Сергей Жарковский – 2-герой-2 (страница 79)

— Бычок, а ну-ка заткнись, — произнесла Ларкин. — Слушай старших и жри свое печенье. Получили приказ? Выполнять. Кстати, Какалов, ты умеешь управлять боевым андроидом?

— БТ? — спросил Збышек, удивившись. — Их же не выпускают.

— Придете — научу, — сказала Ларкин с удовольствием. — Ну все, мальчики, стартуйте, я жду вас. Стоило воскреснуть, чтобы еще раз полюбоваться на ваши рожи. Счастливо. Как твои ноги, Призрак?

— Пока не отросли, — подозрительно сказал Збышек.

— А твоя девочка, Бычок?

— Прошу не вмешиваться в мою личную жизнь! — заявил Дон, встрепенувшись.

— Ну вот, я вас и расшевелила, — сказала Ларкин удовлетворенно. — Флаг, дети, домой, к Маме.

Она отключила связь. Збышек посмотрел на Дона. Дон посмотрел на Збышека.

— Ты что-то понимаешь, Збых? — с надеждой спросил Дон.

Збышек покачал головой.

— А ты на что-то надеешься?

Збышек кивнул.

— Это хорошо, — сказал Дон, поразмыслив.

Глава 19

ПРЕДАТЬСЯ ПАНИКЕ

"Хххххх в ххх, ххххх, на ххх, хххххник, чтоб тебе хххх хх ххх, ххххх! Я вам, ххххх, товарищ солдат, приказываю, — взял, хх ххх «машку»! Бегом, ххххх, почему у них, хххх, на втором этаже, у ххххх хххххххх сачки хххххх не заведутся, промеж сапог тебя, хххх! Стоять, хххх, — отставить, урод хххххх, — отставить, хх ххх!"

…Збышек колдовал над разбитыми приборами несколько часов. Отвыкшие от присосок виски горели. Макропулус сунулся было снаружи с помощью, но Збышек так его шуганул, что Макропулус шарахнулся и больше не лез. Корректный Аматиус не лез совсем, а Дон тихонько сидел в уголке, но и ему доставалось: несколько раз Збышек неласково просил его куда-нибудь деться. Дон только ежился: никакая сила не могла его заставить остаться сейчас одного. Бродить по набитому трупами андроидов «Блиццарду», подскальзываться на лужах натекшей лимфы и все такое…

Финишировав, они обнаружили много чего, разве только «Стратокастера» над планетоидом не оказалось никакого, и совершенно точно, что он даже и близко не подходил… Пыльный Мешок потерял Мешковину и Странная планета бесстыдно сидела, поблескивая атмосферой в самом центре Погоста. А на «Блиццарде», пока они ковыляли в надримане, произошел страшный бой. Половина станции лежала в руинах, с огромными дырами в куполе, а герметичные помещения были перекрыты ограничниками, и преодолевать их приходилось с трудом. При первом осмотре Дон насчитал не менее пятидесяти трупов андроидов… Похоже, они дрались между собой…

Наконец Збышек медленно отлепил присоски, повесил их на подлокотник и выключил транслятор. Из накопителя извлек диск-хран. Дон ждал, хотя видно было невооруженным глазом: хана.

Збышек покачал головой.

— Хана, — произнес он хрипло. — Вот если только диск-хран — находка… подарок… но это потом. А есть тут какая-нибудь вода? Все пересохло…

Дон ринулся на поиски, обнаружил холодильник, нагреб из морозилки льда катышками и принес его Збышеку в горсти. Збышек, ничуть не удивившись, стал лед грызть и сосать, не обращая внимания на ломоту в зубах. Дон присоединился к нему. Потом Збышек сказал:

— Буквально на час мы опоздали. Часы еще теплые.

Дон не осмелился спросить — какие часы, и как часы могут быть теплые. Дон робел Збышека, когда он творил свои непостижимые чудеса в киберспейсе, а также восхищался им, и всячески старался свое восхищение показать. Теперь у него это получалось инстинктивно.

— Ладно, — произнес Збышек. — Давай, Дон, приберемся… Сперва нужно Волчару с профом сохранить. Вряд ли они оживут когда-нибудь… но все-таки. Ты здесь видел декрематор? Или на «Калигулу» придется трупы нести?

— Видел, — ответил Дон. — Он прямо под рубкой установлен, под палубой. Полевой, модель «пламя». Очень хороший.

— Ну пошли тогда в рубку.

— А как ты пойдешь? — спросил Дон. — Помочь тебе?

— ….! — сказал Збышек, опять забывший про свои парализованные ноги. — Слушай, бледнолицый, отключи тяготение: уже все равно. Ксавериус необратимо мертв… и вообще. А я хотя бы сам передвигаться смогу. На руках. Две десятых жэ — нормально, доплетусь.

Дон ненавидел невесомость.

— Меня опять затошнит, — сказал он недовольно. — Мне легче тебя таскать. Збых, не надо, а?

— …! — сказал Збышек. Дон плюнул, растер каблуком. Поднялся.

— Ну сиди тогда, дожидайся…

Декрематор на «Блиццарде», слава богу, был действительно хороший, автоматический, никаких ручных доводок горелки, и трупы тоже не нужно было готовить вручную — декрематор все делал сам. Збышек не стал лезть под пол рубки, свешивался из люка и наблюдал, покусывая губу, как Дон укладывает Нурминена на ложе и надвигает при помощи рычага тяжелую плоскую крышку. На панели управления декрематора имелось всего две жирных подсвеченных кнопки «ON» и «BACK». Замки щелкнули и Дон обернулся к Збышеку.

— Давай, — прошептал Збышек. — Ты был великий хакер, Волчара. Неограниченной тебе памяти.

Дон неловко кивнул, собрался с духом, вспомнил Нурминена добрым словом про себя и нажал кнопку. Ничего не изменилось. Потом лампочка под кнопкой «BACK» загорелась и Дон послушно нажал ее, доставая из кармана бумажник. Карточка с уменьшенной молекулярной копией сгоревшего в активном свете трупа Директора как раз помещалась в бумажник… Когда-нибудь человечество освоит технологию обратного процесса… Пришел черед профессора.

— Странно, — сказал Дон, надвигая крышку. — Как будто фотографии печатаем…

— Ну а что ты хотел, Дон… Лично я трупов навидался за последние дни.

— Не могу тебя поздравить.

— Кому как везет…

— Это верно. Включаю?

— Включай.

Они выбрались наружу легко, словно станция, открыв для постороннего взгляда свои секреты, умерла от стыда. Кодовый замок среагировал на первое же прикосновение Дона. Оставаться внутри они больше не могли, да и незачем было.

Збышек оказался шокирован произошедшим на «Блиццарде» в гораздо большей степени, чем Дон, хотя, казалось бы, должно было быть наоборот, поскольку в штатном расписании распределения проявлений высшей нервной деятельности группы Маллигана имя Збышека стояло в графе «Рационал-прагматик», а имя Дона — в графе "Артист, мать его". Однако, Дон был как огурчик, а Збышек шел тяжело, борясь со рвотными позывами, которые ему даже материться мешали. Запах лимфы пропитал его ноздри, подшлемник, весь мир.

На дрезине они отъехали от борта первого купола к бесполезной в пустоте, но по инерции спроектированной и построенной, вертолетной площадке. По крайней мере один раз в площадку попадала ракета. Последствия попадания виднелись издалека. Но Дон был уверен, что пять квадратных метров ровного настила для установки иглу там найдется.

— Натянем полог, — сказал Дон, — посидим, отдохнем. Да, Збых?

Збышек, наконец, взорвался. Дон внимательно слушал его на протяжении всей последней минуты пути от купола к площадке. За несколько метров до ограничителя (концы рельс просто были размягчены сваркой и криво загнуты вверх) Дон дернул за рычаг тормоза. Дрезину тряхнуло. Тормоза держались, в отличие от высказывающегося Збышека, которого плавно сняло с жесткого креслица и понесло над планетоидом. Ругань прекратилась: Збышек ориентировался и искал, за что уцепиться. Уцепился он в конце концов за рельсу, встал на почву — все это уже молча.

— Ты когда-нибудь научишься пристегиваться! — сказал Дон, не на шутку перепугавшийся — от неожиданности. — Слушай, ты, варвар эфира, у нас что, проблем мало? Без ловли Призраков над планетоидом? Одна же десятая жэ, блин!

К его удивлению Збышек отреагировал нетрадиционно.

— Да напоминай мне, что ли… Тьфу! Извини, Дон.

— Ты что, испугался? — встревожился Дон. — Збых, да ладно, ну чего там, забыл пристегнуться, я бы тебя спас…

— Вытаскивай иглу, — сказал Збышек, одним прыжком возвращаясь к дрезине. — Нужно поесть… — Его затошнило. — Ну, хоть выпить… — Он сделал паузу, прислушиваясь к реакции организма на это предложение. — Ну да, вот выпьем… Слушай, Дон, но сколько же их тут погибло! И почему?

— Да, я читал, они же сами же ничего же не могут! — добавил Дон, заразившись страстью.

— Же, — добавил Збышек, наоборот, остыв. — А-а… Теперь разве узнаешь… Все стерто. Наглухо. Окончательно. Я бы так не смог — уничтожить информацию…

— Теперь разве узнаешь… — повторил Дон, расшпиливая тюк с пологом. — Подержи замок. Збых, а ты уверен, что мы еще у себя, я имею в виду, в Галактике?

Збышек помолчал.

— Ты имеешь в виду, что с тех пор Мешок видоизменился? Как раковая опухоль…

Дон ничего такого в виду не имел. Он не знал, что такое раковая опухоль, и тем более, не собирался строить гипотез. Вопрос Дона, в сущности, был вопросом ребенка — не хочу чтобы дома жили черти, пусть они лучше живут там, а мы тогда туда и не пойдем, где пусть они живут.

— Ты можешь быть прав, — произнес Збышек.

— В чем? — осторожно спросил Дон.

— Давай поставим иглу, — ответил Збышек. — Надо выпить.

— Вот глас не варвара, но гомо! — сказал Дон, откровенно обрадовавшись. У него не оставалось уже сил созерцать угрюмую польскую харю на лице любимого друга. Предложение выпить поступило от Збышека впервые с момента их встречи, и ни разу не находилось у Дона подходящего момента потрясти Збышека и вытащить его из необъяснимого ступора. Дон начисто не понимал причин вселенского уныния, имеющего место: ноги ходят, партнеры снова вместе, живы; Дон считал, что у него самого гораздо больше причин для повислости носа с одновременным закатом глаз в гору, простая душа…