Сергей Вологодский – Эротические рассказы-4. Истории подписчиков (страница 2)

Служебный

Знаете, есть такие дни, когда всё с утра идёт не так. Колготки порвала, кофе на блузку пролила, в метро давка. А тут ещё этот корпоратив. Восьмое марта, блин. Праздник.

Я вообще не хотела ехать. Устала как собака, проект этот дурацкий, дома бардак, муж прислал смс: «Котлеты в холодильнике?» Котлеты. Восьмого марта. Я ему, блядь, не кухарка.

Но начальница сказала: «Яна, все будут, ты давай не выпендривайся». Пришлось ехать.

Ресторан дорогой, стол ломится, музыка орёт. Коллеги уже накидались, кто-то танцует, кто-то в телефонах. Я сижу, пью шампанское и думаю: какого хрена я здесь делаю? Дома можно было бы лечь в ванну, маску на лицо, сериал включить. А тут – слушать, как бухгалтерша Лена жалуется на мужа.

– Он вообще цветы ни разу не дарил, – говорит Лена, и глаз у неё уже дёргается. – Представляешь? Пятнадцать лет вместе, а он ни разу.

Представляю. Мой дарит. Тюльпаны в газете, как в девяностых. Каждый год одни и те же тюльпаны. Я их ненавижу.

– Ян, а ты чего такая кислая? – это Саша подсел. Из параллельного отдела. Мы в курилке иногда пересекаемся.

– Нормальная я.

– Не похоже. Давай выпьем.

Саша вообще ничего такой. Высокий, плечи широкие, глаза смешливые. Я замужем пять лет, но глаза-то у меня есть. Налил мне текилы, себе тоже.

– За женщин, – говорит. – За настоящих.

Чокнулись, выпили. Лимон, соль – всё по делу. По телу тепло разлилось, и правда легче стало.

– А ты жене цветы даришь? – спрашиваю, чтоб ляпнуть что-то.

– Нет у меня жены. Был брак, не зашло.

– Почему?

– Не встретил ещё ту, ради которой стоит стараться.

Смотрит на меня так… Ну вы понимаете. Я отвела глаза. Выпила ещё.

Дальше было как в тумане. Танцы, ещё текила, кто-то тост говорит, я уже не врубаюсь. Помню, что Саша руку на талию положил, когда мы к столу шли. Рука тяжёлая, горячая. Я не отодвинулась.

– Пойдём покурим, – шепчет.

– Я не курю.

– Пойдём подышим.

Выходим на улицу. Там холодно, март, снег тает, слякоть под ногами. Он пальто своё на меня накинул. Закурил сам, смотрит.

– Ян, можно тебя спросить?

– Ну?

– Ты счастлива?

Я чуть не засмеялась. Пьяная, в чужом пальто, стою у ресторана, а он про счастье спрашивает.

– А что такое счастье? – говорю. – Котлеты в холодильнике?

– Какие котлеты?

– Не важно.

Он докурил, выбросил сигарету. Подошёл ближе. Совсем близко. Я чувствую его запах – парфюм дорогой, табак и ещё что-то своё, мужское.

– Ян, – говорит тихо. – Я давно на тебя смотрю. На планерках, в столовой… Ты не такая, как все.

– Глупости.

– Не глупости.

И целует.

Я не помню, кто первый двинулся. Помню только, что губы у него мягкие, и пахнет текилой, и руки уже под пальто, на спине, прижимают к нему. Я думала: надо остановиться. Надо сказать «нет». Вспомнить про мужа, про котлеты эти, про тюльпаны в газете.

Вместо этого я обняла его за шею и поцеловала в ответ.

Дальше – такси. Уже не помню, как сели, как доехали. Помню только его руки на коленях и что водитель что-то говорил, а мы молчали. И сердце колотится так, что, кажется, весь салон слышит.

У него квартира недалеко. Чисто, уютно, пахнет кофе. Я стою посреди комнаты, дура дурой, и не знаю, что делать дальше. А он подходит, берет моё лицо в ладони и смотрит.

– Не бойся, – говорит.

– Я не боюсь.

– Тогда разденься.

И я разделась. Сама. Медленно, глядя ему в глаза. Блузка на пол, юбка, колготки эти порванные… Осталась в белье, стою, дрожу. То ли от холода, то ли от всего сразу.

Он разделся тоже. Тело красивое, спортивное, я и не знала, что он в зал ходит. Подошел, провел рукой по животу, по груди через кружево. У меня колени подкосились.

– Иди сюда, – шепнул и подхватил на руки.

Он опустил меня на кровать, сам навис сверху. В глазах темнота, зрачки расширены, дышит тяжело. Сначала просто смотрел. Потом наклонился и поцеловал – не в губы, а в шею, туда, где бьется пульс. Я выгнулась, вцепилась пальцами в простыню.

Губы пошли ниже. Ключицы, плечи, грудь. Он сдвинул бельё, не снимая, просто отодвинул кружево и взял сосок в рот. Я застонала – в голос, не сдерживаясь. Он другой рукой сжимал вторую грудь, мял, гладил большим пальцем, а языком водил кругами, посасывал, покусывал легонько.

– Саша… – выдохнула я.

– Что?

– Я хочу…

Он усмехнулся и поцеловал ниже. Живот, бёдра, внутренняя сторона – там, где кожа нежная, была очень чувствительная. Я уже вся горела, между ног пульсировало, мокро было так, что, наверное, на бельё протекло. Он стянул трусы медленно, глядя мне в глаза. Я не отводила взгляд. Хотя стыдно должно быть – лежу голая перед почти чужим мужиком и хочу, чтобы он меня трахнул. Хочу так, что не было сил терпеть.

Он развёл мне ноги коленями. Смотрел туда, дышал ртом. Я чувствовала его взгляд кожей, низом живота, клитором – каждой клеткой.

– Красивая, – сказал хрипло. – Хочу тебя!

И наклонился.

Я думала, он войдёт сразу. А он языком провёл – медленно, от входа до клитора. У меня искры из глаз, я задохнулась, руками его голову схватила, вцепилась в волосы. А он лизал, водил кругами, входил языком внутрь и снова возвращался к клитору. Я стонала, не стесняясь, выгибалась, двигалась навстречу тазом. Оргазм подкатывал быстро – слишком быстро, я даже испугалась.

– Саш, не надо, я сейчас…

– Знаю, – сказал он, не отрываясь. – Кончишь.

И надавил языком сильнее, и пальцем внутрь вошёл, я закричала – коротко, громко, и всё внутри сжалось, отпустило, разлилось жаром по всему телу. Я дрожала, часто дышала, а он не останавливался, пока я не отодвинулась.

Поднялся надо мной. Член у него стоял – я только сейчас увидела, какой он большой, толстый, головка тёмная, блестит. Я сглотнула. Давно у меня никого, кроме мужа, не было. А муж… Ну, средненький у него. А тут…

– Боишься? – спросил.

– Нет.

– Врёшь.

Улыбнулся и поцеловал. Мой собственный вкус на его губах, солоноватый, терпкий. Странно, но завело ещё сильнее.

Он вошёл медленно. Сначала только головку, замер, давая привыкнуть. Я чувствовала, как раздвигает, как наполняет – тесно, почти больно, но терпимо. И хорошо. Так хорошо, что я сама бёдрами подалась, насаживаясь глубже.

– Тихо, – выдохнул он. – Не торопись.