Сергей ЮЖНЫЙ – Ангел под толстым льдом (страница 3)

– Ты когда-нибудь… мечтала выбраться на поверхность? Просто посмотреть на тот мир?

Мама замерла. Она медленно откинулась на спинку стула, и по её лицу скользнула странная тень – то ли удивление, то ли глубоко запрятанная тревога. Аня тут же смутилась:

– Мам, прости… Я, наверное, сморозила глупость.

Мама была образцовой представительницей их народа – истинной жительницей глубин. Могла ли у неё в голове промелькнуть хотя бы тень подобной мысли?

– Мечтала, Анечка. Мечтала… и, если честно, до сих пор мечтаю, – тихо произнесла мама.

– Что?! – Аня ответа более неожиданного и представить не могла.

– Когда я была маленькой, – начала мама, и в её глазах затеплились далекие воспоминания, – я только и думала о том, как выбраться наверх. Мой отец был таким же ворчуном, как твой дедушка. Будь он жив, он бы проел тебе всю твою светлую головушку рассказами о том, какой мир снаружи зловещий и почему туда нельзя соваться. Но я, конечно, его не слушала. Мы с подружкой часто уплывали далеко-далеко на юг, туда, где ледяной панцирь над рекой наконец заканчивается.

– Мама, разве такое бывает? Чтобы совсем без льда? – прошептала Аня, затаив дыхание.

– Конечно. Есть места, где реки никогда не сковывает стужа.

– Ого… – восхищенно выдохнула дочь, ловя каждое слово.

– Мы часто гуляли по берегу. Видели удивительных живых созданий самых разных размеров: одни стремительно носились по земле, другие – легко парили в небесах! – Голос мамы звучал мягко, и её рассказы разительно отличались от тех мрачных страшилок, которыми Аню кормили мужчины в семье.

– Но однажды, – голос матери вдруг стал глуше, – мы слишком далеко ушли от воды. Решили заночевать в открытом поле, где почти не было деревьев. Я проснулась раньше подруги и увидела, как сладко она спит. Не стала её будить. В утреннем тумане я заметила зайчика – он был таким маленьким, пушистым, настоящим комочком жизни! Мне так захотелось догнать его… Малыш испугался и бросился наутек, а я припустила следом. Я так увлеклась погоней, что не заметила, как поле осталось позади, а я оказалась в тени густого хвойного леса. И всё же я настигла его! Я протянула руку и коснулась его мягкой спинки: «Вот ты и попался, мой лапочка!»

Мама замолчала, её пальцы нервно сжали край стола.

– И вдруг… прямо перед моими глазами… Огромная волчья пасть прошла сквозь мое призрачное тело. Хищник беспощадно сомкнул челюсти на зайчике и в два глотка разорвал его на куски. Я застыла в оцепенении. Прямо на моих глазах погас этот крохотный, прекрасный лучик света. Пятясь, я бросилась назад, к подруге, надеясь поскорее скрыться в реке, как вдруг появилась Она.

– Кто? – Аня подалась вперед, её глаза округлились от волнения и страха.

– Кто? – прошептала Аня, затаив дыхание.

– Богиня Солнце, – горько ответила мать. – Она едва успела коснуться горизонта, как мир вокруг вспыхнул. Я попыталась выйти из тени хвойных ветвей навстречу этому золотому свету, но в ту же секунду дикая боль прошила всё тело. Кожа зашипела, словно я шагнула в костер. Я отпрянула назад, в спасительную тень, прижимаясь к холодной коре дерева.

Мама закрыла глаза, и её голос задрожал от нахлынувшего ужаса:

– Я никогда не забуду тот первый полярный день. Прямо на моих глазах моя лучшая подруга… она горела заживо. Она металась по открытому полю, не в силах найти ни клочка тени. Её крик до сих пор звучит в моих ушах. Моя воля была сломлена, разум отказывался верить в происходящее. С каждой минутой воздух становился всё суше и горячее. Для нас, существ воды, это было сродни жерлу вулкана. Я чувствовала, как жизнь испаряется из меня, как я медленно превращаюсь в пепел.

Аня слушала, не смея пошевелиться. Сказка о прекрасном Солнце рассыпалась в прах.

– Спасли меня тучи, – продолжала мама. – Они внезапно закрыли небо, подарив призрачную надежду. Собирая последние крохи сил, я поползла через поле к реке. Я понимала: если небо прояснится до того, как я коснусь воды, меня ждет та же участь, что и подругу. Несколько раз я падала от обезвоживания, пыталась зарыться в тающий снег, чтобы хоть немного напитаться влагой. Но я знала: каждый миг отдыха приближает мою смерть.

Мама тяжело вздохнула, словно заново проживая тот путь.

– Я успела. Нырнула в родную глубину, опустилась на самое дно и просто лежала на холодных камнях, пытаясь «надышаться» водой. И буквально через пару минут Солнце снова выглянуло. Его лучи вонзились в реку, пронзая толщу воды, но замерли всего в полуметре от меня, потеряв свою губительную силу. Я долго лежала там, переосмысливая всё, что видела. Домой я вернулась другой. Никому не сказала ни слова, но с того дня моё тело не знает покоя. Старые ожоги ноют в непогоду, напоминая мне о той цене, которую я заплатила за своё любопытство.

История матери одновременно ужаснула и вдохновила Аню. Страшно было даже представить ту боль, которую испытала мама, глядя, как её лучшая подруга буквально растворяется под безжалостными лучами, превращаясь в пар, улетающий в небеса.

Аня снова и снова прокручивала этот рассказ в голове, и одно поняла наверняка: мама была точно такой же, как она сама. Она тоже была влюблена в мир живых и не желала всю жизнь провести в речном иле. Теперь, когда Аня узнала, что мир велик и прекрасен, её желание выбраться наружу стало нестерпимым. Её буквально трясло от мысли, что она может оказаться там – и на этот раз без ошибок, вооружившись материнским опытом.