшную птицу.
Любовь, свобода – этого хотят все, но Луиза больше всего на свете желала вернуться ко двору, снова стать королевой и увидеть мёртвого Редрика. Однако этой девчонке совсем не нужно этого знать. Луиза с презрением посмотрела на Мэй. Слишком красива и скромна, представляется глупышкой. Точно она одна из милашек Энги. Луиза подобрала подол широкой юбки, раздвинула кусты и двинулась туда, откуда доносились волшебные звуки. Мэй ухватила Луизу за рукав.
– Пожалуйста, не делайте этого! – но было поздно.
Теперь уже Луиза ухватила свою красивую служанку за руку.
Совсем рядом, среди ветвей и густой листвы, молодая женщина разглядела нечто похожее на бесформенный шар из перьев. Потом разглядела красные глаза и крючковатый клюв с острыми наростами, напоминающими волчьи клыки. Птица и впрямь походила на маленькое чудовище. Луиза вздрогнула, птица продолжала петь. Женщина стояла словно заворожённая. Смесь брезгливости и восхищения переполняли её. Так продолжалось несколько минут, пока хохлатый дрозд не умолк. Только тогда Луиза смогла отвести взгляд. Спустя мгновение она снова подняла глаза. Птицы на ветвях уже не было.
– Прошу вас, не нужно смотреть. Пойдёмте, а то накличете беду, – продолжала причитать молоденькая служанка.
– Он и впрямь уродлив. Только меня не напугает серый комок перьев.
– Значит, вы всё-таки посмотрели на него? – девушка опустила голову и аккуратно высвободила рукав.
Они двинулись по аллее. Старый слуга в забавной шляпе с корзиной в руках собирал мусор у газона. Смазливая рыжеволосая девица поблизости поливала цветы. На королеву они даже не взглянули. «Вестник Рока, посланник миров… а девчонка и впрямь напугана, – рассуждала Луиза, – или она так ловко морочит мне голову?» Мэй семенила рядом, за всю дорогу она ни разу больше не заговорила. Они прошли вдоль газонов, увенчанных кустами роз, и увидели четырёх стражников, которые при виде королевы отсалютовали ударами алебард по круглым щитам. Глядя на увешанных сталью мужчин, Луиза презрительно отвернулась. Её стерегут точно бесценного заложника.
Неужели Редрик всё-таки её боится? Да кому я нужна, кусала губы Луиза. Она всё ещё косо поглядывала на новую служанку, по-прежнему гадая, чему из сказанного ею можно верить.
Замок, где проживала королева-затворница, являлся единственным обитаемым местом бухты Зелёных Лоз. Бухты, которая являлась, пожалуй, самым живописным местечком острова Фроб, самого крупного из всех островов Малой и Большой Сафы. Огромный водоём, врезавшийся изогнутым клином в покрытую высокими скалами сушу в хорошую погоду ласкал взгляд своим небесно-бирюзовым сиянием. Водную гладь обрамляла полоска вечноцветущей суши, резко переходящая в стену, словно выросших из-под земли, грозных и труднопроходимых скал. Именно здесь, у подножья этих скал, и располагались владения Луизы. Окружённый каменной стеной с семью невысокими башнями замок королевы-затворницы изнутри мало походил на военное укрепление, скорее – на цветущий дворец. Сам замок представлял собой выгнутое дугой трёхэтажное строение из белого кирпича окружённое садиками, озерцом и аллеей. Однако, как часто повторяла Луиза, всё это великолепие – всего лишь клетка, вырваться из которой, ей скорее всего уже никогда не удастся.
Королева и Мэй и вышли к террасе. У входа в здание, в арочном проёме, стоял мэтр Лигг. В сиреневом кафтане с золотой отделкой и ярко-алых бархатных штанах, обтягивающих довольно пухлые ляжки. К лицу её надзирателя – а именно так Луиза называла Лигга – как обычно приклеилась улыбка, солоновато-сладкая, точно пересушенный инжир. Обычно Лигг в эту пору ещё нежится в своей постели, а тут… Луиза сгорала от любопытства. Чего это он так рано выполз из своей надушенной спальни, ведь у него достаточно прислуги, которая непременно следит за ней. Неужели прибывший с материка гость и впрямь столь важная особа?
Рядом с Лиггом стоял мужчина, который был ей незнаком. Чёрные брови и борода, оливковая кожа – всё это, а также крючковатый нос и выступающие скулы, выдавали в нём южанина или одного из жителей побережья. Вне всякого сомнения, это был воин. На незнакомце был до блеска начищенный стальной нагрудник из прочной лессвирской стали, плечи покрывал чёрный бархатный плащ, скреплённый золочёной заколкой в виде паука. На поясе в чёрных ножнах висел длинный меч. Сапоги из мягкой козлиной кожи не выглядели запылёнными, хотя их обладатель довольно долго был в пути. Это показалось Луизе странным. Бляха, висевшая на груди мужчины, заставила Луизу сжаться.
Герб Ордена – меч и отрубаемое им жало скорпиона – красовался на бляхе! Несмотря на отсутствие кольчужных шоссов и койфа, вне всякого сомнения, это был всадник Братства. Когда же они оставят её в покое? Луиза замедлила шаг. Интересно, для чего Редрик прислал сюда этого солдафона?
– Ты знаешь, кто это? – спросила у Мэй Луиза. – На нём доспехи символика всадника Ордена, однако, судя по богатому убранству это не простой воин, скорее всего один из капитанов всадников.
Переодетый в доспехи капитана всадников, Эйн Гуриец старался держать себя уверенно.
Мэй ответила чуть громче, чем следовало:
– Я ни разу не видела Всадников. Если бы не дорогой костюм, я бы сказала, что он больше смахивает на разбойника или наёмного убийцу. Посмотрите, какой свирепый взгляд. Не хотела бы я встретиться с ним ночью в узком переулке.
Луиза расправила плечи:
– Ступай, здесь и без тебя достаточно глаз, готовых просверлить меня насквозь.
– Как прикажете, – Мэй поклонилась, взбежала по ступенькам и исчезла за дверью.
Когда Луиза приблизилась, мэтр Лигг поприветствовал королеву поклоном. Луиза, поморщившись, кивнула в ответ. «Двуличная жаба, ну-ну, рассказывай, что на этот раз придумал наш славный Редрик. Послушаем, зачем сюда явился этот мрачный головорез».
– Позвольте, миледи, представить вам сэра Эйна Динера. Он прибыл по поручению самого Бэрри Хала. У сэра Эйна какое-то очень важное дело – такое важное, что он даже не хочет посвящать меня в него. Вы представляете?
– Неужели магистр вспомнил о бедной женщине, которую Редрик обрёк на изгнание? Мне лестно такое слышать.
– Полно вам, миледи. Как можно забыть о такой как вы? – сказал Лигг.
Когда закончился этот обмен колкостями, Луиза обратилась к капитану всадников:
– Позвольте узнать, сэр рыцарь, как здоровье короля. Он всё ещё прячется от людей, предоставляя возможность править страной вашим собратьям?