Сергей Юров – Под спудом тайны (страница 31)
– Так и есть, вот они! Отпечатки мужских ботинок, достаточно больших… А это что такое?.. Бог мой! Ардалион Гаврилыч, сбегай-ка к раскрытому окну спальни!
Поручик так быстро материализовался под окном, что у Хитрово-Квашнина сдавило сердце.
– Ну, ты шустер! Я не успел глазом моргнуть!.. Наклонись-ка над землей… Что ты там видишь?
– Да что тут можно увидеть? А-а, ну, конечно, следы ботинок…
– Больше, ничего?
– Траву, камешки разные…
– Довольно, подними-ка вон то темное перо с рядами белых пятен!
– Перо? Пожалуйста… Дятел обронил, судя по всему… Э-э, какие тут дятлы?! Это ж перо со шляпы Велья…
– Уразумел, наконец-то… Получается, наш Англоман Великобританыч до полей так и не доехал. Сюда примчался, чтобы разделаться с Кирсановой!.. Марк Иваныч, Осип Петрович, вы тут заканчивайте, а мы едем брать Вельяминова!
Рассказав Аблову о невероятной находке, Хитрово-Квашнин направился вместе с ним и Зацепиным к бричке. Убедившись, что господа расселись по местам, Митрофан развернул лошадей, щелкнул кнутом и погнал их по обратной дороге. Животные были сыты, свежи и легко влекли экипаж в нужном направлении, к Приюту.
– Я опросил дворовых, которые видели субъекта в темном сюртуке, – сообщил расследователю Аблов. – Если это и был Вельяминов, то его они не признали. Он старательно прятал лицо за шляпой и воротником.
– Старательно прятал лицо, говорите. – Хитрово-Квашнин посмотрел вдаль и погладил кончики усов. – Мне кажется, что хозяин Приюта встретился с Кирсановой случайно и решил действовать… Но опять же, из каких соображений?.. Интересно, как он узнал, что она легла отдохнуть? Чутье?.. Проницательность?..
– Возможно, подслушал разговоры дворовых, – пожал плечами Аблов.
– Может быть… Но зачем он напал на жену? Уже в маске, и с перочинным ножом, а не с кинжалом… Таким способом наказал супругу за теплоту и нежность к Сирро?.. Но как Джек мог цапнуть своего хозяина за ногу? Так любит хозяйку?..
– Ах, Ромаша! – едко процедил Зацепин. – Ах, ты убивец!.. Ну, берегись, подлая душа!
Впереди показался запыленный дребезжащий тарантас на длинных дрогах. Митрофан не захотел уступать дорогу, и два экипажа через минуту едва не столкнулись.
– Куда прешь, остолоп! – крикнул он могучему рыжему вознице с изогнутой трубкой в уголке широкого рта. – Глаза, что ли свои бесстыжие залил?
– Чего орешь? – прозвучал в ответ суровый бас. – Чересчур смелый, как я погляжу?! Сам едешь, не разбирая дороги!
– Поговори мне! Вот я тебя кнутом-то!
– Только попробуй! В дугу согну и на обочину выкину!
Из тарантаса показалось худощавое лицо брюнетки в светло-голубой соломенной шляпке. Она с укором поглядела на своего кучера.
– Хватить спорить, Трафим! Мог бы и посторониться. Трогай, уже почти доехали.
Аблов вдруг привстал в бричке и снял картуз.
– Рад видеть ваc, Марья Даниловна!.. Вы, вроде бы, не собирались ехать сюда. Говорят, приболели.
Яркие карие глаза женщины округлились, на лице появилась улыбка.
– Добрый день, Филипп Елизарыч! Здравствуйте, господа!.. Мне стало лучше. Да и когда еще выберусь? Сестра выехала, ну, и я за ней… Так и не догнала… Здесь она уже, поди, в имении?
Аблов со вздохом повесил голову. Не знали, куда деть глаза и расследователь с Зацепиным.
– Что вы все молчите? – нахмурилась Сахарова. – Что-то случилось?
Аблов натянул картуз на голову и в нескольких словах поведал ей о произошедшем несчастье. Глаза дворянки потухли, плечи ее опустились. Вытащив из кармана платок, она горько заплакала.
– Поехали, Митрофан! – шикнул Хитрово-Квашнин, ткнув тростью в спину кучера. – Что таращишься? Женских слез не видел?
– Слушаюсь, ваша милость!
Бричка рванула с места, пронеслась по улице Нижней Абловки и подкатила к Приюту в туче пыли. На пороге дома Анфия Саввишна что-то втолковывала старому камердинеру. Хитрово-Квашнин отметил, что даже с перебинтованными руками и шеей она выглядела необычайно привлекательной.
– Господа, ну, что там с Кирсановой? – спросила она с тревогой на лице.
– Убита, – тяжело вздохнул Аблов. – Кстати, только что приехала ее сестра.
– В самом деле?! – удивилась дворянка. – А судачили, будто она не приедет, что занедужила.
– Болезнь отступила, – пояснил помещик. – Жаль Марью Даниловну. Узнав от нас о гибели сестры, она страшно расстроилась!
– Разрыдалась! – добавил Зацепин. – И сейчас, наверное, льет слезы.
– Да-да, очень жаль ее, – покачала головой Вельяминова. – Потерять близкого человека, родную сестру.
– Мы к вашему мужу, – сказал Хитрово-Квашнин, сходя брички. – Он, надеюсь, уже вернулся со своих полей?
– Приехал, отдыхает в кабинете… Тихон, проведи господ к барину.
Камердинер поклонился и отвел дворян к обитой голубым штофом комнате. Хозяин имения сидел у окна в глубоком бархатном кресле, углубившись в чтение. Увидев вошедших, он отложил книгу в сторону и встал им навстречу.
– Вы ко мне, господа?.. Говорят, убита Кирсанова. Ужас какой-то!.. А я, уставши с дороги, книжицу почитываю, вернее, перечитываю. Надо сказать, весьма увлекательную. Запад Америки, индейцы, переселенцы, бизоны, и тому подобный антураж.
– Наверное, «Прерию» Купера? – предположил Хитрово-Квашнин.
– Совершенно верно! Прекрасный, надо отметить, романист, этот Купер!.. Ведь как свежо, оригинально. Честно сказать, европейские сочинители с их мудрствованием и философией порядком поднадоели…
– Чего вы тянете, Евстигней Харитоныч? – воскликнул Зацепин, дерзко взглянув на хозяина имения. – Припечатайте его, наконец!
Вельяминов вздрогнул, по его скулам заходили желваки. Он хотел было ответить наглецу, но перед ним встал Хирово-Квашнин.
– Роман Иваныч, вы как-то сказали, что у вас куча охотничьих шляп.
– Верно, их наберется у меня с полдюжины!
– Хотелось бы взглянуть на них.
Облив презрением Зацепина, Вельяминов вопросительно взглянул на расследователя.
– Зачем?.. Что вы с ними собираетесь делать? А, впрочем… Эй, кто-нибудь, доставить сюда охотничьи шляпы.
В кабинете в ту же минуту появился Тихон с охапкой шляп. Вельяминов окинул их быстрым взглядом.
– Хм-м, одной не хватает. Той, что с пером вальдшнепа.
– Нас интересует шляпа с перьями дятла, – уточнил штабс-ротмистр.
– Вот она… И что?
– Cколько на ней перьев?
– Одно! – удивился Вельяминов. – А ведь было, насколько я помню, два… Да, два пестрых маховых пера…
– Второе вот оно! – Хитрово-Квашнин достал из кармана красивое перышко. – И знаете, где мы его подобрали?.. Под окном особняка убитой Кирсановой!.. Я вынужден взять вас под стражу, Роман Иваныч! Вас будут зорко охранять десяцкие из Нижней Абловки.
Брови Вельяминова поползли вверх, в глазах мелькнуло недовольство очень похожее на негодование.
– Позвольте, шляп я сегодня не касался!..
– Так мы и поверили, не касался! – съязвил Зацепин. Аблов, сложив руки на груди, не без некоторого злорадства дымил пенковой трубкой.
– Тихон, друг мой, – обратился хозяин имения к слуге. – Ты скажи, подходил ли я сегодня к охотничьим шляпам?
Камердинер чуть подумал и отрицательно мотнул головой.
– Такого не было, как Бог свят! К шляпам вы не изволили сегодня подходить.
– Убедились, господа? Тихон врать не будет!