Сергей Яковлев – Петля на зайца (страница 49)

Наконец они опредилились с максимально возможной точностью и приняли решение не искать старую дорогу-лежневку, а идти к окраине болота кратчайшим путем.

Кратчайший путь вывел их прямо к озерно-ледниковому холму, в котором устроил свое убежище Николай Иванович. Не доходя метров триста, наемники почувствовали слабый запах дыма и насторожились.

Покончив с необходимыми в подобных случаях формальностями и организовав отправку тела Валерия Малькова в Москву, майор ФСБ Александр Иванович Омельченко продолжил работу по заданию Хозяина.

Он был профессионал и четко знал, что ни стихийное бедствие, ни внезапная смерть Малькова-младшего, ни какие-нибудь иные форс-мажорные приколы не отменяют поставленной задачи. Работа несмотря ни на что должна быть доведена до конца.

С двумя концессионерами-подельниками Василия Ивановича Бонча он разобрался предельно просто — застрелил их на улице, практически среди бела дня, из снайперской винтовки с ПБС — прибором бесшумной стрельбы, с расстояния около четырехсот метров, в голову. Несложная задача для профессионала. Такие операции бывают сложными, только когда работаешь против испуганного, настороженного клиента. Или когда надо организовать «несчастный случай». Этим не потребовалось создавать даже видимости «несчастного случая», да и никакой опасности для себя они не ждали…

Рядовая операция, как для опытного хирурга удаление аппендикса. Чик-чирик, и уноси готовенького.

Для таких дел у майора было все необходимое, поэтому не потребовалось сутками выслеживать «объект», ставить телефоны «на прослушку». Простые задачи он решал простыми средствами. Он убирал объекты непосредственно из своего «джипа», оборудованного специальными амбразурами в сильно тонированных стеклах.

Третьего бончевского подельника пришлось взрывать. Он, видно, что-то почувствовал, замандражировал… Вокруг него постоянно маячили два-три бодигарда, да и места подходящего майору не удалось найти. Он поездил, последил, прикинул варианты…

Короче, долго возиться с третьим «заказанным» объектом у Омельченко просто времени не было. А двести граммов «пластида» под днище машины, которую «объект», как последний дурак, держал на открытой платной стоянке, мгновенно сняли проблему. Шумновато, но надежно.

Убрать «объекты» оказалось гораздо проще, чем найти… Искать «объект», практически не имея надежной информации, — это задача для солидной группы со спецсредствами.

Ничего не получилось с Майклом Фридманом. Омельченко, естественно, не раскрывая существа дела, привлек к поискам сотрудников питерского отделения ФСБ, отчасти и милицию напряг… Пусто. Среди живых Фридмана в Питере не было. Оставались неопознанные трупы, но…

В городе около сотни моргов при больницах — можно год среди искореженных жмуров топтаться и не сыскать нужного. Особенно среди тех, кого уже обычными средствами и не опознаешь. Впрочем, Хозяин особо на этого иностранца и не нацеливал. Просто приказал — поискать… Александр Иванович «поискал», хорошо «поискал», но не нашел. Такое случается.

Еще — и это было, пожалуй, самым главным и самым сложным — требовалось найти иголку в стоге сена. Буквально так. Разве разыскать маленькую видеокассету в большом пятимиллионном городе просто? Не то слово. Невозможно, если работать бессистемно.

Система и отправные точки поиска, к счастью, были — пункт видеопроката в библиотеке, адрес хозяина этого проката, «наколки» по его связям, другие кончики имелись.

Начал Александр Иванович с самого надежного, с видеопроката. С максимальной тщательностью его следовало проверить еще раз…

Входную дверь в библиотеку майор Омельченко вскрыл без малейших затруднений. Ни читателей, ни персонала в три часа ночи здесь, разумеется, не отмечалось. Еще днем под видом посетителя он выяснил, что никакой сигнализации за несколько дней, прошедших после визита Валеркиных бандитов, в библиотеке так и не установили, а замки для него сложности не представляли.

Подсвечивая себе тонким лучом карманного фонарика Александр Иванович при помощи титановой фомки легко отодрал присобаченную кое-как несколькими гвоздями дверь проката видеокассет.

После первого налета Валеркиных недоумков, земля им пухом, здесь, судя по разгрому, никто не прибирался и не наводил порядок — почти все кассеты грудой валялись на полу. Это значительно повышало шансы.

Уже шли третьи сутки после того, как Хозяин самолетом отбыл в столицу, поручив Омельченко найти кассету и, как он выразился, «прибраться за сыном». Прибрался…

И хотя Омельченко к смерти Малькова-младшего никакого касательства не имел — смерть наступила от вполне естественной причины — инсульт, с Хозяином еще предстояло выяснять отношения. Наверняка, у генерала шевельнется мыслишка, что Валерку убрали. А на кого тень? На того, кто ближе… На Омельченко, на кого же еще!

Работать в Питере приходилось практически в одиночку. Помощь коллег из местного отделения ФСБ сводилась к мелочевке: узнать, выяснить, установить… Вообще, насколько ему было известно, он в городе был сейчас единственным доверенным лицом из команды Станислава Георгиевича. Не считая неживого Валерки в морге…

Впрочем — нет, тело Валерика уже в Москве. Как раз сегодня ночью и должны были отправить.

Допился-доигрался все же малыш. Слабаком оказался. Гавкнулся!

Быстро собрав все кассеты в две большие сумки — набралось около двухсот штук — и уже направляясь к выходу, Омельченко услышал, что кто-то возится у входной двери. Интересно…

Отставив тяжелые сумки в сторону, он достал пистолет с глушителем, тихо, не включая фонарика, приблизился к двери и замер. Минута, две… Он мог ждать долго, очень долго. Он мог ждать сутками, неделями…

Возня не прекращалась. Кто-то поскребывал дверь. В нижней части слышалось быстрое неритмичное дыханье, какое-то повизгивание… Черт, да это же собака!

Не убирая пистолета, осторожно приоткрыв дверь на несколько сантиметров, майор действительно увидел на крыльце перед дверью собаку. Бездомная дворняга испуганно отскочила от рывком открытой двери и убежала прочь.

Идиотизм! Собака… Какой черт ее принес?

Майор с облегчением вздохнул, осмотрелся и неспеша перенес сумки с кассетами в припаркованную неподалеку — метрах в ста от входа — машину. Из «джипа» он еще раз оглядел улицу — чисто, завел мотор и поехал на «точку» — конспиративную квартиру, служившую ему временным убежищем. До утра ему предстояло из груды кассет найти нужную, одну-единственную, воистину бесценную. Если она среди них есть.

«Вот черт, — подумал он с раздражением, — а видик на квартире всего один! Затянется работа…»

Из информации, полученной от покойного Малькова-младшего, получалось, что кассета все еще вполне могла находиться в прокате. В первый обыск Балерины недоделанные помощнички ничего не нашли, поскольку работали методически неверно. Надо было не по этикеткам выбирать, а взять все кассеты, абсолютно все, и каждую проверить. Технически это было несложно.

«Кроме того, если уж не смогли всего унести, — подумал Омельченко, — взяли бы только залоговые кассеты». Насколько майор представлял себе технологию работы видеопроката, Валеркина кассета вообще не могла находиться на общих полках. Наверняка, до погрома залоговые кассеты хранились как-то отдельно от прокатных. Если ее в залог сдали. А все прокатные кассеты пронумерованы, с залоговыми не перепутаешь. Если она, дорогуша, среди этих, и он ее до утра найдет, — прокатчика можно было бы с уверенностью и отбросить. Вряд ли этот Заяц каким-нибудь образом касался ее. А лишние трупы — лишняя возня и большой риск. И найти его, погорельца, еще надо…

Однако Хозяин однозначно приказал: допросить прокатчика и убрать. Ну что же — приказ есть приказ… допросим и уберем.

Еще у прокатчика работали две девки-приемщицы, теоретически они тоже могли как-то получить доступ к информации на кассете, но… Но ему одному искать их — и вовсе пустая затея. Если подошлет Хозяин еще людей, тогда — да, а так…

Хотя, прокатчик-погорелец сам должен адреса своих приемщиц знать. Скажет — никуда не денется.

«Еще это из него вытряхивай! — с неудовольствием подумал Александр Иванович. — Но приемщицы — это потом, в случае неудачи с этой грудой кассет, или с прокатчиком. Ими всерьез придется заняться, только если нужная кассета не будет обнаружена в ближайшее время среди этих…»

Он почему-то был уверен, что найдет ее, кассетку эту бесценную, так приворожившую Хозяина. Действительно — бесценную, судя по тем документам, что Валерик отснял. Если не наврал, конечно.

Кто еще? Секретарша Марина. Не за длинные ноги она покойному Бончу приглянулась. Валерка с ней шашни водил, по кабакам таскался, но с кассетой она связи как бы и не имеет. По крайней мере, никакого эпизода, кроме случайной сдачи кассеты в прокат, из допроса Малькова-младшего не выявилось. А уж его-то майор Омельченко наизнанку вывернул, двое суток допрашивал и под водочку, и под укольчик! Может, поэтому, и гавкнулся парень…

Ладно. Мертвого не оживишь, а перед Хозяином этот факт с допросом выпячивать не разумно. Лучше замять.

Значит, если кассета здесь, в одной из сумок, после «товарищеской» беседы с прокатчиком можно сваливать в столицу. На секретарше Марине Хозяин своего внимания не заострял, так что она и не нужна. И то, слава Богу…