Сергей Волков – Твой «Демон Зла»: Поединок (страница 9)

Он, конечно, ещё не настоящий телохранитель, но отсутствием интуициии никогда не страдал, и сейчас эта самая интуиция подсказывала Воронцову, что его собственная судьба потихоньку соприкасается с судьбами многих других людей, и соприкосновение это опасно и для них, и для него самого.

«Не случайно все это…», — думал Сергей, вертя в пальцах незаженную сигарету: «Судьбе-злодейке было угодно, чтобы я поселился в этом номере, где какой-то неведомый мне «всеобщий друг» оставил что-то за батареей. Потом — явление холеной самочки Ирины, дальше — эти психи, укол в вестибюле, оригинальная проверка документов… И находка видеоглаза во время экзамена! Конечно, эти события вроде бы и не связаны, но на душе не спокойно… Быстрее бы закончить все и вернуться в Москву, что-то этот город начинает на меня давить…»

Спустя некоторое время Воронцов поймал себя на том, что ходит по номеру из угла в угол. «Нервы совсем расшатались! А завтра надо быть в форме, начинается самый важный экзамен — эскорт! Надо успокоиться и лечь спать! А может, сходить к дежурной по этажу и попытаться выяснить, кто жил до меня в этом номере?».

Сергей закурил, потом решительно затушил сигарету и вышел в коридор. Дежурная по этажу сидела в конце коридора, за углом, он уже был один раз у нее, когда меняли белье в номерах, и Воронцову досталась рваная навлочка. Пройдя по коридору, Сергей остановился у темной двери с надписью и «Дежурный» и постучал.

— Войдите! — проскрипел из-за двери неприятный женский голос.

Дежурной на вид было лет пятьдесят. Обыкновенная, замученная бытом и проблемами взрослеющих детей баба, с ниткой фальшивого жемчуга на морщинистой шее.

— Что вам? — недовольно спросила она, отрываясь от чтения женского журнала «Лиза».

— Я Воронцов, из номера 10–32! Скажите пожалуйста, я могу узнать, кто жил до меня в этом номере?

Женщина тревожно посмотрела на Воронцова, потом устало откинулась в кресле:

— Я так и знала! Шила в мешке не утаишь! Вам кто сказал? Татьяна?

— Какая Тятьяна? — удивился Сергей, почувствовав холодок в груди.

— Горничная на этаже! Она растрепала, так?

— Да что растрепала-то? Я ничего не понимаю…

— Да про мужика этого… Мы договорились никому не говорить, чтобы клиентов не отпугивать. Но я вас в другой номер переселить не могу! Нет свободных, хоть режте! Идите к администратору, может, он что-нибудь подберет!

— Мне не надо в другой номер! — раздраженно, громче, чем надо, сказал Воронцов: — Я просто хочу узнать, кто жил до меня в номере 10–32!

— А вы на меня не орите! — с полоборота привычно завелась дежурная: — Я с вами вежливо разговариваю, а вы сразу на крик! Взяли моду…

Она подтянула к себе толстый журнал, откинула обшарпанную обложку, поводила по серым страницам толстым пальцем с облезшим маникюром.

— Вот, нашла! Полупанов, «Мэ. Нэ.»! Командировочный, из Москвы, как и вы… Ой, а он что, был ваш знакомый?

Слово «был» неприятно резануло слух Воронцова. Самые мрачные предположения сбывались.

— Почему вы сказали «был»? — спросил Сергей, в душе надеясь, что дежурная просто оговорилась.

— Так он же это… Татьяна, значит, вам не говорила… Ох, не знаю… Выпрыгнул он из окна, сердешный! Пожил с неделю, а потом посреди белого дня — раз! Закрылся в номере, и в окно и выпрыгнул! Милиция была, опрашивали нас всех. Никто к нему не заходил, он сам! Но переселить я вас не могу, идите к администратору!

— Не надо меня переселять… Я не суеверный! — махнул рукой Воронцов и пошел из кабинета дежурной. Уже в коридоре она, выбежав следом, окрикнула Сергея:

— Так он знакомый ваш был, или родственник?

— Коллега по работе! — ответил Воронцов и свернул за угол. Вот так-так! Все одно к одному!

В номере Сергей первым делом подошел к окну, почему-то безошибочно выбрав левое, выходящее на улицу, и глянул вниз. Внизу горел фонарь, стояли несколько припаркованых к тротуару машин, туда-сюда двигались темные пятна — пешеходы.

Неведомый Сергею Полупанов в тот, роковой для себя день, тоже, наверное, сперва посмотрел вниз, потом открыл окно и…

Воронцов шарахнулся от окна, лег на кровать, включил телевизор, зажег все лампы, какие только были в номере, достал купленную в тот самый, «уколотый» вечер, книгу, и попытался отвлечся чтением. Получалось плохо — какая-то занозоподобная мысль не давала Воронцоау покоя, постоянно отвлекая его.

«Ты просто устал!», — сказал себе Воронцов, отложил книгу, лег и закрыл глаза. Он действительно устал за этот месяц бесконечных тренировок, он просто вымотался, а звтра его ждал последний, самый сложный экзамен.

Эскорт — это, собственно, то, что можно назвать непосредственной работой телохранителя. Стрельба из всего, что стреляет, способность выживать самому и защищать клиента в самых немыслимых условиях, и прочее, чему учили в «Щите» — все это телохранитель должен уметь для экстренного, непредвиденного случая. А рутина, «обыденка», так сказать — это эскорт, или — охрана и сопровождение клиента в людном, общественном месте, со всеми вытекающими отсюда сложностями и трудностями.

Для проведения экзамена всю группу опять же повезли в реальные условия, в питерский «Бизнес-Центр». Работников и охрану центра предупредили, где-то в толпе посетитилей затерялись «террористы» и «киллеры», из приглашенных специально для такого случая представителей спецслужб. В их задачу входило «ликвидировать» охраняемое лицо. «Ликвидацией» считалось любое физическое воздействие, любое прикосновение к клиенту. Экзамен начался в десять тридцать две…

Воронцов шел левобоковым вторым, или седьмым по общей нумерации, в стандартной «восмерке» эскорта. «Клиент», роль которого играл сам глава экзаменационной комиссии, спокойно шествовал по средине, то и дело коварно меняя маршрут, то вдруг резко останавливался — посмотреть красивый эстамп на стене, вообщем, вел себя не лучшим образом.

«Восмерку», самый надежный вид эскорта, когда спереди, по бокам и сзади клиента находятся по двое телохранителей, группа выбрала не случайно. В густой толпе двигаться «восмеркой» не очень удобно, зато она идеально защищает клиента от пуль, нападений, осколков и прочих неожиданных неприятностей.

Даже если потом, в последствии, телохранитель будет работать в одиночку, сопровождая клиента, он всегда станет ориентироваться на «восмерку», занимая пустые места по кругу, советуясь со своей интуицией.

Люди в «восмерке» нумеровались «по солнышку»: левый передний — первый, правый передний — второй, и так далее, левобоковой первый имел восьмой номер.

Сейчас их «восмерка» тоже была не полной — пустовало место левого заднего и правобокового заднего, их отправили вперед эскорта, проверять адекватность поведения людей по ходу маршрута. С правой стороны можно было особо ничего не опасаться — эскорт двигался коридором, и там была глухая стена, а вот слева, со стороны Воронцова, в коридор то и дело «вливались» арочные переходы, полные народа — архитектура «Бизнес-Центра» была замысловата, как ходы короеда.

— Сейчас поедем на седьмой этаж! — нахально улыбаясь, вдруг обьявил «клиент», и зевнул: — У меня там важная деловая «встреча»!

Старший группы, левый передний, отставной офицер-морпех, носивший сильно не подходящую ему фамилию Маленьких при внешности Шварцнегера, по рации передал впереди идущему «дозору»:

— Маршрут меняется! Проверить лифтовый холл, освободить кабину лифта на подъем, проверить седьмой этаж!

Лифт — одно из самых опасных мест, очень подходящее для совершения теракта или покушения. Замкнутое пространство, высота лифтовой шахты…

— Воронцов, Акопов, Бурц! — скомандовал старший: — На усиление «дозора»!

Сергей вместе с двумя названными телохранителями ринулись вперед. Прямо, на лево… Вот и лифтовый холл. Один из «дозорных» стоял в открытом проеме пустой лифтовой кабины, лениво обьясняя столпившимся вокруг людям, что этот лифт неисправен, и их никуда не повезет, а сам тем временем зорко осматривал окрестности, вычисляя возможных «террористов».

Двое телохранителей уехали наверх, «подготовить» седьмой этаж к прибытию клиента, а Воронцов «взял» боковой коридор, перпендикулярный тому, по которому двигался эскорт.

На экзамен телохранителей экипировали по полной программе: бронижелет скрытого ношения типа «кольчуга», нож-универсал, «уокки-токки», металлоискатель, дозиметр, сюррикены, и, само-собой, пистолет, причем патроны были боевыми — здесь не в бирюльки играют!

— Первый, я седьмой! У меня чисто! — доложил Сергей, убрал рацию, и тут же увидел «террориста». По коридору, помахивая папочкой, грациозно переваливаясь на ходу, словно бегемот, вздумавший вдруг встать на цыпочки, к лифтовому холлу двигался полный, лысыватый человек, на ходу курящий сигарету.

Что насторожило Воронцова во внешности «бегемота»? Слишком уж легкая для человека такой комплекции походка, выдававшая тренированные мышцы? Неправдоподобно легкая папочка? Чуть оттопыривающийся слева пиджак? Все вместе? Сергей не успел над этим подумать, как и не успел сообщить первому о своих подозрениях — из коридора уже появился эскорт, мелькнуло лицо «клиента» за спинами телохранителей, и одновременно с этим «бегемот» чуть-чуть, практически на несколько сантиметров, изменил свой маршрут, двигаясь наперерез эскорту. Их разделяло метра три, а в полутора метрах от «бегемота» застыл Воронцов, лихорадочно соображающий, что ему делать. Вот уже Маленьких заметил окаменевшее лицо Сергея, кивнул, мол, что случилось, вот «бегемот», перехватывая папочку, подходит все ближе…