Сергей Юдин – Вселенная Надзора. Исправительные работы (страница 30)
– Убьешь?
– Убью. Потом. А сейчас – говори. Все, что помнишь со флешки.
– Зачем?
Глаза Майи на секунду округлились.
– Что?
– Зачем говорить? Если все равно убьете.
– Говори, дядя, говори, – оторвавшись от окна, креол показал в правильной улыбке ровные зубы. – Потому что так мы тебя, и верно, просто убьем, а иначе запытаем.
Ортега через силу усмехнулся. Хотя гораздо легче ему сейчас было сблевать.
– Запытаете? Сомневаюсь.
– Проверить хочешь?
– Не хочет, – вмешалась Майя, все это время задумчиво разглядывавшая Ортегу. Эта ее задумчивость пугала его больше всего. – Он прекрасно знает, что пытать нам его некогда, да и шуму слишком много. Не успеем припечь, как следует, перепуганные соседи всех его окрестных друзей скликают.
Ортега молчал.
– Что ты хочешь, надзор?
– Есть кое-что. Это будет второй пункт. А первым я хочу узнать, зачем вам информация с этой несчастной флешки.
Майя опустила голову, засмеялась.
– Очуметь можно. Твоя жизнь на кону, а ты все какими-то своими следственными делишками интересуешься, пытаешься выторговать, выкупить информацию. Профессиональный заскок?
Ортега молчал.
Майя посерьезнела.
– Ты что, конченный, что ли? Что замолк? Сделаем-ка мы иначе, – она подняла автомат, направила его Ортеге прямо в грудь. – Ты скажешь мне все, что знаешь, иначе я тебя пристрелю прямо здесь, прямо сейчас.
Ортега молчал. Он не был уверен, что Майя блефует, но очень на это надеялся. Говори, иначе убью? А когда скажешь – все равно убью? Вздор.
Он угадал. Майя, похоже, и сама быстро поняла свой промах, потому что держала его на прицеле от силы секунд десять. Потом чуть опустила автомат и без вступления выпалила, явно торопясь:
– Твой друг-надзор проследил за нашим человеком, после чего его убили. Мы думаем, что убили сгбшники.
– Думаете, что ваш человек – таракан?
– Умница, – прошипела Майя. – А теперь, давай, в темпе, пока я не…
Красавец-креол, следящий за улицей, резко дернулся, поднял автомат.
– Поздно.
– Что?
– Поздно. Надзор здесь.
К прибывшим первыми «кобрам» Надзора быстро присоединились еще две машины. Немного потолкавшись с вяло блокирующими подъезд, не знающими, что делать, сгбшниками, они все же вошли в здание, загремели тяжелыми сапогами по лестнице. Потом приехали еще грузовики, уже – Службы гражданской безопасности. Пока не дошло до беды, пришлось вывести большинство бойцов обоих спецподразделений из дома, оставив лишь несколько сводных отрядов на этажах.
Илай Скарро, несмотря на наверняка душившую его ярость, выглядел довольно спокойно. Лишь богатый опыт Олафа Семеша в общении с людьми позволял замечать истинное состояние капитана.
Семеш уже дозвонился до Маркова, Марков обещал дозвониться до кого-то еще. Скарро тоже запрашивал дополнительные инструкции, отдавая по ходу дела приказы подчиненным. Оба капитана – и Надзора и СГБ – находились метрах в пяти друг от друга, но не дальше. Несмотря на взаимную неприязнь, оба они предпочитали присматривать за оппонентом, а потому кружили по двору, то сокращая, то увеличивая дистанцию.
– Они на шестом этаже, – доложил подбежавший к Скарро молодой офицер, держащий в каждой руке по мобильному телефону.
– Уверены?
– Да.
– Пусть оперативно-штурмовые группы начинают.
– Что это ты там бормочешь, капитан? – приблизился Семеш. – Пока ситуация не прояснится, твои группы могут начинать разве что дружно онанировать, да и то не слишком бурно, чтобы казенный пол не заляпать.
Скарро улыбнулся обычной своей приятной улыбкой, но Семеш вдруг четко понял, что что-то изменилось.
– Очень смешно. Однако ситуация как раз только что прояснилась. У нас имеется согласованное с высшим руководством Департамента Надзора решение, по которому ответственность за операцию возлагается на Службу гражданской безопасности. Посему…
– Я не отзову людей, – буркнул Семеш, – пока не получу подтверждения от…
Он прервался, достал зазвеневший мобильный телефон. Звонил Марков.
– Семеш.
– Полковник?
Марков тяжело вздохнул.
– Ничего не вышло. Дело гораздо круче, чем мы все думали.
– Значит ли это?..
– Да. Со Скарро мы, увы, ничего сделать не сможем.
– Но Ортега, сэр?..
Марков молчал.
– Черт! Черт!
– Спокойно, Мойро. Мы выберемся.
– Ты видела, сколько их там? Одних только БТРов три штуки! Три!
– Спокойно, Мойро! Тэлли, возьми надзора. Да держи покрепче, что б не свалил. Двигаться будем быстро.
– Понял, Май.
Хватка у креола Тэлли была под стать высокому росту. Ортега, даже если бы у него не были связаны руки, вряд ли смог бы освободиться.
– Не дергайся, дядя, – морально поддержал его гигант. – Иначе что-нибудь сломаю. Ты нам для разговора нужен, а разговаривать и со сломанными руками сможешь, правда ведь?
Ортега не ответил.
Названный Мойро шрамомордый боевик уже некоторое время колдовал как-то над стеной в единственной комнате. Майя, засев в углу, напряженно следила за окнами. Тэлли, обхватив одной рукой связанного Ортегу, второй удерживал на прицеле входную дверь, виднеющуюся в конце коридора.
– Готово! – крикнул Мойро, и тут началось. Причем явно не то, что подготовил лысеющий бандит.
Входная дверь бухнула, крепления стальных петель взорвались тусклым сизым дымом. А через пару секунд дверь влетела на пару метров в квартиру в дымном облаке из всех оттенков белого, серого и черного.
Следом за дверью в коридор влетел огонь.
– Штурмуют! – проревел Тэлли, откидывая Ортегу в сторону.
Выпустив несколько длинных очередей с колена, он сам нырнул следом. Слишком поздно. Первый одиночный выстрел не достиг цели, разломав стоявший на полу блекло-зеленый плафон, но вторая пуля нашла себе мясо, угодив креолу в плечо.
Решивший не ждать развязки, Ричард, как только оказался вне медвежьих объятий боевика, вскочил на колени и, покачиваясь, бросился вперед. Он прекрасно знал, как рискует, вылезая под перекрестный огонь и сдаваясь на милость СГБ. Но в компании с террористами рисковал, как ему казалось, больше.
Выскочив, преследуемый бранью Майи, в коридор, Ортега остановился, различая в залившем лестничную клетку дыму гигантские, неверные, нечеловеческие силуэты. Вдруг один из них резко нырнул в дверной проем, исчезнув на кухне, поливая при этом пространство перед собой автоматными очередями. Дернувшийся в сторону Ортега, чуть было не пришпиленный к стене, остался на ногах. Пули ушли в комнату, не позволяя высунуться затаившимся там повстанцами.
Ругаясь, Ортега хотел было предупредить штурмующих о том, кто он такой, но перебитое адреналином и страхом горло выдало лишь жуткий тихий хрип. В проходе, тем временем, появился еще один солдат. Быстро выцелив Ортегу, боец чуть опустил винтовку, вглядываясь в его лицо. С каждой следующей долей секунды лихорадочно работающее сознание Ортеги все больше и больше убеждалось в том, что солдат его узнает. И что радоваться по этому поводу совсем не стоит.