Сергей Волчок – В бой идут... (СИ) (страница 7)
На сей раз я для разнообразия покачал головой.
— Ясно. Каждый раз одно и то же! В правом верхнем углу, под шкалой здоровья, на самой границе видимой области, латинскую букву «i» видишь?
— Да — подал голос я.
— Сдвинь ее вправо.
Как только я мысленно сдвинул стрелку, передо мной появилась таблица
ИМЯ: ВАЛЕНТЫНЫЧ
ТИП АККАУНТА: РАБОЧИЙ
РАСА: ЧЕЛОВЕК
УРОВЕНЬ — 0
ПРОФЕССИЯ: РЫБАК
УРОВЕНЬ МАСТЕРСТВА — ПЕРВЫЙ
ОСВОЕНИЕ УРОВНЯ — 0/500
БАЗОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:
СИЛА — 7
ИНТЕЛЛЕКТ — 10
ЛОВКОСТЬ — 5
ВЫНОСЛИВОСТЬ — 4
НАВЫКИ: НЕТ
ДОСТИЖЕНИЯ: НЕТ
— Выносливость сколько? — пробасил мужик.
— Четыре.
— Раскрой ее.
— Чего?
— Блин, кликни по характеристике и читай что выпадет. Вслух читай!
Под характеристикой «выносливость» появилось еще пять строчек, которые я немедленно огласил:
ЛЕВАЯ РУКА — 6
ПРАВАЯ РУКА — 6
КОРПУС — 5
ЛЕВАЯ НОГА — 2
ПРАВАЯ НОГА — 2
— Вот, блин, у него ноги — два, а он тут козлом скачет! — негодовал наш Вергилий[17]. — Вам что — не объясняли? Пять — это минимум для нормального функционирования, то есть с руками и корпусом у тебя сравнительно неплохо и сидя ты сможешь работать нормально. Но вот ноги у тебя будут выносливость жрать как не в себя. Поэтому при передвижении следи внимательно за шкалой здоровья, как снизится до желтого цвета — делай паузы для восстановления. В сидячем положении здоровье восстанавливается быстрее. Ниже желтого падать не позволяй, на красном каждая единица восстанавливается вдвое дольше. Все проверьте у себя — у кого какой параметр меньше пятерки?
— Корпус четыре, я спиной маюсь… Маялась… Маюсь там! — наконец-то сформулировала Семеновна.
— А общая выносливость?
— Пять.
— Пять нормально, — резюмировал меченосец. — Пять — это у нас здесь самая любимая оценка у контингента. Ладно, я смотрю бегун из красного сектора вылез. Пошли потихоньку к интенданту, вашему скороходу плюсовой шмот на ноги выписывать.
Да — спохватился он. — Меня зовут Эрик Бравый, я десятник стражи «Второй молодости». Ну там типа добро пожаловать в наши ряды, мы рады и счастливы, бла-бла-бла. Приветственную речь оглашать?
— Пошли уже — хмыкнула Семеновна. — Нам бы нашего Тырыпыжку довести.
И мы пошли.
***
Пока шли, я вдруг сообразил, что меня смутило в недавнем диалоге и во время очередных «восстановительных посиделок» поинтересовался у Эрика, откуда он узнал, как меня зовут в игре. Тот вытаращил глаза:
— Вы и этого не знаете? Просто пристально посмотри в пространство над моей макушкой.
Я так и сделал. Почти сразу появилась синяя надпись «Эрик Бравый, 12 уровень». Как интересно… Я перевел взгляд на моих спутников, остальные, судя по бегающим глазам, занимались тем же самым. Через минуту весь наш маленький отряд смеялся. Нет, не смеялся — ржал самым непотребным образом. Даже Снежная королева изогнула губы в улыбке, Митрич так просто стонал, всхлипывая.
Прозвище Митрича мне (да и всем остальным) было уже известно, так что «Товарищем капитаном» меня было не испугать. Но над головой Семеновны алело (наши имена были почему-то оранжевыми, а не синими) таинственное «ДИНКИЛЯКЕР», а Мегера Сергеевна и вовсе рдела каким-то наркоманским «С-С-С-…».
— Ну, мля, и список личного состава у нас: Товарищ капитан, Валентыныч, Динкилякер и С-С-С-… Даже когда к нам группу призывников из Тувы привезли — даже там в фамилиях такого непотребства не было! — выдохнул из себя Митрич и вновь зашелся в гоготе.
— Ради бога, Семеновна, почему Динкилякер-то? — отсмеявшись, спросив я.
— Так фамилия жеж. Девичья, ага. Я ить из немцев буду, у нас пол-деревни Динкилякеров, пол-деревни Фогелей было.
— Я-я! Дас ист фантастиш[18]!!! — стонал Митрич, из глаз которого катились слезы размером с кулак.
— Черт, неожиданно как-то, никогда бы не подумал, что ты немка, — признался я. — А почему тогда Нина Семеновна?
— А кем мне еще быть-та? Брунгильдой Зигфридовной чтоле? — обиделась выявленная тевтонка. — С осмнадцатого века, почитай, в Россеюшке живем.
— Сергеевна, добей меня! — возопил обретший дар речи Товарищ капитан. — Скажи, что это змеиное шипение и есть твоя девичья фамилия. Христом богом прошу — сознайся! Покайся, тебе скидка выйдет[19]! О-о-о!!!
Обладательница свистящего имени уже сидела с каменным лицом, привычно разглядывая что-то сквозь нас, и объяснять что-нибудь явно не собиралась.
— Что пристал, голова-фуражка? Догадаться трудно, чтоле? — вступилась за подругу Гретхен — Светлана Сергеевна Сабурова потому шта, а точки и черточки — так меньше девяти знаков нельзя.
— Ой, не ври мужчине, женщина! — продолжал ржать капитан. — Так и скажи: «Вот с-с-с…» — это то, что она всегда от мужиков слышит, когда спиной к ним поворачивается.
— Вы закончили знакомиться? — уточнил ухмылявшийся Эрик. — Пошли уже, так мы никогда не дойдем.
Дошли мы, впрочем, довольно быстро. «Деревня стариков» была абсолютно безлюдной, лишь на входе слонялся какой-то расхристанный юный воин с унылой физиономией. Эрик привел нас в избу, внутренности которой больше всего напоминали сельский магазин с ассортиментом от мотоцикла до хлебушка. За прилавком что-то жевал длинный тип, зачем-то вырядившийся топлесс, не иначе — как похвастать перекаченной мускулатурой. Странный облик для лавочника.
— Индиго, привет! — сразу взял быка за рога Эрик. — Это новенькие, у них все довольно прилично, выдай из кланхрана[20] одну обувку на +2, а лучше +3 к ногам — и мы тебя не беспокоим. И не зависай, мне через полтора часа еще одну группу встречать. Ну и тревожные камни, как всегда. В сопровождение к ним кто?
Повисла пауза, Индиго, похоже, все-таки «завис».
— Нету! — наконец-то изрек он, и победно продолжил возвратно-поступательные движения нижней челюсти.
— Чего нету? — начал закипать Эрик.
— А ничего нету. Камни дам, а вот шмота нет, и сопровождающего тоже нет.
— Как нет сопровождающего? — взъярился Эрик. — А с кем я их в поле отправлю?
— А ты заявку оформлял? Нет? Ну так какие вопросы?
Эрик сжал кулаки так, что побелели костяшки, но заговорил неожиданно ровным и спокойным голосом. Тем самым голосом, которого умные люди опасаются гораздо сильнее любой истерики с воем и пеной у рта.
— Индиго, давай наши с тобой отношения останутся нашими с тобой отношениями, хорошо? Давай мы их не будет на работу переносить, очень прошу. Мы что — теперь уже между собой заявки пишем? Друг другу бумажки носить будем, да? Мало нам отчетности? И ты, и Серый прекрасно знали, что у меня сегодня две группы, и если вторую я и сам смогу в поле отвести, то с этой — это подстава. Реальная подстава, ты понимаешь? Да, формально ты прикрыт, вина целиком моя, заявы нет, но ты же не думаешь, что я тебе это забуду? Да, Индиго?
И очень нехорошо посмотрел на собеседника. Очень.