Сергей Волков – Твой «Демон Зла»: Поединок (страница 8)
После второй недели обучения тело, наконец, справилось с нагрузками. Мышцы перестали болеть, после разминки с восмидесятикилограммовой штангой больше противно не дрожали руки, а в глазах не мельтешили красные пятна. Кроме того, Воронцов считался лучшим в группе по стрельбе, да и по спецпредметам, типа ориентирования или «шмона», как они прозвали «обнаружение скрытых спецсредств, угрожающих клиенту», тоже был одним из лучших, и это наполняло сердце законной гордостью.
Приближался выпускной многоступенчатый экзамен. Психолог, работавший с группой, все чаще заводил разговор о скрытых возможностях человека, которые так необходимо уметь вовремя пробуждать, о интуиции, о паранормальных явлениях.
«Телохранитель должен не просто защитить клиента от опасности, он должен уметь почувствовать опасность до того, как жизни или здоровью клиента будет что-то реально угрожать! Там, где можно уклониться, надо уклоняться. Телохранитель должен стараться уклоняться всегда!»
В Питере стояли жуткие морозы. Влажный воздух Балтики превращал двадцатиградусную холодину в настоящую пытку, серые зимние дни по прежнему были очень коротки, и не смотря на явные успехи, Воронцов ощутимо скучал по Кате, по Москве, по друзьям…
Но всему на свете приходит конец. Конечно, месяц учебы не сделал из Сергея супермена, но процесс преподавания в «Щите» был поставлен так, что двоечников тут просто не было, и если уж ты что-то запомнил, чему-то научился, то — навсегда.
В первый день выпускного экзамена Воронцов встал пораньше. Тщательное бритье, душ, завтрак, и вперед, марш-марш! От сотрудников «Щита» Сергей слышал, что из каждой группы примерно половина не сдает выпускного экзамена, и получает вместо диплома «волчий билет» — справку, подтверждающую, что курс лекций и практических занятий в школе телохранителей «Щит» пройден. Но не более того!
Первым в списке значился экзамен по стрельбе. Тут Воронцов был спокоен на все сто. Стрелять надо было из четырех видов оружия — пистолета, ружья, автомата и пулемета. Мишени тоже различались — обычная, поясная, движущаяся, звуковая, летящая. Во время экзамена то и дело происходили «случайности»: гас свет, взрывались петарды, мишени меняли траекторию движения…
Сергей, спокойно, как во время занятий, расстрелял все цели, и только со стрельбой на звук вышла незадача — в момент контрольного сигнала рванул «сюрпризец» — светошумовая граната, и Воронцов промахнулся.
Следующий экзамен сдавали на полигоне — вождение. И тут подарков от экзаменаторов хватало — потайные ямы, шипастая лента «скорпиона», вдруг раскатывающаяся перед машиной на скоростном участке дороги, белый, непроглядный дым, неожиданно заволакивающий все вокруг, поломки машин.
После первого экзаменационного дня Воронцов вернулся в гостинцу, уставший, как собака. Он даже забыл в условное время позвонить Кате, а когда спохватился, стрелки часов показывали половину одиннадцатого.
— Алло, Катя? Привет! Слушай, замотался, забыл позвонить! Как ты?
— Все нормально! Сегодня сдавала анализы — врачи говорят, что все хорошо! Как твой экзамен?
— Сдал первый тур, допущен ко второму! Стрельба — 95 баллов, вождение — 81!
— Ну, поздравляю! Ой, Сережа, давай уже приезжай скорее! Я так соскучилась!
— И я, родная! Но экзамены закончатся только на следующей неделе, так что раньше пятницы и не жди!
— О-хо-хо! Еще восемь дней! Я тут с ума сойду от тоски! Сережка, больше никогда не разрешу тебе уезжать так на долго, будешь брать меня с собой!
— Хорошо, киса, договорились! Что нового на работе!
— Да все нормально, по прежнему! Да, я же уже три дня хожу в «КИ»-клуб!
— Куда? — удивленно переспросил Воронцов, что-то припоминая.
— «Клуб интеллигенции»! Ну, я тебе ещё перед твои отъездом рассказывала! Ой, там так интересно!
— Да-а? — с сомнением спросил Сергей: — И чем вы там, интересно знать, занимаетесь?
— Ой, да ну тебя! Я на третьем месяце, а ты все ревнуешь! Просто общаемся, разговариваем! Вот приедешь, я тебя обязательно свожу! Ну ладно, Сереженька, давай, а то у тебя там денежка набежит большая! Целую, жду, не дождусь!
— До скорого свидания, милая! Тоже целую!
— Ну пока!
— Пока!
Воронцов положил трубку и усмехнулся — «КИ»-клуб! Ишь ты, придумают же! Ладно, лишь бы Катьке было хорошо…
На следующий день, в воскресенье, был только один, но очень важный экзамен — «шмон». Всю воронцовскую группу повезли в реально существующий, типичный, так сказать, офис одного из коммерческих банков на Гороховой, закрытый по случаю выходного дня, и дали задание — за полчаса контрольного времени проверить зал заседаний, коридор и приемную на предмет «спецсредств», причем не количество, ни виды этих самых «средств» не назывались.
Воронцова, как самого опытного в таких делах (за время учебы ему удавалось находить «сто из ста»!) группа, посовещавшись, отправила в сободный поиск, остальные начали планомерный просмотр ковров, радиаторов отопления, выключателей, горшков с цветами, телефонов, разеток, светильников, копьютеров, мебели, датчиков пожарной безопасности.
Понятно было, что скрытые микрофоны, видеоглазки, звукозаписывающую аппаратуру, капсулы с отравляющими газами в коридоре устанавливать ни кто не будет — по коридору интересующий «террористов» обьект проходит быстро, что там больно запишешь? Воронцов прикинул хвост к носу и сразу отправился в зал заседаний.
«Так! Круглый стол, десяток кресел, стол секретаря, компьютер, три телефона, кадки с растениями, сигнализация, деревянные панели на радиаторах, картины на стенах. Ничего сложного! Ну-с, начнем!», — скомандовал Воронцов сам себе и пошел по кругу под взглядами застывших у дверей членов приемной комиссии.
Он без труда отыскал в цветочном горшке «жучок» звукозаписи, снял ещё пару с обратной стороны стульев, вынул из копьютерной «мышки» капсулу с отравляющи газом, срабатывающую от нажатия, а потом пришлось довольно долго повозиться, вытягивая из полой ножки тяжеленного стола двадцатипятисантиметровую «колбасу» платиковой взрывчатки, снабженную взрывателем с таймером.
Время шло, голоса ребят из группы слышались уже из приемной, пора было сворачиваться и идти им на помощь — вдруг чего-то пропустили? Но Воронцова не покидало чувство, что он ещё не закончил с залом.
«Здесь я смотрел! Это что за провод? А, сетевой, от компьютера! Это пожарная сигнализация, эту розетку я уже смотрел… Ага, вот это уже интересно!»
Круглое зеркало, висящее слева от двери, старинное, в дорогой бронзовой раме, чем-то заинтересовало Воронцова… Да он и сам не мог сказать в тот момент, чем! Зинтересовало, и все!
Сергей снял зеркало с могучего крюка, осмотрел внутреннюю строну, достал тонкий узкий универсальный нож из нарукавного чехла, поддел второе, внутреннее стекло…
— Воронцов, что вы там нашли? — раздался голос одного из инструкторов «Щита».
— Я, честно говоря, и сам не знаю! Как говориться, это мы не проходили!
Этого они и в самом деле не проходили! Зеркальная поверхность с обратной стороны оказалась идеально прозрачной, словно обычное стекло, а между нею и задним стеклом, в узком, двухмиллиметровом зазоре распологался круглый, необычайно плоский десятисантиметровый обьектив, соединеный проводами с элементом питания и черной, рубчатой, тоже очень плоской коробочкой.
«Щитовцы» сгрудились вокруг необычайного устройства, переговариваясь вполголоса.
— Кто расставлял приманки? — спроил глава экзаменационной комиссии.
— Я, Лев Яковлевич! Но это не мое! — отозвался преподаватель по «шмону», расстеряно разводя руками.
— Лев Яковлевич! Мне кажется, курсант Воронцов обнаружил видеокамеру, установленную тут теми, кто в действительности интересовался деятельностью этого банка! — подал голос эксперт по «спецсредствам», приглашенный для участия в работе экзаменационной комиссии из ФСБ.
— Это я понимаю! — несколько раздраженно ответил Лев Яковлевич: — Я не пойму другого — кто изготовил эту штуку? Я всю, можно сказать, жизнь занимаюсь разведкой, контрразведкой, «спецурой» разной, считал себя докой, а тут…
— Да бросте вы! — махнул рукой «фээсбэшник», осторожно отсоединил проводки от обьектива, кивнул на круглую черную, рубчатую блямбу рядом: — В сущности, ничего нового, просто качественно другой технологический уровень исполнения! Вот блок питания, вот — усилитель сигнала. Это, как вы уже поняли, видеоглаз. Приемник находиться где-то недалеко, например, на чердаке этого здания — я не думаю, чтобы у столь маленького передатчика хватило мощности транслировать сигнал на большие расстояния. Где представитель банка? Вы, да? Вызывайте начальника охраны — у вас большие проблемы!
— Да-а-а! — хмуро протянул Лев Яковлевич, проводил взглядом побледневшего работника банка, бегом умчавшегося звонить начальству, потом повернулся к Воронцову, так и стоящему поодаль.
— Поздравляю вас, Сергей Степанович! Ваше умение, что называется, выше всяких похвал! Ну все, господа! По техническим причинам экзамен окончен, да, по сути, вы его сдали! Вы, там, в коридоре, пропустили термодатчик под паркетиной, а у вас, Воронцов, здесь все чисто!
Вечером, вернувшись в гостиницу, сидя в кресле перед телевизором, Воронцов размышлял над своей находкой во время экзамена. «Настоящий телохранитель должен интуитивно предчувствовать опасность и уметь от неё уклоняться! Высшая смелость телохранителя — увести, спрятать клиента, сохранив ему тем самым жизнь!».