Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 119)

«Война братьев» — ещё не успев закончиться, цепочка кровопролитных сражений за столицукоролевства Ратокан, получила своё звучное имя. После смерти короля, старший сын, известный своим подданным под прозвище «Жаждущий крови», сел на трон. Считанные месяцы ушли у него на то, чтобы превратить город в царство изуверств, разврата и страха. Безумные законы охватывали все подчинённые земли, и лишь сбежавший в день смерти короля, его младший сын, заручившись поддержкой дяди, собрал войско, верное прошлым идеалам. В помощь себе они собрали наемное войско, среди которого были Хазард и Лис.

И сейчас, храброго воина, который с болью в сердце и отчаянием в голосе призывал свергнуть брата-безумца, несли на руках те, кого вёл в бой.

Хазард проводил взглядом безмолвную процессию. Хмурые воины, казалось с трудом сдерживают слезы, смотря на бледное лицо своего принца.

— Теперь, он навсегда останется героем. Кем бы он ни был раньше, как бы ни умер, своей дальнейшей жизнью легенду он уже не испортит. — негромко вздохнул Лис.

«Это путь каждого героя? Фейрлинг закончит свою историю также?» — воспоминания в голове сменились образом бездыханного рыцаря, лежащего на безымянной площади. В раскрытых глазах застыла ярость и удивление, изуродованная часть лица продолжала криво усмехаться, в то время как другая обрела вечный покой. Герб родной страны, вышитый на одеянии, густо заливала кровь, беззвучно вытекая из раны на груди.

Хазард мотнул головой, отгоняя ужасную картину. Быстро бросив взгляд на Эйлин словно она может прочитать образы в его голове, наёмник увидел, что целительница полностью поглощена собственными раздумьями и судя по её лицу, не менее мрачными.

— Хазард. — отвлек наёмника голос Милеса. Южанин указал на лошадь на которой ехала Фэритика. Энрик к этому времени, уже освободил седло. — Твой черёд.

Кивнув, Хазард легко забрался в седло. Чувствуя Фэритику настолько рядом, наёмнику не хватило смелости, посмотреть на неё сейчас, стараясь сохранять спокойствие. Но стоило им начать движение, руки принцессы крепко обхватили Хазарда в районе живота, девушка прижалась телом к его спине, положив голову на плечо. Усталый тихий вздох, смешенный с тяжёлой печалью, сорвался с её губ, после чего она чуть сильнее сжала руки на теле наёмника.

Хазард старался не шевелиться и почти не дышать. Подобная близость смущала и в тоже время радовала, чего он пытался не показать. Он чувствовал, как тревоги, не дававшие ему покоя последнее время, отступили прочь. По телу разливалось теплое и волнующее ощущение, что та связь, «которой нет», всё ещё сохранилась, и как бы Хазард не пытался это отрицать, он был этому рад.

Руки на поводьях сжались крепче, преодолевая желание, коснуться тонких пальцев лежащих на животе. Мягко провести, чтобы ощутить их нежность и изящность, тепло и гладкость кожи. Осторожно сжать их в своих руках.

Хазард вновь коротко, но резко мотнул головой отгоняя лишние мысли прочь, понимая, как далеко могли занести его фантазии. Лицо обдало жаром. Смущение и тревога за образы, мелькнувшие в голове, вырвались не громким, но беспокойным вздохом. Мельком оглянувшись, наёмник убедился, что пока никто не обратил на него лишнего внимания, и постарался успокоиться, но лёгкая улыбка, то и дело прорывалось сквозь спокойное и холодное выражение лица.

Путь для наёмника стал ощущаться легче, чего нельзя было сказать о других.

Напряжённое молчание изредка прерывалось командами Милеса о смене всадника и привале.

— Заночуем здесь — скомандовал южанин на исходе дня. Выбранная поляна была окружена более плотным и густым лесом, а неподалёку был слышен звук проточной воды. Привычное приготовлением лагеря также происходило в полном молчании, все прекрасные знали, свои обязанности и занялись ими.

— Сэр Энрик? — целительница негромко обратилась к воину.

— Да?

— Вы… Не могли бы мне помочь и заняться сегодня нашим ужином?

— Ха! Главное, чтобы без грибов. — Кирен ткнул брата локтем в бок, но увидев взгляд Эйлин и Энрика, которым они оба могли бы сжечь его без костра, замолк и отошёл в сторону.

— Разумеется, я всё сделаю.

— Спасибо…

— Артира, сопроводи Эйлин и Фэритику к воде. Умойтесь и немного отдохните. — Распоряжение Милеса было исполнено.

К тому моменту, как ночь опустилась на лесные просторы, все путники успели привести себя в порядок у водоёма и закончить трапезу.

Дозор Хазарда выпал примерно на середину ночи. Энрик не грубо растолкал наёмника и передал ему пост.

В глубине чащи поблескивали огни светлячков, среди которых скрывались глаза хищных птиц. Множество жёлтых огней невольно заставляли вспомнить о проклятых Вороньей чумой и их пугающий взгляд.

Знакомые отблески вызывали в душе Хазардатревогу. Беспокойное чувство надвигавшейся беды и печали, которое, как казалось, он уже однажды испытывал сдавливало изнутри, мешая дышать.

Но бессмысленные тревоги испарились в тот момент, как Хазард услышал чьё-то движение. Резко обернувшись на лагерь, в тускло свете не яркого костра, наёмник увидел женский силуэт, неспешно промелькнувший в тени. Взгляд Хазарда тут уже бросился в сторону где спала Фэритика и принцессы на месте не оказалось.

Неприятный жар покрыл его от ног до головы. Бить тревогу из — за того, что принцесса почувствовала естественные нужды было бы слишком, но и оставлять её одну в лесу было неправильным.

«Я просто выполняю свою работу. Меня наняли её защищать» — оправдывал себя Хазард. Готовясь в случае необходимости сказать это фразу, наёмник последовал за девушкой.

Стараясь идти, как можно тише, чтобы не напугать Фэритику, и ориентируясь на звуки её шагов, Хазард вскоре вышел к берегу реки, чуть выше по течению того места, где они набирали воды и умывались.

Взяв с собой подстилку из соломы и ткани, принцесса села у самой воды, прижав ноги к груди. Фэритика сидела почти неподвижно и наёмник дал ей некоторое время побыть наедине с собой.

— Вам снова не уснуть? — услышав протяжный вздох, Хазард решил, что это подходящий момент, чтобы обозначить своё присутствие.

Фэритика ещё какое-то время не шевелилась, но затем кивнула.

— Да.

— И как обычно, вы отходите от места ночлега именно в моё дежурство. — Хазард улыбнулся, не спеша подходящий ближе.

Принцесса пожала плечами.

— Быть может, мне просто не страшно если именно ты обнаружишь, что я отошла. — Лица Фэритики не было видно, но её голос выдавал еле сдерживаемый слёзы и плохо скрываемую злость или обиду, отчего улыбка на лице Хазард быстро пропала.

— Принцесса… — начал Хазард серьёзнее.

— Ты уже забыл? Пока мы в путешествии, ко мне нельзя обращаться по титулу. — принцесса негромко хмыкнула, чуть шмыгнув носом.

— Да… Фэритика. Вам не стоит находиться одной ночью вдалеке от лагеря.

— Со мной ты. Так что я в безопасности, правда, Хазард?

Девушка повернула голову в сторону наёмника, но в ночной темноте выражение её лица было почти неразличимо.

— Вы переживаете из-за Фейрлинга? Предательство, его отца ужасно, — на этом моменте Хазард услышал тяжёлый вздох принцессы и постарался поскорее её успокоить, — но, я уверен Фейрлинг сможет все исправить. Он будет в порядке.

— Да, — девушка слабо улыбнулась, — я тоже надеюсь на это. Но… просто думаю…

— О чём?

Фэритика слегка сдвинулась в сторону, освобождая место на лежаке.

— Присядь рядом, пожалуйста.

Хазард сел на предложенное место. Сняв меч с пояса, он положил его рядом с собой. Беспокойные светлячки, парящие над водой, позволяли Хазарду разглядеть взволнованное лицо принцессы.

— Что вас тревожит?

— Эйлин. Знаешь, я ведь знала о том, что ей нравится Фейри. А вчера, она не сдержалась и похвалилась своим поцелуем с ним. — в лукавом взгляде принцессы блеснул лёгкий огонёк, — она не такая уж и скромница, как может показаться.

Наёмник хмыкнул, а Фэритика, опустив взгляд, вздохнула.

— А сегодня, случилось всё это… Я верю, что Фейрлинг поможет нам, чем сможет и знаю, что он хочет спасти свой народ, также, как и я хочу помочь своему. Он справится, выживет… Но каково сейчас Эйлин. Когда она здесь, а он там, и она ничем не в силах ему помочь. Даже если что-то случится, если он… Эйлин не узнает об этом. Мне страшно подумать о том, как её сердце разрывается от тревоги и неизвестности, но… — Фэритика посмотрела на наёмника, со слезами на глазах, — Это звучит ужасно, но я завидую ей.

— Завидуете?

— Да. — Фэритика опустила и отвернулась голову от наёмника, — несмотря на все страдания, что Эйлин сейчас приходится переживать, она знает, что существует человек, для которого она важна, который любит её. Даже если его не станет, эти крупицы счастья, тот самый поцелуй, он навсегда останется с ней. Она страдает от того, что пусть всего день, но была по-настоящему счастлива.

Хазард опустил взгляд, разглядывали неспешные волны, блестящие от огня светлячков. Эмоции и чувства самого наёмника в этот момент больше напоминали бурный горный поток, в котором стремительно тонули осколки здравомыслия.

Мысленно проносясь сквозь годы томления в ожидании исполнения мечты, боли и страданий на пути к ней, покрывая себя кровью и шрамами, чтобы в конце концов расколоть собственное сердце об осознания правды. Хазард не мог вспомнить и дня, когда бы он был по-настоящему счастлив на этом пути. Что требуется, чтобы уловить это чувство, был ли он готов пройти этот путь, чтобы ощутить счастье и согласится рискнуть всем, чтобы пусть и ненадолго его испытать?