Сергей Усков – Держись за воздух (страница 6)

Вопросы не отпускали. Рукописная книга закрыта, в живую память загружены мысли и чаяния далеких и тоже время близких предков. Жук соскочил с кресла, распахнул окно. Облокотившись о подоконник, обозрел двор с высоты четвертого этажа.

Кучерявыми матронами высятся березы. Листья не колышутся. Июльское солнце притягивает за уши, вливая жар в глаза, за ворот легкой футболки. Приятно. Жук повел плечами. Круговым движением головы размял шейные косточки. Выгибая тело вокруг невидимой оси, разогрел спину совсем как тогда на лужайке у бревенчатого дома под мерный счет Инокента. Осталось обуться – и дворовая территория примет пятнадцатилетний сгусток энергии.

Жук выслал эсэмэс друзьям: всего один условный знак, знаменующий об утреннем сборе во дворе. С предвкушением удовольствия ступнями ощутил прохладу эластичного нутра удобных кроссовок. Специальная подошва придавала упругость шагу. Суперские кроссовки! Раньше не мог себе позволить дорогую качественную обувь, как и все остальное: одежду, гаджеты…

Лестничные марши с четвертого этажа преодолены за восемь мощных прыжков. Дверь подъезда резко распахнулась, словно не выдерживая натиска молодой непокорной силы.

Девичий вскрик и кошачий вопль знаменовал выбег Жука на крыльцо дома. По левую сторону от двери вытянулись по струнке две пигалицы из соседнего двора. По правую же сторону вздыбилась небезызвестная трехшерстная кошка: спина дугой, хвост трубой и толще раза в три; пасть оскалена. Нешуточные клыки ослепительной белизны в кровавых разводах.

Ошарашенный Жук перевёл глаза на девиц. Обе с показной стройностью, которая на самом деле обычная худоба от недостатка здоровой пищи, раннего пристрастия к никотину, и, быть может, еще к невесть каким извращенным удовольствиям. Матовая бледность скуластых личиков отливала ядовитой болотной хмарью. Короткие шорты с измочаленным кантом выказывали нижнюю округлость загорелой попы. Топик обтянул непропорционально большую грудь. Прямые волосы у девиц ниспадают за плечи, точно легкая шелковая ткань. Одна девица стилизована под яркую блондинку, другая под жгучую брюнетку. Ярко-алые губы подчеркивали неутоленную жажду страстных поцелуев. Пусть даже такую гибельную, как рана, истекающая алой кровью.

Жук приостановился. В чем дело? – вопрошал взгляд реального пацана.

– Шизанутая кошка! – взвизгнула брюнетка. – Ленка хотела чуть подвинуть её на скамейке. Дебильный зверёк вцепился ей в руку, вдобавок саданул когтями. Часом не бешеная?

– Кто?

– Кошка, блин!

– Муська спит здесь в это время.

– Да мы присели покурить. Плевать нам на кошку.

– Что базарите? – взмолилась блондинка, истекающая кровью. – Катька, сделайте что-нибудь!

– Помоги, юноша. Скоро вся скамейка будет багровая. Под скамейкой ляжет трупик Ленки.

Жук хмыкнул. Его широкая ладонь обхватила руку девицы чуть выше раны. Пальцы сомкнулись в крепком обжатии, подобно медицинскому жгуту.

– Руку подними выше. Над головой держи, вот так, – Жук, стоя лицом к Лене, направил её руку. Худосочная девица, теряя сознания, прижалась к Жуку. Он резко отпрянул от жаркого девичьего тела.

Между тем, Катька шустро отскочила на метр. И с разных ракурсов запечатлела на смартфон тактильный контакт жертвы настоящей с жертвой в будущем.

Жук заметил вспышку дисплея смартфона:

– Чего вздумала?

– Да, блин, в скорую помощь позвонить. Призабыла телефон спасения.

– Вызывай такси. Скорая на такие вызовы не ездит.

– Откуда знаешь? – Катька вскинула на него бесстыжие глаза.

– Если бы кошка руку, или хотя бы пальчик оттяпала – тогда другое дело! В вашем случае делается так: резиновым жгутом пережимается рука повыше раны. Под жгут нужно подсунуть бумажку с временем его наложения. И в течение часа добраться до больницы, прямиком в травпункт.

– Вдруг не успеем. Попадётся таксист-маньяк. На кровь распалится. Изнасилует и убьет! – заныла Лена.

– Тоже решение проблемы относительно руки, – съехидничал Жук.

– Фильтруй базар! – прикрикнула Лена. – Из-за этой сраной кошки помирать, когда еще и не жили?!

– Тогда делайте, как сказал. Сейчас сбегаю домой. Где-то был у нас резиновый жгут.

– Резиновый жгут, – повторила Катька, соображая, что же это может быть? Вдруг озарило. Она с придыханием вскрикнула: – Стой, блин, гондон не подойдет?

– Чего-чего? – Жук смутился. Легкий румянец вспыхнул на загорелом лице.

– Чё, блин, не понимаешь, что такое презерватив? Больной, что ли?! – Катька быстро вытащила из кармана шорт плотный квадратный пакетик в герметичной упаковке, похожий на влажную салфетку в наборе одноразовой посуды. Тонкими пальчиками с отлакированными ноготками привычно, со знанием дела надорвала упаковку. Красными ноготками подцепила резиновое колечко, скользкое от силиконовой смазки. Под хихиканье Ленки раскатала колечко в ленту длиной с пол-локтя пострадавшей, сантиметров 20 точно есть.

– Ого, какой! – Катька опустила глаза на штаны Жука, продолжая хихикать, сощурила плутоватые глазки.

– Чего ржешь, кобыла? Подружка кровью исходит. Скоро сдуется совсем. А что останется, в эту резинку засунешь. Здесь под кустом и закопаешь.

Напускной бравадой Жук создал дистанцию. Он девственник, ему надлежит на некоторое время стать элементом сакральной движущей силы. На порядок выше плотских устремлений. Отдав юный жар чистой души в топку скрытого привода развития сотворенного, он настроит себя (точнее пробудит высокие зоны подсознания) для собственной безвременной жизни. Придет время, он встретит девушку. Они сочетаются законным браком, родят детишек, исполнят биологический код продолжения жизни. Главное сейчас – это суметь послужить хранителям матрицы высшей силы, упрятанной в Подземном бастионе.

Эти мысли промелькнули как вихрь. Жук жестким тоном велел Катьке сменить его руку в обжатии покалеченной конечности Лены. Морщась, выхватил склизкую резиновую ленту из пальчиков с лакированными ноготками. Двукратно обернул тонкую ручонку растянутой резинкой. Бантик на запястье врос оригинальным браслетом с двумя украшениями: колечком и пипкой.

Под презерватив, обращенный в резиновый жгут, подсунул записку с указанием времени наложения. Исполнил в точности инструкцию Капитана, обучившего правилам и приёмам оказание первой медицинской помощи.

Классная получилась картинка: истекающая кровью девица с пикантным браслетом чуть выше запястья. Жук не заметил, что для истории зафиксирован этот новый способ применение популярного концераптива. Коллекция прикольных фоток Катьки удачно пополнилась. И не только для того, чтобы выкладывать в соцсетях и ловить лайки.

Глава 4. Рокировка уличных королей

За столиком, помещенным в центр резной беседки, друг напротив друга сидели Жора и Жига. В ожидании Жука развлекали себя отбиванием ритма козонками пальцев. Помнится, как поражены были мастерством Инокента отщелкивать ритм, давать импульс движению.

Длинные пальцы самого мудрого андроида творили бесподобное кружево звуков. Инокент восхищал. Он – саморазвивающиеся человекоподобное существо взял лучшее от гибнущего человечества; он материализовал в себе самые смелые и совершенные в отчаянном творческом полете мечты и фантазии.

После триумфального выхода из Подземного бастиона время для тройки друзей стало объёмным, многовекторным. Если в одном направлении дело притормаживалось, в другом набирало обороты, невидимыми нитями подтягивая и то первое, что легло камнем на дорогу.

Сегодня запаздывание Жука давало возможность занятиям вне расписания. Это умение ощущать ритм. Импровизировать со звуками. Ритмами подстегивать мысли, ощущения, воскрешать пережитые эмоции, укреплять мечты, соединять былое и будущее, и создавать новое сильное настоящее.

– Бум-бум пам-пам-пам… – Жига козонками отбивал чечетку.

– Трум-ба-барам бум-бам-бам – Жора лупил сжатым кулаком то по краю, то по сердцевине столешницы.

– Три-ки кам тар-кир-кан

– Туро-таро дыро-дамм

Друзья вошли в раж, вдохновленные сотворчеством. Казалось, беседку окружили возбужденные космасчане. Прихлопывали, подбадривали, добавляли редких низких частот. Тех частот, что потрясают до основания. Глаза друзей обволок туман Млечного пути.

Мистическое кружево рукотворного ритма движения ввысь разорвал голос Жука:

– Что за тренировка в отсутствии командира?

– Да так, само собой получается, – ответил Жора со вздохом. – Когда командира нет всякая хреновина лезет в голову. Где был товарищ командир?

– Наша Муська одной размалеванной телке царапнула руку так, что порвала вену. Кровища хлестала фонтаном. Не фонтаном, конечно, но кровью улилась. Я наложил жгут по правилам. Только жгут из гондона!

– Не фига себе! – воскликнул Жора, подмигнув Жиге. – А где взял?

– Они же и дали. Двое их было. В упаковке была резинка. Развернули её – так она длиной сантиметров 25!

– Неужели такие бывают члены? У меня короче и намного короче, – сказал Жора.

– Неси рулетку, будем мерить, – хохотнул Жига.

– Рулеткой у слона меряют. Нам линейки достаточно, – заключил Жук. – Придет время, померим в натуре и в деле испытаем.

– В каком деле? – Жига распрямил спину, поигрывая мышцами.

– Женимся когда-нибудь, – ответил Жук.

– Тогда и дружбе нашей капец.

Помолчали, обдумывая невеселую перспективу.

– Предлагаю вот что. Жениться в один день. Чтобы свадьба была вместе. И дети родись бы в один день, – сказал Жора.