Сергей Ульев – Поручик Ржевский или Любовь по-гусарски (страница 41)

Пьер попытался продраться за ними сквозь толпу, но его затолкали, оттеснили и, наконец, он потерял их из вида.

Глава 6. О, Натали!

Государь крутился между играющими в карты. Сам не играл, а только подглядывал, нашептывая затем соперникам чужие карты. Игра шла на деньги, и игроки, большей частью пожилые вельможи и генералы, сердились на его величество, однако, старались не подавать вида.

Александру быстро наскучило смотреть на их сосредоточенные, жадные лица, и он вернулся в танцевальный зал.

Веселый хаос, посеянный им, был в самом разгаре. Но теперь кавалеры вели себя с дамами куда развязнее, да и дамы позволяли себе многое из того, чему не учат в пансионах благородных девиц.

Царь хлопнул в ладоши, и словно по мановению волшебной палочки всё стихло, смолкло, и гости застыли, повернувшись к нему лицом.

— Вальс! — крикнул император и, подхватив ближайшую даму, закружился с нею волчком.

Мгновенно образовались новые пары. Но усталость после буйного веселья и хмель от выпитого вина давали о себе знать. Танцующие сталкивались, задевали друг друга задами, цеплялись локтями. А кое — кто, потехи ради, подставлял другим ножку. То и дело кто-нибудь валился на пол под дружный смех окружающих.

Наташа Ростова подбежала к поручику Ржевскому, который, прикрывая ладонью широко зевающий рот, сидел у колонны.

— Поручик! — радостно воскликнула она, присаживаясь рядом. — Вот вы где. Почему вы не танцуете?

— А мы себя в постели покажем-с.

— Вы уже собираетесь спать?

Ржевский усмехнулся.

— Отнюдь.

— Тогда о чем вы говорите? Пойдемьте вальсировать!

Она потянула его за руку. Но он не двинулся с места.

— Видите ли, сударыня, все женщины для меня делятся на тех, с кем я могу танцевать сколько угодно, и на тех, с которыми мне танцевать крайне затруднительно.

— Неужели я отношусь к последним?

— Угу.

Она обиженно надула губки.

— По вашему, я так плохо танцую?

— Напротив. Но, если б вы только знали, как стесняют в движении гусарские рейтузы! А между тем, ваша близость меня так возбуждает…

Обняв Наташу за талию, он принялся лобызать ее оголенные плечи.

— Поручик, держите себя в руках!

— Моя сила не в руках, сударыня…

— А в чем же?

— Это я вам потом расскажу… У меня в груди всё полыхает. О, Натали!

— Кё вулеву?

— Вы спрашиваете, что я хочу?! — вскричал Ржевский, вскочив. — Черт возьми, вы хотите знать, что я хочу? Да знаете ли вы, что больше всего на свете… — Он вдруг скривился. — Черт! Как хочется отлить.

— Не поняла?

— Пардон, сударыня, мне нужно ненадолго отлучиться.

— Что случилось? — встревожилась Наташа. — Вы так побледнели. Кэски сэ пасэ?

— Пасэ, пасэ. Пардон, мне нужно срочно выйти — помочь одному своему другу, с которым, я надеюсь, вас вскоре познакомлю.

— Познакомьте меня с ним сейчас. Он, наверно, тоже гусар?

— Скорее, артиллерист.

— И хорошо танцует?

— Пожалуй, что неплохо, хотя и несколько однообразно. Впрочем, партнерши еще никогда на него не жаловались.

— Я иду с вами, поручик. Не оставляйте меня одну.

— Подождите, я скоро вернусь.

Он ускорил шаг. Но она, как собачонка на привязи, припустилась следом за ним.

— Вы что-то от меня скрываете! — взволнованно твердила Наташа. — Вам помочь? Пётон ву зэдэ?

— Да, черт побери, питон у меня в заднице! — не выдержал Ржевский. — Вас это устраивает?

— Не надо говорить пошлости, поручик, — мягко пожурила его девушка. — Я знаю, вы не такой… вы хороший. Зачем вы сердитесь? Не надо хмуриться. Улыбнитесь мне, поручик, ну пожалуйста…

Ржевский протяжно застонал.

Глава 7. Французское белье

Когда вальс сменился мазуркой, царь пригласил Элен. Он давно приглядывался к ее блестящим обнаженным плечам, выступавшим из темного газового с золотом платья.

— Никогда не устаю любоваться вами, графиня, — сказал он, пристукивая каблуками в такт мазурке. — Вы словно праздничный торт со взбитыми сливками.

— Мерси, ваше величество.

Элен улыбнулась ему многозначительной улыбкой, которую он расценил как многообещающую.

Они летели вместе с другими танцующими по кругу, и вскоре у Александра от этих обворожительных глаз и мраморных плеч совсем закружилась голова. К счастью, именно сейчас по ходу танца требовалось встать на одно колено, чтобы обвести партнершу вокруг себя.

— Пойдемте в сад, — сказал он.

— Ваше величество собирается прочесть мне лекцию по ботанике?

— Да, я хотел бы рассказать вам кое — что о пестиках и тычинках.

— О, государь, я с детства мечтала разобраться, в чем же разница между ними.

— Я просвещу вас, графиня.

Предложив Элен руку, Александр провел ее в зимний сад.

Это был просторный зал, украшенный яркими фонарями. Среди кадок с деревьями порхали маленькие птички, в многочисленных фонтанах журчала вода, в небольших округлых бассейнах резвились золотые рыбки. И повсюду, повсюду были рассеяны цветы и декоративные травы.

На расставленных по периметру сада диванах сидело несколько воркующих парочек. Одежда у большинства дам была в заметном беспорядке. Сидевшие подле них кавалеры пылко объяснялись им в любви, не обращая внимания на соседей.

Войдя в сад, царь громко топнул ногой:

— Все вон!!

И через минуту здесь уже никого не было.

— Уважают, — с довольной миной заметил Александр, подводя Элен к одному из освободившихся диванов.

— Мы не просто вас уважаем, ваше величество, но и любим.

Усаживаясь, она подобрала платье, на долю секунды явив ему четко обрисованный профиль своего соблазнительного зада.

Царь заволновался.