Сергей Усков – Держись за воздух (страница 4)

– Иди. Что раздумывать? – Жига, готов лично выдать рекомендацию владельцу складского хозяйства. – Ты же раньше примерно тем же занималась, пока не пришлось перевестись на другую работу, чтобы появилось больше времени быть со мной. Я же рос трудным подростком. Теперь беспокоиться не о чем. Мы на правильном пути.

– Так уж на правильном? – усомнилась Зина. Сама в душе уже успокоенная, что сын вырос не балбесом и не хулиганом.

– Крепкая дружба хранит от многих бед, – изрек Жук.

Татьяна потрепала за вихры сына: умник выискался, афоризмами заговорил!

– Зинуль, занимай скорей эту должность. Ты у нас немногословная, обстоятельная, – резюмировала Татьяна.

– Главного не сказала. Нужен личный автомобиль. В нагрузку вменена работа курьера. И кое-что другое, где нужен личный транспорт.

– У тебя есть права. Помнится, лихо рассекала на «Москвиче» деда, – сказал Жига.

– Тот «Москвич» давно крякнул, но права продлила.

– Теперь купи «Ладу», чтобы в жизни дальше ладилось. – Жига повел плечами, точно борец перед решающей схваткой. – От нашего миллиона осталось половина. Как раз хватит, если попасть на акции и скидки. Или купить чуть подержанную, чтобы не ждать распродаж.

– Берите новую, – сказал Жора. – Недостающую сумму возьмете из нашей доли.

– А лучше сбросимся вдвоем, – поддержал Жук. – Мама, у меня вряд ли сама сядет за руль. Мне сейчас рано покупать машину. Что толку, если купишь? Будет стоять в гараже. А через три года, когда сдам на права, будет и денег больше и выбор шире.

Татьяна картинно присвистнула. Восхитила уверенность сына, что всё у него в жизни срастется как надо. Секунду поколебавшись, сказала:

– Классический тип кладоискателя, когда всаживают пули, предают. Вы действуете наоборот. Вы готовы отдать до последнего рублика.

– Для нас деньги не цель, но средство. Сегодня всем скопом помогаем одному, завтра другому из нас, – сказал Жук.

– Кстати, – воскликнула Светлана, – мы не закончили нашего судебного разбирательства!

– Хорошо, – сказала Зина. – Предлагаю судьям удалиться в совещательную комнату.

Татьяна кивнула. Три мамаши переместились на кухню, прихватив бутылку шампанского.

Подследственные продолжили пиршество. Рты, перемалывая вкуснятину, сотрясали воздух, радостными вскриками. Так на острове рвали зубами зажаренного на вертеле кролика, как пять тысячелетий назад первобытные пацаны услаждали чрево дарами удачной охоты.

С кухни доносился звон бокалов, перемежаемый всплеском заразительного смеха. Вскоре появились самостийные судьи, раскрасневшиеся и с увлажненными глазами.

– Мы вас реабилиорети… тьфу ты… реабилитирировали. – Татьяна запуталась в произношении.

– Оправдали, – поправил сын.

– Точно так. И знаете почему? За вашу искренность и за желание пустить на пользу всем нам, все-таки, неизвестно откуда взявшиеся деньги.

– Почему неизвестно откуда?! Из воздуха. Только из особого подземного воздуха, в котором разлита животворящая эссенция. Мы реально можем держаться за этот воздух. Но попробуй мы расскажи об этом в соответствующих органах! Не поверят, упекут в дурдом.

– Причем, – взял слово Жора, – есть понятие презумпции невиновности. Если к кому-то прибыло в материальном плане. А ни у кого другого не убыло, значит… значит, чудеса случаются!

– Подоходный налог на чудеса не распространяется.

– Ладно, завершаем прения, – сказала Зина. – Наш вердикт будет такой. Огласите, пожалуйста, Татьяна.

Театрально сведя брови к переносице и напрягая губы, Татьяна вытолкнула из горячего материнского сердца судьбоносные слова:

– Трепещите! Именем трех матерей, брошенных всеми и вся на произвол коварной судьбы, благодарим за истинно сыновний поступок. Пусть этот миллион будет подъемными от самой судьбы. Следующий миллион призываем немедленно задекларировать и действовать в строгом соответствии с законами нашей страны.

Друзья захлопали в ладоши. Затопали ногами. Затрясли головами. Вскинули руки, сжав кулаки.

– Ура! – завопил Жора, и друзья его поддержали. – Мы больше не стрёмные бедняки! И пусть Фимка почернеет от зависти!

***

Середина лета и три недели, как покинули подземелье. Жара и частые грозовые дожди. Впереди вступительные экзамены в политехнический колледж. Желание выглядеть достойно, исключить «авось повезет» необычным образом дисциплинирует.

Внутренняя дисциплина, когда сам устанавливаешь манеру, цель и способы, абсолютно несопоставима с внешней, насаждаемой родителями. Это когда мамочки срывают голос, принуждая безалаберное чадо делать весомое и полезное.

После испытаний в Подземном бастионе удивительным образом усилилась тяга к знаниям. Жук, Жора и Жига с интересом штудировали учебники, быстро вникая в суть. Физика уже не кажется скучной, математика приятно бодрит мозги, география будоражит мечту, в биологии усматриваются натяжки и пробелы. Теория эволюции Дарвина после увиденного в подземелье выглядит бездоказательной аксиомой.

Жизнь полна чудес. С каждым уходящим столетием множатся тайные сокровищницы, куда прячут, упаковывают недоделанное, недопетое, недодуманное. Прячут подальше от язвительных взглядов пухлых обывателей. Оберегают от нахрапистых дельцов, от безбашенного ворья.

Все эти блага могут открыться лишь достойным, соответствующим строгому образу, в который с успехом входят пятнадцатилетние друзья. И здесь одна из важных составляющих – не быть неучем. Выбрать профессию по сердцу, равно по призванию. Изучить скрупулезно теорию, так называемые прикладные науки. Шаг за шагом, день за днем вдумчиво работать, сплавляя теорию и практику в конкретный поразительный результат.

Качественный рывок в материальном благополучии дал больше времени для самостоятельных занятий. Добрую часть утренних часов друзья посвящали решению задач по физике и математике и другим предметам. Для уяснения хода решения вникали в теоретические основы, подробно разбирали тот или иной физический закон. Механику с её статикой и динамикой усвоили в пару присестов. Быть может, сказались уроки Инокента, когда вверх головой постигали азы умения задействовать сверхвозможности, что таятся внутри каждого. Без дарованного судьбой Учителя они скукоживаются, сходят на нет. И вот уже голоштанный работяга окончательно топит в хмельных напитках уникальное эго.

Бывало, поутру ребята собирались у Жука, где заранее распределившись, кто какой экзаменационный вопрос изучит, слушали друг друга. Жора расскажет об ускорении свободного падения и тут же посчитывали силу удара пятикилограммовой болванки, сброшенной со стула и с крыши четырехэтажного дома. Разница в силе удара тот самый элемент чудесности, что таит природа. Пусть в данном случае это называется гравитацией. В другом случае можно теоретически вывести формулу телепортации и телекинеза. Правда, для получения равенства приходится вводить безразмерный поправочный коэффициент, подобный постоянной Планка или числу Фибоначчи.

Один из поправочных коэффициентов назвали в честь Инокента. Впрочем, формулу до конца не вывели. Нужны дополнительные экспериментальные данные. Главное, что есть понимание о физической основе испытанных паранормальных, но для дружной троицы чрезвычайно нужных явлений. Как ни крути, вернуться в подземелье придётся. И лучше не упакованным в ящик под размер тела, на пир червям, микробам… и Бяше.

Из разделов физики особенно привлекала термодинамика – наука о тепловых движениях, о закономерностях перехода из одного агрегатного состояния в другое. Из газообразного – в твердое, и в обратном порядке, если энтропия системы близка к идеалу. Интриговало понятие «тепловая смерть», озадачивала способность энергии при абсолютном нуле становиться эмбрионом иной формы жизни.

Подобные научные изыски год назад представились бы умопомрачительной абракадаброй, страшной мутью. Реальным пацанам тонкости науки, да и сама она в целом и в частности – по барабану. Это до тех пор, пока реальные пацаны по самонадеянности не попадут в небывалую переделку. Тогда либо голову с плеч долой, либо наполняй себя новыми знаниями, оттачивай умения противостоять, не разбивая кулаки в кровь.

На занятия уходило не так уж и много. Пару часов после завтрака, иногда больше. После выходили во двор в спортивных костюмах. Неподалеку спортивная база с беговой дорожкой (где бились в кровь с шайкой Джона), с баскетбольным полем и хоккейным кортом. Зимой открывался прокат лыж, летом – ролики и новомодные электросамокаты.

Здесь друзья ежедневно пробегали два трехкилометровых круга. Затем упражнения на брусьях и турнике. После обеда и короткого отдыха отправлялись на городской пляж, когда пешком, когда на крутых велосипедах. Там подолгу плавали, загорали на горячем песке. Лето баловало. Северный ветер гнал холод то на восток, то на запад, закручивая над городом южные циклоны. Вечерами собирались у кого-нибудь дома и смотрели на мониторе компьютера научно-популярные фильмы. Об астрологии, о мантиях Земли, об эволюции жизни.

Матери, разумеется, не могли нарадоваться. Свершилось главное, что желает каждая мать – вложенное в чадо любовь и забота возвращается несметным добром, крепкой опорой в многотрудной жизни. Помимо бескорыстной материнской любви что-то еще вмешалось во взросление сыновей. Это можно назвать по-разному: Удача, милость Ангела, невероятное стечение обстоятельств.