Сергей Твардовский – Сырок 2 (страница 6)

– Зачем ты привела меня сюда?

Он не оглядывался. Просто почувствовал, что не один наблюдает этот прекрасный вид. Утро на разрушенном плато, сразу после суда. Вид заснеженного Орума сильно контрастировал с видом зарождающегося дня в Великой Пустоши, но тогда она явилась к нему. Теперь она позвала его к себе. Иначе просто не могло быть.

Он обернулся.

Илиссар была рядом. Её мерцающие белым светом глаза, не моргая, были устремлены туда же, куда Рома смотрел секунду назад. Она была такой же, как и во время прошлой встречи.

Будто бы сама прошлая встреча, несколько дней назад, не закончилась её исчезновением, а продолжалась здесь, в сменившихся декорациях, и она всё ещё была рядом. Казалось – всегда, просто редко показывалась. Настолько неудивительными и «своими» казались её посещения. Никакого ощущения вторжения в личное пространство у Ромы не возникало.

– Ты хотела мне что-то показать?

Архонт опустила глаза на мгновение, затем вновь устремила их к городу.

– Ты видишь последнюю зиму…, – спустя несколько секунд, сказала она. Голос её был почти обычным – не таким, как Рома привык слышать её. Не было никаких дополнений в виде шелеста ветра, шороха вьюги. Лишь неуверенная хрипотца, будто бы она очень редко говорила, – …видишь её так, как видела я.

«Последняя зима… значит, я в прошлом.» – Рома отвернулся, глядя на укрытый белым покрывалом мир, который, спустя века, забудет о том, каким он был когда-то давно.

– Это та самая «Вечная Зима»? – ему хотелось сказать что-то вроде «красиво», но дефицит информации, вкупе с эхом раздражения за то, что он был лишён глубокого сна без сновидений после тяжёлого дня, принуждали сохранять деятельный подход к общению.

Илиссар не торопилась отвечать. В какой-то момент, Роме даже захотелось проверить – на месте ли она ещё, или, уязвлённая его камнешкуростью, оставила его.

– Нет. То, что ты называешь «Вечной Зимой», начнётся позже, – прозвучало из-за спины, – она не была так красива, как то, что я хотела, чтобы ты увидел… Посмотри.

Несмотря на то, что это был сон, холод стоял жуткий, и зубы парня уже отбивали чечётку. Архонт находилась в своей среде, ведь, являясь квинтессенцией зимней стужи, сложно было ощущать дискомфорт от низких температур. Величественность пейзажа, ностальгия белой девы по старым временам – всё это было прекрасно, и Рома всячески разделял, но, к сожалению, утопшие в снегу ноги уже ломило.

– Я вижу, Илиссар, – обернулся он к ней.

Встретив глазами заснеженный холмистый пейзаж, он даже не удивился. Как всегда, появилась ненадолго и скрылась, будто бы её не было.

– Ну, прекрасно… а можно мне теперь обратно в кровать? – пробурчал он, разворачиваясь к виду на город.

Только никакого города на горизонте уже не было.

Вместо него, прямо из снега, торчали незнакомые, но узнаваемые очертания. Там, где только что бурлила городская жизнь и мерцали огни, возвышалась громада, которая даже издали пульсировала и содрогалась, воздев к небесам огромные, как башни, дёргающиеся отростки.

Вместо города Рома наблюдал гигантский живой улей.

***

Рома распахнул глаза, стараясь поскорее избавиться от ощущения холода, одиночества и подкатывающей к горлу тошноты, с которыми его оставила его там, во сне, его благодетельница.

Ночь. Темнота вокруг явно свидетельствовала о том, что он не проспал неделю, как собирался, а позорно сбежал из сна ещё даже до рассвета.

Храп, внезапно разрезавший тишину на «до» и «после», отозвался учащённым сердцебиением в груди.

«Креа?!» – Рома резко обернулся. В лунном свете, льющимся снаружи, он разглядел, что в комнате, вместе с ним, была она. Зэйна не было, но с улицы доносились какие-то голоса, – «неужели бухают с Крассом?»

Часы на стене показывали далеко за полночь, но до утра была ещё куча времени.

Рома откинулся на подушку.

«Это был не сон…» – воспоминания. Он помнил всё от начала до самого конца. Он был там, видел всё своими глазами… Он стоял там, где стояла она.

Оставалось только понять, почему Архонт решила показать ему это именно сейчас.

Он потянулся. Несмотря на это маленькое путешествие во сне, Рома чувствовал себя отдохнувшим. Чуть поёрзав, мысленно поблагодарил чудные орумские матрасы и подушки, которые полностью лишали тело ощущение, что тому скоро исполнится 30 лет.

Храп Креи был просто невыносим, и Рома, вскочив с кровати и наскоро одевшись, выскользнул из комнаты. Всё равно, уснуть было невозможно, да и уже не хотелось – казалось, что он выспался на неделю вперёд. Хотя, после предстоящей поездки, очевидно, бодрости поубавится.

Выйдя в круглый холл, окинул взглядом остальные двери, не сразу приметив выход на лестницу, Рома отправился вниз. Стараясь громко не топать, ведь кругом стояла тишина, и постояльцы могли спать, Рома спустился на первый этаж.

– Как вам спалось?

Рома вздрогнул от неожиданности и обернулся. За конторкой стояла Клио.

04 Основной инстинкт

Мозг попытался подложить под увиденное привычную картинку: круглый холл, тёплый свет парящих шаров, плетёные ковры и кресла, камин с бездымным огнём. Ночная администраторша, которая вчера оформляла их, должна была быть здесь. Должна была быть, но вместо неё была Клио. Аккуратная, собранная, и абсолютно чужая в этой уютной тишине. Несколько дней, после той изматывающей ночи, когда наутро она была выжата как лимон и разбита, жалостливо просящая отпустить её, и вот она вновь была на коне. Гостиничная форма была ей к лицу, но эта бахрома казалась слишком нелепой, учитывая длину лезвия её кинжала, которым она так умело орудовала.

Рома остановился на последней ступеньке. В груди постепенно становилось пусто и тесно одновременно. Не успевший отойти от ночного кино, показанного ему Илиссар, Клио была последним человеком, которого он хотел бы видеть. В голове было лишь желание выйти проветриться, побродить по улочкам, а тут его встретила она.

«Неужели снова чёрную метку вручат?» – он быстро огляделся. В прошлый раз она заявилась с бугаями, но сейчас, кроме них, в холле никого не было. Если только они не тусовались за дверью, готовые, в любой момент, ворваться в зал.

– Ты… – голос вышел хриплым. – Ты что тут делаешь?

Девушка уже оставила пост и молча направлялась в его сторону. Движения её были мягкие и бесшумные, а глаза, устремлённые прямо в душу, словно змеиные, заставляли замереть. Рома взялся за поручень лестницы, чтобы не терять опоры. Образ уставшей девушки Клио разбился вдребезги – перед ним была спецагент тайной организации Искатель Клио. Пусть в нелепой гостиничной форме, пусть одна, но…

«Интересно, а где она спрятала оружие?»

Её рука мягко легла на плечо Ромы, когда она снова, разломав в щепки, все понятия о личном пространстве, приблизилась вплотную.

– Я успела соскучиться, – шёпот Клио пронёсся по коже волной мурашек, попутно разорвав барабанную перепонку парня.

«Снова она…»

Воздух снова стал невыносимо влажным – тело, не успевшее адаптироваться к новому климату, снова начало покрываться испариной в области лба. Рома отпрянул.

– Как ты нашла меня, зачем? Ты же сказала, что мы больше не встретимся…

Она прикусила нижнюю губу, глядя на него словно заправская соблазнительница. Взгляд оставлял порезы похлеще лезвия её клинка, и от этого было невыносимо, ведь Рома понимал, что она играла с ним словно кошка с мышью, используя примитивную женскую силу, ставящую любого мужчину на колени. И ей это нравилось, судя по искоркам в глазах.

– А ты не рад?

«Вообще-то, нет. Совет меня помиловал. Ты сама сказала, что слежка снимается, действия мои легитимны, да и ты сама настаивала на том, что нужно, чёрт возьми, жить дальше, когда оставила меня одного в пустоши, отказавшись отвечать на вопросы. А теперь ты тут снова устраиваешь мне сцену из Основного Инстинкта, заявившись за мной чёрт знает куда, без приглашения. И вообще, как ты меня нашла? Ты следишь за мной? Опять? Что я сделал?» – слова сами выстраивались в справедливую и подходящую к ситуации тираду.

Вместо неё, из пересохшего горла Ромы вырвалось хриплое:

– Э… меня снова будут судить?

Она усмехнулась, вновь наступая на него. Рома сделал шаг назад, но упёрся в стену. Почему-то второй раз, когда Клио, внезапно, появляется перед ним, за спиной оказываются преграды, не дающие отступить.

– А ты успел что-то натворить за то время, пока мы не виделись…?

«Плохой мальчик.» – Рома закончил за неё, заданный слишком томно даже для её голоса, вопрос.

– Ну всё, хватит. – Он схватил её за плечи, решительно отодвинув в сторону, и, не глядя в смеющиеся над ним глаза, обошёл искательницу так, чтобы за спиной было свободное пространство.

Клио качнулась, но удержалась легко, будто он не оттолкнул её, а лишь обозначил свою границу мелом на полу. Она даже не поправила воротник. Только посмотрела на него чуть иначе, внимательнее, и улыбка стала чуть тоньше.

– Ты изменился, – сказала она, продолжая улыбаться, но глаза её стали внимательнее.

Рома сжал пальцы в кулак и разжал. Сердце билось ровно настолько сильно, что, казалось, он снова оказался на разрушенной скале под взором Совета.

– Ты тоже, – процедил он. – Говори нормально. Зачем ты здесь? Как ты меня нашла и, главное, зачем на этот раз? Я ничего не делал.

Клио задержала взгляд на его лице, будто проверяла, до какой степени он сейчас на взводе, и ещё шагнула вперёд. Рома отступил на полшага, чтобы не дать ей снова прижаться вплотную.