Сергей Ульев – Поручик Ржевский или Любовь по-гусарски (страница 37)

— Какой еще Мишель?

— Обыкновенный лысый Мишель. Он мой жених.

— Жэ ман бран. Я покажу ему свою саблю.

— Думаете, он испугается?

— Еще бы! Она у меня от бедра до пятки.

— С ума сойти!

В порыве страсти обхватив поручика руками за шею, она что было сил прижалась к нему.

Минуты блаженства пронеслись как одно мгновение.

— Как странно, офицер… — промолвила красотка, запустив свои длинные пальчики в шевелюру поручика.

— Что-нибудь не так?

— Мы зашли с вами так далеко, а я до сих пор не знаю вашего имени.

— Имею честь, поручик Ржевский!

— О-о, какая приятная неожиданность! — Она потрепала его за усы. — Об этом я могла только мечтать. О, это сладкое слово Рже — э — э-вский.

— Надеюсь, голубушка, сегодня вы получили двойное удовольствие?

— Если вы намекаете на Мишеля…

— При чем здесь Мишель? Я говорю о себе.

— Ржевский, вы были великолепны. А Мишель… что Мишель? У нас с ним ничего не было.

— Но вы же лежали на полу, когда я нечаянно треснул вас бутылкой.

— Я хотела его соблазнить и, сделав вид, что у меня закружилась голова, сползла со стула. Платье у меня задралось. И Мишель почти уже клюнул. Но тут вдруг ваша бутылка! Он возмутился и забыл обо всем.

— Он просто маразматик!

— Мишель хотел, чтобы вы передо мною извинились.

— Полагаю, я полностью искупил свою вину?

— О да!

— А как вас зовут?

— Зачем вам? А впрочем, зовите меня Анджелой.

— Прелестное имя.

— Может, все — таки вернемся за стол? Я понимаю, поручик, вы так удобно на мне устроились, но не будем же мы лежать до закрытия ресторана?

— А как вы насчет тройного удовольствия?

— Ого? Вы опять готовы?

— У меня кровь горячая. Вспыхиваю в момент!

Она заколебалась. Но в эту секунду над ними раздался вопль раненного зверя. Это был Мишель. Он стоял, опершись на дверцы, и заглядывал под стол.

— Что вы там делаете с моей ж-женой?

— Мишель, я вам не жена!

— Ну, любовница. К-какая разница? Все равно — моя!

— Чего ты разорался, дурак! — рявкнул на него поручик. — Не видишь, даме от жары стало плохо. Я ее в чувство привожу.

— А почему у вас zhopa голая?

— Какой же ей, по вашему, быть?

— Одетой!

— А мне тоже припекло.

Мишель в ярости рванул на себе сюртук.

— Сударь, я требую сатиссракции!

— Чего, чего ты требуешь? — презрительно переспросил Ржевский подымаясь с пола. — Может, сракикакции?

— Вот именно, сракисфакции!

— Господа, не ссоритесь из — за пустяков, — сказала Анджела, поправляя лиф на своем платье. — Если не ошибаюсь, вы имеете в виду сатисфакцию?

Ржевский в умилении поцеловал ей руку.

— Душечка, ты права.

— Сударь! — возопил Мишель. — Мы будем драться на пистолетах.

— Отлично-с! — взревел поручик. — Всегда к вашим услугам. Но сперва позвольте набить вам морду.

— Это как это? — растерялся лысый. — С какой стати?

— А ну вынь из глаза монокль!

— Не выну!

— Вынь, говорю, хуже будет!

Мишель отпустил дверцы кабинета и попятился. Ржевский наступал на него, сжимая кулаки.

— Мы так не договаривались, — вдруг взвизгнул Мишель, ударив поручика ногой под колено.

Мишелевский монокль выпал, завертевшись у него под ухом. И это было последнее, что он осознал, прежде чем кулак поручика соприкоснулся с его челюстью.

Глава 3. Два гусара

Со скандалом покинув ресторан, Ржевский, прихрамывая, вышел на улицу.

— Гжевский, Гжевский! Ты, гожа! — послышался сзади озорной картавый голос.

Поручик оглянулся. В подъезжавших к нему санях сидел маленький чернявый гусар и приветственно размахивал бутылкой.

— Денис! — обрадовался Ржевский.

Спрыгнув с остановившихся саней, Денис Давыдов сразу попал в дружеские объятия поручика.

— Какими судьбами? — спросил Ржевский.

— По делам, бгатец. А ты?

— В отпуске.

— Вот славно! Садись. Куда тебе?