Сергей Жихарев – Хроника миров Багрониума. Книга 1. Скитальцы. Возвращение (страница 17)

– Жалко убивать такого красавца, но в деревне остались Иван, Дуся и много хорошего люда. Может, спугнём с насеста? Глядишь, улетит восвояси.

– Да брось! Вот скажи, Молох. Если ты хочешь жрякать и видишь харчевню, то же будешь бежать от неё прочь? Очень в этом сомневаюсь! Мой прожорливый братишка. Но в одном ты прав —убивать такую животину негоже. Вот что надо сделать. Я постараюсь замутить ему взор и внушить мыслишку о том, что эта деревня пуста и вкуснятины для него там нет. Так мы и народ спасём, и живность не покалечим.

– Молодчина, Шуня! Правильное решение. Да ты и сам знаешь, не до ратных подвигов сейчас. Нужно спешить в пещеру, звать наших. Так что давай, начинай магию творить. И вообще, мне нравится, когда ты ладишь всякие волшебные штучки.

– Отстань, верзила! Нравится ему! Сам-то что будешь делать? Наблюдать и в ладошки хлопать? Сиди здесь и не шевелись. Я подойду поближе.

Тихо ступая по тропинке, Шуня развязал свой волшебный кисет, висящий на поясе. Поковырявшись, он достал оттуда блестящий камень и, зажав его между ладоней, произнёс заклинание. Молох, не отводя глаз, следил за огромной зверюгой боясь, что тот учует неладное и тут же нападёт.

Вдруг дракон замотал головой и полыхнул огнём. Молоху стало понятно: Шуня затуманил ему взор, и тот перестал видеть деревню, в которой собрался поужинать. Дракон мощно замахал крыльями, поднимая свою тушу вверх. Зависнув над валуном, он резко развернулся и, набрав высоту, полетел в сторону «Одинокой» горы.

Молох долго смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду. Убедившись, что опасность, угрожающая деревне, миновала, он с облегчением выдохнул. Немного погодя из-за высоких кустов появился Шуня. Он шёл, ворча и ругаясь. Молох не мог понять, чем недоволен его братишка, и поэтому поспешил спросить:

– Шуня, ты чего такой сердитый? Всё же получилось. Как говорится, «и овцы целы, и волки сыты». Все счастливы и довольны. Тот подошёл к Молоху и, смахнув пот со лба, недовольно воскликнул:

– Вот тупая живность! Представляешь, этот паразит вздумал со мной спорить! Говорю ему: «Нет здесь никакой деревни», а тот на полном серьёзе талдычит: «Но ведь была?» Да сколько раз повторять: «Нет тут ничего!» А этот неугомонный спрашивает: «А где есть?» Ну, думаю, щас подскажу. Взял да и послал его к большой воде. Пусть летит подальше, пока чары не развеются. Я вообще удивляюсь. Здесь живность какая-то странная. Вроде магия на них действует в полном объёме, а всё равно упрямятся. Что за мир! Ладно, Молох, пошли вон к тому лесочку. Мне позарез нужно отдохнуть и съесть пару сочных яблок. Чую необходимость восполнить силёнки, а то, пока спорил с упрямой живностью, потерял их целую кучу.

Пробираясь сквозь густой кустарник, Шуня, идущий позади Молоха, то и дело получал ветками по харе. В конце концов ему это надоело, и тот сердитым голосом крикнул:

– Братан, у меня вся рожа в синяках! Ты можешь ломиться через кусты, придерживая за собой ветки, а то после твоей огромной туши они летят со всех сторон и хлыщут меня по морде.

Молох, недовольный жалобным бурчанием Шуни, резко остановился. Повернувшись к нему, тот молча схватил его за шкирку и, усадив на плечо, пошёл дальше. Дойдя до опушки леса, Молох, не церемонясь, опустил Шуню на землю и, сняв с плеча котомку, поставил её возле него. Посмотрев по сторонам, он сказал:

– Так, Шуня. Вот тебе котомка, садись прямо здесь и жрякай свои яблоки. Набивай пузо до отвала и перестань ворчать. Можешь не волноваться, врагов нигде не видно, и если ваше Величество позволит, я ненадолго зайду вглубь леса, поищу там укромное местечко. Молох сделал паузу и, определив для себя направление, зашёл в непроходимую чащу.

Шуня обернулся, чтобы сказать какую-нибудь гадость, но Молоха уже не было. Бурча себе под нос, он уселся на небольшой пригорок и залез рукой в котомку. Достав оттуда спелое яблоко, он покрутил его перед носом и, откусив, принялся жевать с невозмутимым видом. Одно, второе, третье. Тот уплетал их за обе щеки, при этом о чём-то задумавшись. Сколько просидел Шуня, можно было догадаться по количеству съеденных фруктов, так как в котомке их изрядно поубавилось.

Внезапно из лесной чащи показался Молох. Он подошёл к Шуне, который сидел в раздумьях и не замечал, что вернулся его друг. Тот, осторожно заглянув в котомку, увидел, что оттуда исчезла половина фруктов. Ткнув пальцем в лысую черепушку брата, он сказал:

– Может, хватит пожирать наши запасы.

Шуня от неожиданности вскочил и выхватил из ножен меч. Подняв его над головой, тот приготовился порубать всех на мелкие кусочки, но увидев, что перед ним Молох, Шуня от злости бросил меч на землю и заорал:

– Да чего ты творишь, верзила! Когда выходил из лесу, не мог, что ли, предупредить? Напугал меня до смерти! А если бы полоснул тебя, вражина? Видел же, что сижу в раздумьях и мечтах. Молох присел и, схватив его за плечи, легонько потряс.

– А что я всегда говорю, Шуня? Нельзя предаваться мечтам, они отвлекают. Ты, как никто другой, знаешь, сколько в этом мире угроз. Так что будь всегда начеку.

– Ты прав. Этот мир – одна сплошная нервотрёпка. Прости, дружище. Дом родной вспомнил. Ребят наших. Былые времена. И тут Шуня заметил кучу огрызков, лежащих на земле.

– Моя работа? Я что, сожрал все яблоки?

– Да ладно, чёрт с ними! Зато в тебе силушки прибавилось. Смотри, щёки румянцем налились. Давай, шустренько поднимай оружие и двигай за мной. Недалеко есть отличное местечко.

Хоть сейчас и была ночь, но свет, исходивший от огромной ночной звезды, ярко освещал дорогу нашим путникам. Зайдя вглубь леса, Шуня ахнул, видя красоту этого мистического места. Холодный свет, пробиваясь сквозь пышные кроны древесных исполинов, проникал в лесную чащу, и темнота, словно боясь его, расползалась в разные стороны. Внизу под ногами что-то шуршало, наполняя пространство таинственными звуками. В воздухе летали маленькие огоньки, похожие на крохотные звёздочки. Они сновали туда-сюда освещая огромные стволы лесных великанов. Молох остановился и, обернувшись, сказал:

– Шуня, хватит любоваться красотами. Пошли, осталось немного. У нас нет времени, помнишь?

– Да полно его. Забыл, что мы долгожители? Молох прошёл ещё немного вперёд и раздвинул кустарник.

– Пролазь, мелкий. Шуня быстренько прошмыгнул в эту брешь и очутился на небольшой полянке, освещённой ночным светилом. Покрутив головой, он взглянул на Молоха, стоящего рядом.

– Уютненько. Как нашёл сие местечко?

– По запаху!

– Остряк! Давно такой умный стал? Великан угрожающе наклонился и ручищей толкнул его в спину. Шуня, не удержавшись на ногах, свалился на землю.

– Давай, начинай перемещать, умник! Дел невпроворот. – Сердито проворчал Молох.

– Ладно, не злись. Сейчас всё сделаю. Шуня поднялся на ноги и достал из кармана штанов блестящий амулет. Зажав его в ладони, тот подошёл к Молоху.

– Готов, мой друг?

– Конечно! Трогаем! Шуня одной рукой обнял ногу Молоха, чтоб не потерять его в портале, а вторую поднёс к губам и прочитал заклинание. Раздался резкий хлопок, и эта развесёлая парочка исчезла.

Высокая горная гряда тянулась далеко вдаль. У самого подножья этих каменных исполинов протекала река, которая несла свои бурные потоки по всему ущелью. Густой лес, росший на каменистых склонах, скрывал от посторонних глаз ту самую пещеру, где когда-то собирались наши герои.

Внутри было достаточно просторно. В середине находился круглый очаг, сложенный из гладких камней. Очень давно в нём полыхал жаркий огонь, согревая теплом своих хозяев. Но прошла уйма времени, и там остался только пепел, да жалкая куча окаменевших углей.

Вдруг в пещере вспыхнул яркий свет. Паутина, висящая плотными комками, резко колыхнулась и разлетелась в разные стороны. Пепел, что покоился в очаге, взметнулся вверх серым облаком, а когда оно рассеялось, там появились ребята.

Молох стоял, зажмурившись, ну а Шуня всё так же крепко сжимал его ногу. Приоткрыв сначала один, а затем и второй глаз, великан посмотрел, куда же занёс их, «великий маг». Увидев до боли знакомое место, у того защемило сердце. И тут Молох стал вспоминать, как в уютной дружеской обстановке они сидели возле огня, пили чай, заваренный из душистых трав, спорили, делились знаниями, шутили и смеялись. Да, это были хорошие дни, которые оставались в памяти навечно. Молох тряхнул головой и, глянув на Шуню, крикнул:

– Эй! Маг-чародей! Чего присосался, как пиявка? Может, отпустишь ногу? А то в неё кровушка не поступает! Синеть начала. Мелкий открыл глаза и, посмотрев по сторонам, радостно воскликнул:

– Эх, да молодец я! Не промахнулся! Вот оно, тайное укрытие. Наша пещерка. Отпустив ногу Молоха, Шуня быстро побежал к выходу и, забравшись на уступ, вдохнул полной грудью свежий воздух.

– Посмотри, какая красотища! Ты глянь! Всё та же речка, лес, горы. Ничего не поменялось. Молох терпеливо слушал его восторженные речи, но время поджимало. Вдруг из глубины пещеры до Шуни долетели слова братца.

– Хватит радоваться, не до веселья сейчас. Тащи сюда свою мелкую задницу, будем весточки друзьям-товарищам рассылать. Надо прибраться здесь, развести огонь. Дел невпроворот. А ты природой любуешься.

– Да иду, иду! И кто из нас ворчун? Что, сначала весточки, а потом уборка или наоборот?