Сергей Юрьев – Дорога на расстрел (страница 3)
Вот тут Вениамин вспомнил ночной «сон» с жандевертом и ощутил себя совсем разбитым. Поэтому он решил сходить в соседний Дом Красной Армии и выпить кофе или чаю двойной заварки, чтобы малость взбодриться.
Он оставил Мармача на хозяйстве и пошел стимулироваться. В случае нужды он будет совсем близко. Кофе в буфете не было, пришлось ограничиться какао. Стало немного легче, и голова перестала болеть.
Мармач несколько обиженно сказал, что заходил Богатьков, сказал, что сегодня операция отменяется. Прокурора вызвали в область, будет не раньше, чем послезавтра.
Ну ладно. Вениамин сел и стал перечитывать трахтенбергеровские признания:
«Ответ:
– Прямых заданий к подготовке диверсионных актов на военскладе № 27 я ни от кого не получал.
Вопрос:
– Вы говорите неправду. Требую от вас правдивых показаний.
Ответ:
– …Вынужден сознаться, что являюсь участником подготовки диверсионных актов по заданию Булгакова.
Вопрос:
– Какие диверсионные акты на складе № 27 приготовлялись вами и каким способом?
Ответ:
– В 1936 году мною были обнаружены три патрона без капсюльной втулки, о чем я доложил Булгакову и получил от него ответ: «Пусть лежат». Что я и выполнил, положив их в хранилище, заранее зная, что они могут самовозгореться, чем вызвать пожар хранилища, а затем неизбежный взрыв, который привел бы к взрыву артсклада.
Второе задание диверсионного характера я получил от Булгакова – скапливать на пороховой площадке большое количество пороха, что мною и было сделано. Я умышленно скопил на площадке до 9 вагонов пороха разных марок, часть которого изготовления 1916–1917 годов, и в силу своих физико-химических свойств оно быстро разлагаются и самовоспламеняются.
Пороховая площадка располагается на расстоянии в 12–15 метров от железнодорожной ветки, и от проходящего паровоза по ней свободно может попасть на площадку искра и вызвать пожар на ней. При возникновении пожара в обоих случаях грозило складу взорваться близко расположенным хранилищам с боеприпасами.
Других заданий диверсионного характера я не получал.
Вопрос:
– Кто вам известен из участников антисоветского военного заговора?
Ответ:
– Из участников антисоветского военного заговора мне известны следующие лица:
1. Булгаков Н. И., бывший начальник склада № 27, который являлся руководителем заговорщической организации на складе № 27.
2. Попов, бывший помощник начальника склада № 27.
3. Кузьмин Ф., бывший плановик склада № 27.
4. Мосальский, бывший начальник мастерской «Б».
5. Дробленов М., бывший начальник цеха мастерской «Б».
6. Белоконь, бывший начальник цеха мастерской «Б».
7. Шляпников И. Т., бывший начальник цеха.
8. Ходосько Е. В., бывший начальник операционного отдела склада № 27.
9. Фостий Ф. Д., начальник 1-го отдел. склада № 27.
10. Коннов А. Н., начальник отдела техконтроля склада № 27.
11. Погребной Е. М., начальник 4-го отдела склада № 27.
Вопрос:
– Где находятся и работают в данное время указанные вами участники военно-фашистского заговора?
Ответ:
– Мне известно, что Попов, Кузьмин, Дробленов, Мосальский в 1936 и 1937 годах арестованы органами НКВД. Белоконь работает в артотделе Х.В.О. Шляпников был вызван в Москву, в распоряжение АУ РККА, где точно находится, мне неизвестно. Ходосько работает на военскладе № 72 в городе Полтаве. Фостий, Коннов и Погребной работают на складе № 27 в указанных выше должностях.
Вопрос:
– Вы всех участников заговора, известных вам, назвали?
Ответ:
– Нет, я не показал о Королькове П. М., помощнике начальника склада № 27, который также является участником заговора.
Вопрос:
– Кто лично вами был привлечен для выполнения диверсионно-вредительских актов по складу № 27?
Ответ:
– Мною лично были привлечены в контрреволюционную заговорщическую организацию следующие лица:
1. Немченко – имя и отчество не помню, надзиратель хранилищ склада № 27.
2. Мирный Артем – надзиратель склада.
3. Бондаренко Анна Никитовна – надзиратель хранилищ склада № 27.
Вопрос:
– Когда и при каких обстоятельствах вы вовлекли в контрреволюционную организацию указанных вами лиц?
Ответ:
– Немченко, Мирного и Бондаренко я вовлек в военно-фашистский заговор в 1936 году при следующих обстоятельствах.
Учитывая, что все завербованные мною крайне нуждались, так как были вольнонаемными и получали низкую зарплату, воспользовавшись этими обстоятельством, я в беседе с каждым из них говорил, что могу с целью повышения их зарплаты военизовать и перевести в кадр, а Бондаренко из старшего рабочего перевести на должность надзирателя, взяв их под свою зависимость.
Я поставил перед ними условие – выполнять безоговорочно все мои задания, на что последовало их согласие. Спустя короткое время я свое условие выполнил.
Вопрос:
– Вы посвятили Немченко, Мирного и Бондаренко о наличии заговорщической организации на складе?
Ответ:
– Нет, об этом я им ничего не говорил, так как не находил нужным.
Вопрос:
– От кого вам стало известно, что Корольков, Коннов, Погребной и Фостий являются участниками антисоветского военно-фашистского заговора?
Ответ:
– Лично мне об этом никто не говорил. О том, что они являются участниками заговора, стало известно из совместных присутствий на совещаниях, проводимых Булгаковым, на которых он давал вредительские установки, которые выполнялись всеми участниками, как в отдельности, так и совместно со мной, указанные совещания были завуалированы под видом технических совещаний.
Вопрос:
– Укажите о конкретной деятельности диверсионно-вредительского характера Королькова, Фостий. Погребного, Коннова.
Ответ:
– Мне известно об их диверсионно-вредительской деятельности следующее: